Чтобы и там

Какой он тебе господи? Говори — аллах.
 
Надо было креститься, чтобы и там вместе,
а теперь что уж, станешь один, впотьмах,
ждать у окна неясно каких известий.
Тут уже сорок лет всё одно и то же —
                                                              сарай,
яблоня в жестяных заскорузлых листьях.
Яблоко бахает, катится-катится —
с дровяника на дорожку,
попадает в слепую зону, итожа
                                           собственно
                                                       всю
                                                             жизнь.
 
Обе жизни.
 
Ва-ля, Ва-ля — на языке сладкий леденец имени
и — вто́рит эхом, кислит — А-ли, А-ли.
Я вас навеки, на вечные веки, а вы меня?
 
ветер срывает белый налив
 
Ну а теперь-то мир распахнулся, сузившись до TV:
это рыбалка, это футбол, дедушка, ешь блинок.
Азим, Гусейн, Ильхам, Симузар, Узеир, —
ай, шайтан интернет, вот же придумал бог —
будто бы повидал.
 
не говори бог — говори аллах 
 
С этого этажа не видать ни её села, ни его аула,
с ночью играл в гляделки — сдалась, моргнула — 
теперь всегда тихо, темно.
 
Только
если май — бюль-бюль — соловей-оглы,
если август — стучат яблоки, отмеряя
то, что уходит.
 
Ва-ля.
А-ли.