Ночная прогулка
Глебу хотелось спать, но что-то тянуло его в духоту июльской ночи. Он отложил книгу в сторону и неспешно оделся. Оглядел свое пустое жилище, слишком большое для одного. Он чувствовал себя горошиной, болтающейся в банке, которую не выскребли вместе с другими. Горошиной, которая еще не съедена, но которая уже никому не нужна.
Несмотря на духоту, воздух дурманил и пьянил ароматами цветущей липы и акации. Ночной город — настоящее чудо. Чудо ожидания. За каждым углом ждешь чего-то необычного и загадочного, но видишь лишь темную пустоту. Глеб был разочарован, но это не мешало идти дальше, без цели, без ориентира. Хотелось увидеть все цвета лунной радуги, заранее зная, что это невозможно, она всегда будет белой. Глеб растворялся в этой темноте, пестуя свое одиночество, и упивался своей печалью о несбывшемся.
*****
В одно мгновение окружающий мир изменился. Асфальт, мягкий после знойного дня, сменился хрустом льдинок под ногами. Редкие снежинки кружились перед глазами. Вокруг сверкали и переливались, как россыпь драгоценностей, кристаллики снега. Справа, на высокой березе каркнула ворона. Она смеялась. Что ж, Глеб знал, что заслужил этот смех.
Зачем он здесь? Какой чародей заставлял его повторить тот путь, который обернулся разочарованием и одиночеством? И что, черт возьми, он должен сделать?
Ступени, ведущие на набережную, обледенели. Шаг. Остановка. Еще шаг. Глеб отчетливо понял, что ждет его там, впереди.
Она стояла, облокотившись о парапет. Рыжие кудряшки облепили снежинки. Каблучок нетерпеливо стучал по промерзшей земле. Ледяные крошки разлетались в стороны.
Глеб на несколько секунд замер, любуясь тоненькой фигуркой: «Ты — мое серебряное копытце, моя сказка, моя мечта».
Мысли стучали набатом: «Зачем ты мучаешь меня, мироздание? Все предопределено».
Он подошел неслышно, обнял девушку.
— Давно ждешь? Прости, я опоздал. Надо было подписать кое-какие бумаги.
«Зачем я опять начал разговор с этих дурацких бумаг?»
— Те самые?
Глеб, молча, кивнул. И снова, как и в прошлый раз, продолжил: «А ты? Что ты решила?»
Он ждал ответа.
«Не молчи. Закричи на меня. Скажи, что я эгоист, что думаю только о себе. Что хочу увезти тебя на край света, погнавшись за деньгами».
Она отвернулась от реки, скованной льдом, коснулась ладонью его лица, уголки губ изобразили улыбку.
— Я люблю тебя. Очень люблю. Пожалуйста, поедем со мной. Я без тебя не справлюсь, — Глеб говорил все те же слова, что и раньше.
«Я опять что-то делаю не так?»
— Ты не справишься. Ты любишь. Опять ты, ты. А я? Должна бросить налаженную жизнь, любимую работу, маму, в конце концов, — по ее щеке проползла одинокая слезинка. — Ты принял решение, не спросив меня.
«Ну, вот и все. Сейчас мы разойдемся. Я больше никогда ее не увижу».
Она уходила. Снежинки начали плясать сумасшедшую джигу, и Глеб уже с трудом различал тоненький силуэт.
Перед его глазами пролетели годы одиночества, пустые дни и тоскливые вечера, чужие постели и горькие чужие поцелуи.
«Глупо рушить жизнь, выясняя, кто из нас больший эгоист».
— Подожди, — он побежал следом, с ужасом думая, что упустил шанс, этот волшебный подарок мироздания.
— Я соглашусь с любым твоим решением. Если хочешь, я разорву контракт и никуда не поеду. А хочешь, мы уедем все вместе, ты, я и твоя мама. Только будь со мной.
*****
Он стоял возле своего дома. Липкая духота летнего вечера сменилась прохладой. В окнах на втором этаже горел свет. Она ждала, время от времени, выглядывая в открытое окно.
— Глеб, ну почему так долго? Вышел пройтись перед сном, а гулял целых полтора часа, — Наташа, увидев мужа, вышла на балкон. — Аленка без тебя спать не ложится, ждет сказку на ночь.
Он поднял голову к небу.
«Спасибо».