Без названия
Меня убили около шести,
На остановке «Красные ворота».
Он почему-то прошептал: «Прости» —
И сунул финку в печень. С доворотом.
Я знать не знаю, кто он и за что.
Грехов — как блох, наверное, за дело.
Еще багрянцем не взялось пальто,
Еще валился — а душа взлетела.
Орали бабы, мыкались врачи,
Сержант усталый чиркал в протоколе
Напрасно. Хоть лечи тут, хоть кричи,
А мне парить отселе и дотоле.
И наблюдая тщеты малых сих,
Свободой переполненный и силой,
Я все шептал: «Неведомый мой псих,
Благодарю тебя. Спасибо, милый!».