Что же вы себя не бережёте-то, ребятишки…
В мировом прокате — бойкий хоррор «Орудия» от режиссера «Варвара» Зака Креггера, рассказывающий о том, как семнадцать школьников однажды ночью убежали в неизвестность ночи и не вернулись. Картина покорила критиков и зрителей. Сейчас на Rotten Tomatoes её рейтинг составляет впечатляющие для жанра 95%. А всего-то нужно было отступить от шаблонов и проявить толику постановочной изобретательности.
«Орудия» / Weapons (2025)
Жанр: ужасы
Продолжительность: 2 часа 8 минут
Автор сценария и режиссёр: Зак Креггер
В ролях: Джулия Гарнер, Джош Бролин, Олден Эренрайк, Остин Абрамс, Джостин Лонг и другие
Производство: США
18+
Какие ещё «Орудия»?
Как в детской страшилке… В одном тихом-тихом городе, одной спокойной ночью семнадцать третьеклассников выходят из дома в 2 часа 17 минут и бегут в темноту, будто пересмотрев аниме про Наруто.
Но ничего смешного: все усилия родителей и полиции по поиску детей тщетны, а детский закадровый голос сразу заявляет, что, несмотря на правдивость истории, вы о ней не прочитаете в газетах, ведь жителям пригорода было попросту «стыдно» за то, что они не смогли разобраться в таком очевидном деле. Голос, конечно, лукавит, ведь распутать эту загадку сложнее, чем проводные наушники, завалявшиеся в кармане осенней куртки. Для этого понадобится двухчасовое действо, в котором методически рассказываются истории полудюжины персонажей, начиная с классной руководительницы пропавших учеников мисс Гэнди (Джулия Гарнер).
Пропали все, кроме одного мальчика — Алекса. Ни следов преступления, ни свидетелей — лишь чёрно-белые записи с камер наблюдения, где мальчики и девочки в пижамах, раскинув руки, несутся вдаль и пропадают в ночи. Полиция поднимает всех «на уши», а под подозрение первым делом попадает всё та же мисс Гэнди.
Учительница переживает беспощадную травлю: отчаявшийся Арчер (Джош Бролин) в одиночку прочёсывает город в поисках сына (вспоминаем «Пленниц» Вильнёва). Крепко закладывающий за воротник коп (Олден Эренрайк) вместо расследования растрачивается на бессмысленную погоню за хулиганами. Бездомный наркоман (Остин Абрамс) мечтает сорвать куш на сведениях о пропавших. Школьный директор (Бенедикт Вонг) продолжает жить в призрачной иллюзии контроля, а единственный не исчезнувший той ночью ребёнок (Кэри Кристофер) явно что-то скрывает. И ничего рассказывать не планирует.
К финалу мисс Гэнди и Арчер чертят на карте разные маршруты, которые сходятся в одной точке. По такому же принципу линии судеб персонажей, начавшись в разных местах и временных отрезках, в итоге пересекаются. Такая логика помогает сделать сюжет объемным.
Но знать заранее хоть какие‑то выкрутасы сюжета — портить себе удовольствие от просмотра, поэтому лучше пойдём путём не спойлеров, но впечатлений.
«Мы не скажем, а покажем!»
«Орудия» отличаются от предыдущей картины Креггера «Варвар» возросшим масштабом — как в плане истории, так и по части затрагиваемых тем. От исследования патриархата и культуры отмены постановщик перешел к попытке осмыслить, как общество реагирует на локальные трагедии уровня, скажем, скулшутинга. И как скоро люди готовы объявить очередную «охоту на ведьм». Это ужасы для широкой аудитории, а не для нишевого коллективчика, которые в жанре избалованны до омерзения.
Когда в последние годы речь заходила о новой волне модных инди-хорроров, так много было сказано об их подтексте — о травмах и социальных посылах, что осталось почти не проговоренным то, как устроен, собственно, текст. А ведь в нем новаторства было не меньше — взять два ключевых хита этой волны: «Реинкарнацию» Ари Астера от A24 и «Собирателя душ» Осгуда Перкинса от Neon. Там, где хоррормейкеры прошлого подчеркивали непостижимость сверхъестественного, эти режиссеры раскрывали во всех подробностях секретные оккультные механизмы и чуть ли не бюрократические детали сатанинских заговоров. Креггер довел эту идею въедливого оккультизма до абсолюта. Он с жадностью и азартом переключает точки зрения, вырисовывает психологические портреты каждого из героев, после чего заставляет их чертить под линейку эзотерические карты города и использовать вызов родителей в школу и визит органов опеки на дом в качестве запрещенного приема.
Режиссёр не против того, чтобы в одно и то же мгновение некоторым зрителям стало до дрожи страшно, а другим — смешно. Главное, он делает это точно, мастерски и по дикому «фану». Ему очень интересно было делать «Орудия». Это заметно и достойно уважения. Профессиональный подход к создаваемому произведению, увы, стал чем-то из ряда вон. Появись на рынке два-три десятка таких дисциплинированных постановщиков, и за хоррор можно было бы не бояться достаточно долгое время.
Ещё одно очень важное для зрителя жанровое вкрапление — комедийное. Режиссер начинал карьеру в составе комик-труппы, так что с юмором у него отношения отличные. «Варвар» пестрил шутками, разбавляющими напряженную атмосферу. Новый фильм эту традицию перенимает. Китчевый грим антагониста, одновременно жестокая и смешная финальная сцена расправы. А игра в догонялки героев Абрамса и Эренрайка заслуживает отдельного скетча в какой-нибудь, скажем, «Портландии». Креггер создал историю, за которой сначала увлеченно следишь, потом пугаешься, а в финале заливаешься смехом.
Если придираться, то, пожалуй, в фильме на одну главку больше, чем нужно: конкретно короткая часть от лица копа (Эренрайк) меньше всего относится к основной интриге, демонстрирует меньше всего харизмы персонажа и с минимальным дискомфортом могла бы быть выкинута. Зато Джош Бролин предсказуемо монументален в роли скорбящего родителя, в каждой сцене с которым благодаришь небеса за то, что в занятой график Педро Паскаля съемки в последний момент не вписались и он в картину не попал. Крадет внимание и Остин Абрамс, будто бы отчаянно отыгрывающийся после того, как в аналогичным образом структурированном первом сезоне прекрасной «Эйфории» ему личного эпизода не хватило.
«Орудия» можно смело брать к просмотру даже зрителю, прохладно относящемуся к хоррору. Рейтинг 7,9 на IMDB явно указывает на то, что новая работа Зака Креггера не просто событие в жанре хоррор, а вообще кино, которое смело можно считать получившимся.