Мощное крещендо финального аккорда

Природа мечтала о покое. Закатный луч проник. Ослепил. И пошел дальше. Запах шашлыка от мангала перебил все остальные запахи. Только тщательно принюхавшись, можно было ощутить, как терпко в воздухе витает душистый аромат перезрелых азалий и струн гитарных перезвон:

«Постой, паровоз, не стучите, колеса.

Есть время взглянуть судьбе в глаза.

А вдруг ещё не поздно

Нам сделать остановку?

Кондуктор, нажми на тормоза-а-а!».

Элегантный мужчина чеховской наружности в черном кашемировом пальто вышел из викторианских ворот школы, зябко поёжился, открыл зонт и закурил Sobranie «Black Russian». Стряхнув пепел, он с доброй улыбкой посмотрел васильковыми глазами в моросящее небо и, непонятно к кому обращаясь, негромко произнес: «В этот раз ещё посмотрим, кто кого распнёт!». «И если вглядеться в его холодное красивое лицо римского легионера, то действительно становилось неясно, кто кого...».

Мировые Средства Массовой Информации: «Вторые сутки, не прекращаясь ни на минуту, над всеми континентами планеты Земля идёт проливной дождь из сухих дафний. Поступают сведения, что в Антарктиде пингвины объедаются дафниями буквально до коматозного состояния. Среди пингвинов начался падёж. Организация Объединенных Наций (ООН) официально объявила текущий год “Годом Пингвина” и призвала всё Человечество сплотиться в борьбе за спасение жизней этих милых, очаровательных, смышлёных птиц».

Ялта. Август. 2025 г.

XXX

Постскриптум: (а можно ли считать интеллигентом такого человека, который пишет латинскую идиому русскими буквами да ещё и одним словом?)

Неотъемлемым структурообразующим элементом полноценного художественного произведения высокого качества является «закольцовка» — она же «гипер-смысловой нажим». Чтобы получилась «змея, кусающая себя за хвост». Этому учит нас академическое литературоведение. Это красиво выглядит при чтении. Потрафим же чуткому и внимательному читателю и закольцуем!

— А мораль? Где там мораль, я вас спрашиваю? Где суть?

— Мораль — в упадке.

— Не валяйте дурака! Какой вывод вы нам тут навязываете?

— Вывод очень простой. «Жизнь — это очень сложная штука, которая открывается просто, как ящик» — но это не наш вывод, это классики сказали. А вот внутри вывода классиков, как видеокассета Hitachi внутри видеомагнитофона Funai, спрятан главный посыл произведения. «Хорошо и приятно иметь любимую порнозвезду. Очень грустно и плохо её не иметь». Чего же тут непонятного? И, что самое главное, ну кто с этим будет спорить? Только тот, кто любимой порнозвезды не имеет. Так что, обзаводитесь. И как можно скорее. Пока ещё не поздно! (вот и лучик надежды лучом заходящего солнца блеснул)

Хорошие литературные произведения (я уж не говорю о гениальных!) отличаются ещё и тем, что автор в них абсолютно откровенен с читателем. Он полностью обнажает свою мускулистую душу, раскрывается, как благоуханный цветок Лотоса, овладевает читательским доверием, внедряется в читательский мозг. И вдруг на ушко. Горячим шёпотом. Смело говорит правду. Какой бы горькой она не была. 

Моя любимая порнозвезда — не Роза Карачиоло. С Розой — просто счастливое стечение обстоятельств, грех было не воспользоваться. Моя! Настоящая моя — тоже родом из детства.

И вообще, слово «любимая» я бы тут не применял. К этой актрисе я питаю особые чувства несколько иного, более возвышенного рода. С философско-дидактическим оттенком. Её имя вам ничего не скажет, а вот пропорции — приятно удивят. Чесси Мур. Обхват под грудью — 66 сантиметров, обхват груди — 112. Среднего роста. Шатенка. Цвет глаз — не помню. За это стыдно. Как и подобает интеллигентному человеку, я полюбил Чесси Мур только за то, что она мне всегда очень живо напоминала Пелевина. Бессмертные строки этого могучего классика современной литературы, которые резонируют со всеми фибрами моей возвышенной души: «Скажем так, мне нравится, когда у жизни большие сиськи. Но во мне не вызывает ни малейшего волнения так называемая кантовская сиська в себе, сколько бы молока в ней ни плескалось... в гробу я видел любую кантовскую сиську в себе со всеми ее категорическими императивами. На рынке сисек нежность во мне вызывает только фейербаховская сиська для нас. Такое у меня видение ситуации».

Вот видите, классиков можно впитать даже из Чесси Мур. Было бы желание!

Да, с горечью приходится признать, что все мы, современные литераторы, выросли в тени классиков. Этих могучих исполинов литературы, которые и по сию пору заслоняют нам, литературным пигмеям, солнце гениальности. Кипящий, вихрящийся, будоражащий поток фотонов талантливости и творческих озарений до нас попросту не долетает...

Но чу! Вдруг! Внезапно! Когда ничего не предвещало...

Закатный луч проник сквозь. Ослепил. И пошёл дальше. 

Вот он, тот момент, то мгновение, когда Вселенная содрогнулась, Провидение улыбнулось, а муэдзин на вершине минарета в далёком Ашхабаде, неожиданно даже для себя самого, всколыхнул благословенную прохладу утра восторженным криком: «Новый Чехов явился!».

Надеюсь, вы уже догадались, в кого лучик попал.

Засим и откланяюсь!

Подписывайтесь на нас в соцсетях: