За рулём — мама

1.

Я боюсь с тобой ездить, ты знаешь, мама.
Ты как втопишь, как выжмешь до дна форте.
Я жалею, что нет во мне ни грамма,
Я хочу, наконец, всё послать к черту.
И смешно, и страшно — это Тим Бёртон,
Партитуры Черни (твоя программа).
Может, завтра, мама, может, правда зря мы...
Ты берёшь ключи. Ты решила твёрдо.
Что рояль водить? Как играть на тачке.
Как детей борщить и рожать изваром,
И в планшете папины передачи
Выносить, как школьник во двор — гитару.
Не с газетой новой, а с «Новым миром»
(в «Новом мире» как-то хранится старый),
На высокой ноте, на низком старте.
Мы с тобой поедем, и этот картинг
Я запомню накрепко. Просишь: «Ира,
На дорожку сбегай, давай присядем».
А потом без слов и совсем некстати
Ты добавишь: «Вдруг не увижу зятя...»
— Не увидишь мама, в натальной карте
У меня Венера в тени Нибиру,
Не смешно и грустно — это Ларс фон Триер
(«Где тебя не трогал тот красивый дядя?»)
Выжми пиано, мама, задень мне триггер
И вези на юг, в лобовое глядя.

2.

В потоке общем за жёлтой «скорой»
Подрезаешь кортежи с мигалкой, лихачишь. 
Мама, я вся потная, бисерная-икорная, бормочу
«Царица Небесная, если мы для тебя что-то значим,
Если нам предстоит выжить на этом пути по России 
к отцу на дачу, в Тарусу, я обещаю 
где-то между Чеховым и Серпуховым
Без грусти взглянуть в зеркало заднего вида иначе». 
Ты в курсе, там мы с тобой, мама,
Мнимые, маленькие, молодые, едем-едем...
Так далеко до дома, до нашей неустройки.
Красной точкой отмечена или синей
На зелёной карте (а хочешь — сдвинем,
Украдём с развала арбуз и дыню,
Позднелетней сливочной паутины,
Не пришитых звёзд с шапочки берегини.
Имя её — Систола, левая сторона.
Соль-земля ампирская, трынь-страна).

Мама спешит уложиться в сроки.
И дрожит боксёром, поймавшим грогги,
ДПС-пьянчужка в мужском буркини.
Если он меня, будто мяч, не кинет,
То за взятку нас сбережёт такими,
Словно мёдоносиц в сосновом соке,
Не в моей строфе — на твоей дороге.

В магнитоле АББА затянет «Gimmie»,
«Mamma mia», «Money..» и иже с ними...