Очень жаль

И день за днем проносятся года
А где душа? Ушла за барахлом,  
И за вином, чтобы потом вдвоем 
За обо всем забыться до утра. 

Ведь за вином нам не видать вины 
Но трезвый сон как скальпель палача 
Рукой в халате горной синевы 
Он вспарывает душу от плеча 

И воет вечер призывая ночь 
И ночь кричит когтями по стеклу  
А за стеклом кому уже не в мочь 
Уходят прочь обнявши темноту

И те же звезды, что светили нам 
Чтоб мы с тобою не сошли с пути 
Сменивши христианство на ислам 
Шрапнелью разрываются в груди 

А помнишь ли, как мы с тобой на свет  
Чертей таскали из друг друга душ 
И весело смеялись им вослед  
И ночь, и лето и холодный душ

И в новый день — все карты на руках  
И было все с тобой нам ни по чем 
Мы красками взрывались в облаках  
И проливались радужным дождем

Мы завтра не меняли на вчера  
А вечером ныряли в ночь вдвоем 
И ночь нам улыбалась до утра 
Пушистым и задиристым котом

Но на вершинах кончились снега
И пересохли водопады душ
И мы с тобою снова — кто куда  
Пока, прощай под привокзальный туш

И на последок из последних сил 
Я закричу, но крик застрял в груди 
Расплавился, впечатался, застыл  
Свинцовым и бесформенным внутри

Не вынося того, что должно несть  
И не неся того, что хочешь взять  
Втуляя всем свою благую весть 
Пытался провернуть колеса вспять

Что нам слова, когда кругом огни  
Полярных зим и воды горных рек 
Срывают от причалов корабли  
Забывших океана лунный свет

И на разрыв дышали облака 
И ветер пел, и закусив губу  
Ты отвечала что-то невпопад  
Но попадая точно по нутру

Взрывая болью то, что не болит 
Чтоб обнажить, еще что может жить 
Сплетенная с коростою обид 
Израненной души стальная нить

И новый день как новая игла 
Вонзается под ногти синих рук 
И боли заплетая кружева 
Выплевывает в вечер новый труп

И часть меня, что воет по тоске 
Обнимет ту, что прячется в печаль 
И на сосновом выведет кресте: 
«Не жил, но умер. Очень жаль.»