«Вино и вина» Марина Йелс

Прошло несколько часов, и за это время Бен осознал: его дар не принёс счастья ни ему, ни близким. Он почувствовал себя словно герой фильма «Ослеплённый желаниями» — мечта обернулась проклятием. Чем больше он размышлял, тем сильнее приходило понимание — этот дар стал для него бременем, от которого он хотел избавиться. Он сможет обойтись и без него. Вся его жизнь была ложью, пора найти что-то настоящее.
Он подошёл к окну, чтобы проветриться, и вдруг заметил Софию. Она стояла у тротуара, рядом с родителями, готовая покинуть больницу... и его жизнь. На секунду ему показалось, что его мысли достигли его, потому что в следующий миг София подняла взгляд. Между ними было несколько этажей, но казалось, будто она стоит совсем рядом, как тогда, когда они говорили в её палате.
«Прощай», — говорили её глаза. «Прощай», — ответил он.
София опустила взгляд. Отпустила его.
Мать Софии уже садилась в такси, когда их с отцом Софии взгляды встретились. Это был первый раз, когда Бен видел его вживую. Что бы он хотел сказать этому человеку? Ничего. Бен не испытывал к родителям Софии ненависти, хоть и не мог честно утверждать, что не винит их вовсе. Они определённо были виноваты и перед ним, и перед совестью. Но не он им судья. Больше нет.
София стала для него настоящей «felix culpa»: она была и карающей Немезидой, заставившей его столкнуться с собственными демонами, и путеводной звездой, указавшей пусть к свету. Казалось, он слышит голос Алена: «И зло обратится в добро, чудеснее, чем то, что первое сотворило». Она стала для него всем, но в конечном счёте ему не досталось ничего. И, наверное, он это заслужил. Теперь он должен заслужить прощение Алена и благосклонность Фортуны. Сам, без дара. 
Ещё недавно он думал, что точно знает, куда идёт и чего хочет, а оказалось, всё это время он был потерян — жил чужой мечтой, больше заботясь о судьбах других, чем о своей собственной. Даже держа в руках бокал самого лучшего вина, он не был так счастлив, как когда они с друзьями пили дешёвое пойло, купленное на первые честно заработанные деньги. То вино было гораздо вкуснее. София помогла ему это понять. 
Теперь ему предстоит найти себя заново и понять, чего он хочет на самом деле. 
Бен бросил последний взгляд на небо за окном и решил позвонить Марте. 

Три месяца спустя

София с улыбкой листала фотографии на экране ноутбука, которые прислала Анжела. Свадьба была во всех отношениях прекрасной: молодожёны решили устроить камерное торжество, пригласив только самых близких — родных и друзей. Шампанское, смех и искренние поздравления лились рекой, создавая атмосферу тепла и счастья. Все остались довольны, а особенно Анжела — она получила свадьбу своей мечты и теперь была готова начать новую жизнь с мужем.
Месяц назад София удалила свой фальшивый профиль в соцсетях. После всего пережитого она поняла, как бессмысленно цепляться за прошлое. Наконец, ей удалось отпустить Даниэля, искренне пожелав ему счастья с его новой возлюбленной, а теперь уже невестой. София верила, однажды и она встретит того, с кем сумеет разделить все радости и горести. Когда-нибудь обязательно. А пока София готовилась к новому этапу своей жизни.
Открыв почтовый ящик, София ещё раз перечитала письмо, которое написала заранее, и решительно нажала кнопку «отправить». В письме содержалось заявление об увольнении из «Дюваль Констракшен», а также отдельное послание для месье Дюваля:

«Месье Дюваль,
Мне бы хотелось выразить всё, что я сейчас чувствую, но, боюсь, мне пока не хватает слов. Я бесконечно сожалею о том, что произошло по моей вине, и постараюсь хоть как-то искупить её, внеся свой вклад в общество. Возможно, увольнение таким образом выглядит безответственно и непрофессионально, но я уверена, что так будет лучше для нас обоих. Я не хочу напоминать вам о событиях, которые причиняют боль, и сама нуждаюсь в том, чтобы начать жизнь с чистого листа. Мне нужно понять, кто я и чего хочу.
Я безмерно благодарна за возможность работать у вас. Именно благодаря этой работе — благодаря ВАМ — я не только узнала правду о своём прошлом, но и смогла открыться самым близким людям. Я начала видеть мир иначе.
От всего сердца желаю вам только добра, месье Дюваль. Простите меня за причинённую боль, за ложь и за то, что, по правде говоря, я не была таким уж хорошим работником.
Пусть ваше дело процветает.
Искренне ваша, 
София Бернар»

Отправив письмо, София почувствовала невероятное облегчение, словно последняя цепь, связывавшая её с прошлым, наконец-то оборвалась. Теперь оставалось только двигаться вперёд.
Она налила себе чашку кофе и нажала на письмо от Алена. К нему была приложена фотография.
Решив начать жизнь с чистого листа и вернув себе прежнее имя, Алан отправился в город, о котором мечтал уже давно — Рио, город солнца и улыбок под защитой Христа. Всю свою жизнь он жил в тени Кэла и Бена, не зная, чего на самом деле хочет. Теперь, вырвавшись из этой клетки, он, словно птица, расправил крылья и устремился за горизонт. С фотографии на неё смотрел улыбающийся Алан на фоне статуи Спасителя. Он был счастлив.
В письме Алан написал, что планирует вернуться во Францию через месяц, чтобы уладить все дела с Беном. После похорон Кэла он уехал сразу же, хотя ещё не до конца оправился от травм. Бен не возражал, только сказал на прощание, что будет ждать столько, сколько потребуется. Алан первым позвонил спустя три недели. Поначалу разговор не клеился, но они оба скучали друг по другу и попытались говорить на отвлечённые темы. 
Бен рассказал, что после стольких лет всё-таки сходил в парижские катакомбы. Они больше не вызывали у него страха, всего лишь старые кости.
Он временно передал управление винодельней Полю, который великолепно справлялся с новой ролью. После того как их вино победило на престижном международном конкурсе, заказы посыпались один за другим, и теперь Поль готовился повторить успех на «Парижском винном кубке». 
Сам Бен решил взять отпуск и засел в своей библиотеке. Марта и Марио, временно перебрались жить в дом Бена, так как их тревожились за него, да и вместе справляться с горем было легче. Управляющей их семейным кафе стала Эмили. Вернувшись в Бельвиль, она поняла, что ей тоже необходимы перемены, и когда проходила мимо кафе, Марта как раз вывешивала объявление о вакансии. Так они и нашли друг друга.
Бен не возражал. Он был рад за неё.
София не нашла в себе смелости встретиться с Даниэлем лично, поэтому просто отправила ему кольцо через курьера, приложив короткую записку: «Прости за всё. Будь счастлив. София». Она надеялась, что однажды он сможет простить её, хотя сама не была уверена, что заслуживает этого прощения.
Жизнь продолжалась.
Выключив компьютер, София быстро собралась и вышла из дома. Сев в автобус, она включила музыку в наушниках и погрузилась в свои мысли. Спустя сорок пять минут она вышла на нужной остановке. Пройдя в ближайший цветочный магазин, купила небольшой букет белых лилий и направилась дальше. Ещё два квартала пешком — и она остановилась у знакомого места.
Тут, на этом самом месте, много лет назад её жизнь могла оборваться. Она выжила ценой жизни шести человек, семи, если считать Кэла. Призраки искалеченных судеб Алана и Бена ещё долго будут преследовать её.
София любила своих родителей несмотря на то, что осуждала их выбор. Но кто знает, как бы она сама поступила, окажись на их месте, если бы речь шла о её собственном ребёнке? Становилось ли легче от этих мыслей? Нет.
Положив букет на обочину, она тихо прочитала молитву, прося прощения у родителей Бена, Кэла и Алана, а также у самого Кэла. «Господи, если ты есть, пусть они покоятся с миром. И пусть у Бена всё будет хорошо. Присмотри за ним, пожалуйста».
София неспешно шагала вдоль берега Сены. Дойдя до моста Мари, она остановилась, опершись на перила, и проводила взглядом речной трамвайчик, медленно проплывающий под ней. Вокруг весело щёлкали камерами туристы и молодые парочки, увековечивая момент. 
Из кармана она достала подвеску, которую когда-то подарил ей Бен. По правде, ей никогда не нравился этот странный аркан, но теперь она думала, что он как нельзя кстати подходил им обоим. Странные силы, странные решения, странные судьбы.
Причина смерти Кэла оставалась для неё тайной. Была ли это её магия, его магия, или всё это оказалось лишь стечением обстоятельств? Иногда ей казалось, что весь этот «дар» был просто экстремальной степенью самовнушения, фантазией, подпитанной магическим мышлением и толикой удачи. Но, по сути, это больше не имело значения. Они с Беном принесли достаточно жертв.
София сжала подвеску в руке и, не раздумывая больше, бросила её в реку. Металл сверкнул в полёте, как молчаливое прощание, и бесследно исчез в мутных водах Сены.
Она подняла голову и посмотрела на белые облака, размеренно плывущие мимо. В какой-то миг ей показалось, что на одном из них мелькнула улыбка.

***

Самолёт разогнался по взлётной полосе и оторвался от земли, унося Софию на восток, в далёкую и жаркую Камбоджу. Ей предстояла остановка в Гонконге, а оттуда она полетит в Сиемриап. Она стала волонтёром и собиралась преподавать английский и французский детям. Это не изменит всего зла, что она причинила людям, и не облегчит их боль, но, возможно, ей удастся хоть немного заглушить собственную. 
Мама и папа не стали её удерживать, словно понимая, что ей нужно было время и пространство для исцеления. Мама лишь попросила: «Как приземлишься — сразу напиши».
«Надо будет написать Алану», — подумала София, когда Париж растворился среди облаков.
София достала из кармашка перед сиденьем книгу. Это была «История кавалера де Гриё и Манон Леско» аббата Прево. 
Что ждало её впереди, она не знала. И боялась загадывать. В такие моменты она раньше обращалась за поддержкой к высшим силам, но теперь эта мысль внушала ей отвращение. Она не хотела брать новый кредит у вселенной — слишком уж высокие проценты приходилось потом платить. Когда можешь получить всё, что хочешь, в итоге перестаёшь чего-либо желать. Перестаёшь мечтать. С неё довольно. Отныне она не будет полагаться на чудеса или помощь свыше. Она справится со своей жизнью сама.
И она обязательно встретит свою любовь. Она больше не будет жить в страхе.
К чёрту дар.

***

Пальцы Софии стремительно пробегали по клавиатуре ноутбука. Она успела набросать три страницы, прежде чем вернуться к началу, тщательно оценивая каждое предложение. «Нет, здесь диалог нужно переписать. А вот тут добавить описание обстановки», — подобные мысли стали для неё привычными за последние три месяца работы над своими первыми рассказами. Приехав в незнакомую страну, она начала с того, что записалась на онлайн-курс по креативному письму. Совмещать работу волонтёром и учёбу оказалось нелегко, но она не сдавалась. Бен был прав — нужно хотя бы попробовать.
София писала заметки о стране, людях, своих впечатлениях. Она писала всякий раз, когда видела что-то красивое, отталкивающее или грустное.
Жизнь — это вино, а люди — словно бутылки. В каждой скрыт особенный вкус с неповторимыми нотами. 
Она решила использовать свои заметки, чтобы создать серию рассказов о женщинах, ищущих чудеса и любовь в повседневной жизни. День за днём София работала над черновиками, оттачивая каждое слово. По возвращении домой она твёрдо решила поступить на кафедру креативного письма в университете и обязательно посетить такие места, как Кюизери, Санари-сюр-Мер, и многие другие. Бен был прав — за пределами Парижа её ждал целый мир.
Теперь она больше не чувствовала себя одиноким корабликом, заблудившимся в океане. Она была фрегатом, взявшим курс на новую жизнь. И она знала, что обязательно достигнет цели.
— Мадама Софи! Мадама Софи! — смуглый мальчик лет двенадцати вбежал в класс, прерывая её размышления.
— Сан, ты что-то забыл?
— Там вас ищут!
— Кто?
— Миста из Франции!
София задумалась. «Кто это может быть? Неужели Алан решил меня навестить?»
— Он ждёт вас, сказал, что это срочно! — Сан схватил Софию за руку и потянул к выходу.
Они вышли на улицу, и мальчик указал на мужчину, стоящего неподалёку.
София застыла. Ей показалось, что жаркий воздух Камбоджи вмиг охладел. Там в тени тика стоял Бен. 
Он нерешительно подошёл ближе, но остановился на небольшом расстоянии.
— Здравствуй, София.
— Как…— только и сумела прошептать она.
— Ален, то есть Алан, — поправил себя Бен. — Он рассказал, где тебя найти. Я видел твою фотографию из письма.
София боялась даже предположить, зачем он здесь. Она была уверена, что их история закончена и их пути больше никогда не пересекутся.
— Сан, иди поиграй с друзьями, — сказала она, отпуская руку мальчика, которую, как оказалось, до сих пор держала.
Когда тот скрылся из виду, Бен нарушил неловкую тишину:
— Прости, что так нагрянул без предупреждения.
— Это ничего, — ответила София. Но внутри неё всё бурлило, как миллионы пузырьков в бутылке шампанского, которая вот-вот взорвётся от напряжения.
Бен замешкался, сжимая лямки рюкзака.
— Зачем ты здесь?
Он сделал два шага вперёд. Стоило бы ей протянуть руку — и она могла бы коснуться его щетины. София вдруг поймала себя на мысли, что видит его таким — небритым и в помятой одежде — впервые.
— Я хочу попробовать снова. С тобой. Если ты позволишь.
Она не знала, что сказать. Чувства, которые София так надёжно заперла в сердце, внезапно вырвались наружу, как стая птиц, готовая взмыть в небо. В горле встал ком, а в глазах защипало.
— Если ты меня прогонишь, я пойму… — Бен сжал кулаки, и его плечи поникли. — После того, что я наговорил тогда… Чёрт, на что я вообще рассчитывал?
Он сделал шаг назад.
— Прости меня. Это была ошибка. Я не должен был приезжать.
София всё ещё молчала, и, не выдержав этой тишины, Бен развернулся, и пошёл прочь.
Судьба снова поставила её перед выбором. «Смогут ли они по-настоящему забыть о прошлом и вместе строить будущее? Как отнесутся к этому её родители?» 
Неважно. Бен сделал шаг ей навстречу, и теперь пришла её очередь. Она больше не жертва обстоятельств, не пленница прошлого. Она — творец собственного счастья. София вытерла слёзы рукавом своей цветастой туники и бросилась за ним.
— Бен!
Он остановился и обернулся. София быстро догнала его и, улыбнувшись, сказала:
— Не хочешь чаю со льдом? Я научилась делать его вполне сносно.
В глазах Бена снова зажглись озорные искорки, и уголки губ тронула улыбка.
София взяла его за руку и повела в сторону здания школы. И тут она заметила нечто, чего раньше не было — на левой руке Бена, там, где раньше виднелся шрам, теперь красовалась татуировка: «Калеб».
Проследив за её взглядом, Бен пояснил:
— Он всегда говорил, что он моя левая рука
Они соприкоснулись лбами. София закрыла глаза и потянулась своими губами к его. Но Бен вдруг спросил:
— А как же твой дар?
София рассмеялась.
— Он мне не нужен. Без него жизнь куда лучше.
— Согласен, — Бен улыбнулся и поцеловал её.
Дети с удивлением проводили взглядом свою учительницу, которая прошла мимо них с каким-то мужчиной. 
Они шли рука об руку.