Ребут
04.04.2025
08:09:58
08:09:59
08:10:00
Фиксаторы, удерживающие голову в определëнном до микрометра положении разъехались, крышка откинулась, и человек поднялся с ложемента. Он прошëлся по комнате взад-вперёд, массируя голову, и остановился у окна. За бронированным стеклом виднелось грязно-коричневое здание и узкая заставленная автомобилями Малая Лубянка — то же что и всегда. Даже не обладай он фотографической памятью, он давно бы уже заучил этот вид наизусть.
15 лет 329 дней прошло. 9 лет 36 дней осталось. Конечно он мечтал о совсем другом, об командировках за рубеж, работе с людьми и, чего скрывать, о шансе ликвидировать какого-нибудь негодяя, однако оказалось, что родине нужнее, чтоб он четверть века не покидал комнату в центре Москвы. «Спокойно, Гера, — он повторил своё любимое мысленное упражнение — осталось немного. Потом выйдешь на пенсию, купишь домик где-нибудь на Алтае, будешь целыми днями гулять по горам».
С этими мыслями Герман отошёл от окна, извлëк завтрак из кухонного лифта, открыл на своëм планшете свежие донесения и приступил к их изучению. Обратная вербовка высокопоставленного агента ГРУ, завербованного американцами, наблюдение за быстрорастущей исламистской группой в Бузулуке, внедрение агента в Астраханской кукольный театр в связи с подозрением на менделипическую активность, допрос существа категории «Ф», обнаруженного в подвале частного дома в Торецке. Всё это мгновенно откладывалось в идеальной памяти Германа, чтобы уже никогда не быть забытым. Любая информация важна, опасность может прийти откуда угодно.
После завтрака последовал небольшой отдых, а за ним обязательные физические упражнения — поддержание отличной физической формы также необходимо для выполнения возложенных задач.
«Ничего, выйду на пенсию, куплю яхту на Чёрном море, буду жить на ней, по настроению заглядывая то в севастопольские бары, то в сочинские ночные клубы», — успокаивал себя Герман, вставая на беговую дорожку. На пятом километре тот факт, что он не молодеет, стал для него болезненно очевидным. «Ничего, — Герман поборол желание начать дышать ртом, — ничего, выйду на пенсию, куплю замок в Калининградской области, буд...»
«Двойной. Делает. Шайба. Вокальный. Жидкость.» — раздалось из динамика громкой связи. Герман мгновенно остановил беговую дорожку. «Вампир. Кувалда. Свет. Пределы. Ниже.» Пять секунд потребовалось ему, чтобы надеть кобуру. «Наряд. Фильмы. Пауки. Средний. Спорить.» Герман взялся за ручку двери, вслушиваясь в каждое слово. «Безумие. Пиво. Рыло. Сахар. Оглушительный.» Откуда-то снизу слышался шум, крики, прозвучало несколько пистолетных выстрелов, затем автоматная очередь. «Длинный. Полуфинал. Двойной. Дюны. Ниже.» Герман резким движением распахнул дверь и вылетел в коридор.
До кабинета директора он добрался за 3 минуты 26 секунд — на полторы минуты быстрее нормы. Дверь была раскрыта, рядом с ней лежал человек с рваной раной на груди. Майор Ландман из УОТМа, автоматически отметил Герман, доставая пистолет из кобуры — всех сотрудников службы он знал в лицо. Ещё одно тело лежало в самом кабинете лицом вниз, обезглавленный труп директора находился в кресле во главе стола, его оторванная голова лежала перед ним. Какой-то человек молча смотрел в окно. Он обернулся. Полковник Смирнов, сотрудник центра контактов. Смирнов расплылся в широкой улыбке.
— Как видишь...
Герман нажал на спусковой крючок. Во лбу полковника появилась маленькая красная точка, Смирнов замолчал, его зрачки поднялись вверх будто он пытался увидеть собственный лоб, потом медленно вернулись обратно и снова уставились на Германа. Улыбка стала ещё шире.
— Так вот, ка...
Первая пуля пробила горло того, что раньше было полковником, две следующие пули вошли грудь, ещё две в живот, последними выстрелами Герман прострелил обе коленные чашечки. Он не знал анатомию находящегося перед ним существа, так что просто старался максимизировать вероятность поразить что-то важное.
Смирнов замолчал, неуверенно поднёс правую руку к горлу и коснулся раны. В следующую секунду он резким движением разорвал рубаху от верха до низа. Тело под ней было хаотично усыпано множеством маленьких глаз, крошечные точки зрачков в них бегали из стороны в сторону, без какого-либо видимого смысла. Кривая пасть рассекала туловище от левого плеча до пупка. Она открылась, обнажая иглообразные зубы и широкий фиолетовый язык, покрытый непонятными наростами.
— СЫН АДАМ... — оглушительный рёв наполнил помещение и внезапно оборвался. За окном раздался взрыв, бронированное стекло пошло трещинами. Все глаза на теле полковника повернулись в его сторону, он начал пригибаться, но слишком поздно — второй выстрел пробил стекло. Разрывная пуля взорвалась, войдя в его грудь сантиметров на пять. Кровь и ошмётки плоти прыснули во всё стороны, тело Смирнова, практически разорванное напополам, рухнуло на пол. В огромной ране было видно какое-то месиво нечеловеческих сосудов и органов. Костей у этого существа не было.
Герман глубоко вздохнул, отëр кровь с лица, повернулся в сторону, откуда был произведён выстрел, и показал невидимому снайперу большой палец, после чего оттащил тело полковника к окну и выбросил на улицу. Уверенности в том, что это существо было окончательно убито, у него не было. Ему удалось быстро осмотреть площадь: гражданские уже были эвакуированы, в отдалении одиноко стоял БТР, несколько десятков бойцов расположились у главного входа, какие-то движения были видны заметны в зданиях напротив.
Герман вздохнул полной грудью прохладный московский воздух. «Ну что, черти, — он широко улыбался, — посмотрим кто кого!». Он метнулся обратно к столу и сорвал трубку одного из трезвонивших телефонов спецсвязи.
— Товарищ гене...
— Генерал Рыхляков мёртв, — Герман оборвал говорившего, — перед смертью он приказал начать операцию 4793.
— 4793? Р-ребут? — неуверенно спросил голос в трубке.
— Он самый.
— На... Назовите пароль.
—Двойнойделаетшайбавокальныйжидкостьвампиркувалдасветпределыниженарядфильмыпаукисреднийспоритьбезумиепиворылосахароглушительныйдлинныйполуфиналдвойнойдюныниже, — выдал скороговоркой Герман, — вы знаете, что делать?
— Д-да.
Герман убрал трубку от уха и уже собирался положить, когда ему в голову пришёл еще один вопрос.
— Президент жив?
— Да, но... Не дееспособен. Если вы понимаете...
— Смотрите, сделайте, что должны, — Герман не стал дослушивать.
Он приступил к сбору информации о инциденте. По внутренней связи удалось установить основную канву событий: полковник Смирнов был руководителем группы по взаимодействию с сущностью категории «Д», обнаруженной на Сахалинев ходе расследования преступлений, совершённых поклоняющимся ей культом. Культ был ликвидирован, но сущность пошла на контакт, и высшее руководство службы решило, что сотрудничать с ней будет выгодно (дебилы, — отметил Герман). Сегодня в восемь часов утра те, кто раньше были полковником Смирновым и его непосредственными подчинёнными, атаковали ряд ключевых объектов Службы, а также Кремль и генеральный штаб.
Спустя 10 минут всё электричество в здании отключилось и связь оборвалась. Генерал Тавровский — непосредственный начальник полковника Смирнова, обещал передать ключевые документы о его работе с одним из своих людей, так что Герман засёк десять минут, сел за стол, на всякий случай направил пистолет на дверь и стал ждать, прислушиваясь к шуму в здании. С течением времени слышалось всё меньше выстрелов, чаще слышался или просто грохот, или какие-то нечеловеческие крики и рёв. Очевидно сопротивление людей ослабевало.
На седьмой минуте дверь кабинета раскрылась. На пороге стояла девушка, её нижняя челюсть была разбита в кровавое месиво, правая рука отсутствовала, левая прижимала к телу туго набитую папку. Лейтенант Романова из кадров — Герману удалось узнать её лицо, несмотря на повреждения. И как ей удалось добраться сюда? Девушка перевела испуганный взгляд со смотрящего на неё дула пистолета на голову директора, лежащую на столе перед Германом, и попятилась. «Вот дебил, не догадался убрать!», мысленно выругался он, вставая из за стола и засовывая пистолет обратно в кобуру.
— Товарищ лейтенант, всё хорошо, — Герман двинулся к девушке демонстрируя ей открытые ладони, — я капитан Збарский.
Романова сделала быстрый шаг назад, споткнулась и упала, всё ещё прижимая к себе папку. «Ситуация под контролем», — Герман сократил дистанцию до одного шага.
Дальше он действовал стремительно. Удар ногой в то, что когда-то было челюстью лейтенанта, отбросил её на спину. Левая рука отлетела в сторону, всё ещё сжимая папку в ладони. Герман тут же оказался над ней, поставил ногу на запястье и надавил всем телом. Лейтенант издала отчаянный хрип, её пальцы разжались. Герман мгновенно схватил папку. Бинго! Те самые документы генерала N. Герман рванул дальше по коридору, на ходу просматривая их. Когда он добрался до кабинета 363, всё содержание документов уже надёжно отложилось в его памяти.
Через единственное окно в комнате Герман бросил последний взгляд на Москву. На площади догорали остатки БТРа, над полуразрушенным зданием детского мира нависало огромное существо, отдалённо напоминающее слизня, высоко в небе. Реальность шла трещинами, и из них вырывался ослепительный огонь Имматериума. Герман отвернулся.
Он открыл сейф, выбросил из него всё содержимое, отсоединил фальшивую заднюю стенку и ввёл 50-значный код. Дверь открылась. Герман протиснулся в неё и она захлопнулась за ним навсегда. Дальше последовали двадцать минут бега вниз по винтовой лестнице, заканчивающейся в небольшой комнате, спрятанной в толще земли. Почти всю её занимал ложемент, окружённый какими-то устройствами. Герман немного отдышался и лёг в него. Фиксаторы сжали его голову, крышка закрылась. «Вот и всё», — подумал Герман, — «Я сделал всё от меня зависящее. Осталось только надеяться, что эти олухи из министерства обороны сделают свою часть».
Через несколько минут раздался оглушительный грохот, казалось сами основания земли тряхнуло колоссальным взрывом. Герман улыбнулся. Олухи сделали всё как надо. Нож гильотины упал, отсекая его голову от тела.
***
Огромная металическая крышка люка открылсь, сбрасывая накопившиеся за годы землю, опавшие листья, растения. С оглушительным рёвом из шахты вырвалась ракета и взмыла куда-то в стратосферу, чтобы через несколько минут рухнуть в центре Москвы. Боевой блок вошёл в землю, пробив асфальт Лубянской площади. В это самое время, голова Германа была схвачена десятком манипуляторов, несколько автоматических пил быстро вскрыли череп, компьютер вносил последние поправки на основе данных о попадании.
Ядра плутония начали распадаться. Высвободившиеся нейтроны разрывали окружающий их литий. Манипуляторы аккуратно извлекли мозг Германа и поместили его в капсулу. Рождённые из лития тяжёлые ядра водорода сливались друг с другом, энергия, что находится за пределами человеческого пониманимания, полилась в мир. Земля плавилась и испарялась. Сама Реальность трещала, как кусок старой ткани. Не выдержав напряжения, пространственно-временной континуум треснул. Ширина пробоя — меньше полуметра, время — меньше пяти секунд, но этого более чем достаточно. Капсула в потоке жидкого азота, рухнула в созданный ракетой туннель. Расчёт оказался верным. За микросекунду до того, как испариться, капсула раскрылась и, ещё живой мозг Германа прошёл в пробой.
Во время определённое до секунды, в место определённое до микрометра.
***
04.03.2025
08:09:58
08:09:59
08:10:00
Фиксаторы, удерживающие голову в определëнном до микрометра положении разъехались, крышка поднялась, и Герман резко сел. Некоторое время он ошарашенно ощупывал свою голову. «Встал как родной» — мелькнула мысль у него в голове, и он рассмеялся тому, какую глупость подумал.
Это вывело его из оцепенения, он вскочил и схватил трубку телефона прямой связи с директором.
— Товарищ генерал, была успешно осуществлена операция 4793. Необходимо немедленно взять под стражу полковника Смирнова и всех его непосредственных подчинённых. Вполне вероятно, что на данный момент они являются существами категории «Ч», — Герман перевёл дух, — полный отчёт будет готов через пятнадцать минут.