Остров Хайнань — зеркало мировой Чунга-чанговщины. Часть 2
- Погода совсем испортилась, - сказал я.
- Говно, а не лето, - уточнил, глядя в окно.
- Дорогая, ты не хочешь улететь отсюда куда-нибудь, где райнее, чем тут?
- Хочу, - томно ответила она, примеряя перед зеркалом колье.
Через полчаса, на перекрытую гаишниками проезжую часть, приземлился мой Cessna Citation Latitude, сопровождаемый лающей стаей бесстрашных чертановских собак. Я посмотрел на свои Patek Philippe Ref. 1518.
- Через двенадцать часов будем на Хайнань. Дозаправимся в Тынде.
Что? Кто сказал «врёшь»? Погода действительно испортилась. Прямой перелёт из Шарика до Саньи меньше десяти часов, плюс добраться до аэропорта, плюс регистрация. А так-то, конечно, есть несуразности: я не ношу часов, самолёту трудно садиться на проезжую часть, пусть маленькому и пусть на шоссе, моя любимая женщина не носит ювелирку и бездомные собаки перевелись на районе. Одни вездесрущие голуби остались. Ладно, не получается у меня минаевщина, чо ужъ.
Итак, решение отъехать на китайщину было не спонтанным, а появилось, укрепилось и вызрело. Как раз получили новенькие загранпаспорта, и как раз я выклал текст «Вторая голова», где у главного героя мобильник бешенный, путешествует его по разным местам, в том числе и на Хайнань. Из того рассказа ещё много чего обо мне – крайний раз в полноценном отпуске я побывал аж тринадцать лет назад, посетив два портовых города и одну деревню без выхода к морю. Без смены обстановки отпуск отпуском не является, а просто затянувшимися выходными, требующими к тому же «буферных» дней для выхода из запоя.
Приезд.
Самолёт выгрузил нас на лётное поле, и мы затравлено озирались. Был четвёртый час утра, ещё темно. Прощаясь с нами, экипаж самолёта сообщил, что за бортом +26С. Лучше бы уточнил влажность – как в сауну зашли. В джинсах стало сразу неудобно и неловко перед другими – как дурак, в одежде да в парную. Но быстро подошёл автобус, в котором работал кондиционер, снимая психоз.
Аэровокзал встретил табличкой локации – 18 градусов южной широты, 109 градусов восточной долготы. Бляже, куда занесло! 37 градусов на юг, и 72 градуса на восток – пятую часть планеты отмотали. Какая у нас она всё-таки маленькая.
В здании аэровокзала пришлось немного пожить – миграционный контроль занял полтора часа. На выходе стояли местные таксисты, числом три, выстроившись в шеренгу, как наряд дневальных по казарме.
- Ни хао! – приветствовал первый.
- Ни мэн хао! – поприветствовал их оптом, и погремел чемоданами к автобусу. Притихшей собачкой за мной последовала жена. Устала.
У автобуса нам первым делом дали воды.
- Приветствую вас на остров Хайнань! – поздоровалась гид оптом уже с нами. Китайский акцент у неё был какой-то округлый, и надо было вслушиваться, - Моё имя… но лучше называть меня Катя. Мы доставим вас по отелям. Их пять. Время в пути сорок минут.
«Значит – час» - подумал я и стал таращиться в южную ночь за окном. Нас обогнал пикап со ржавым кузовом.
- У нас только вчера закончился тайфун, море немножко грязно, - продолжала радовать Катя, - интернет у нас особенный, поэтому подключите випиэн. Через яндекс подключите випиэн. Если не получается, спросите гида. Всегда в фойе есть гида. Всегда с восьми до шести. У них можно менять валюта, вызвать такси и связаться с родными.
Широта предоставляемых услуг радовала.
Через час мы выгрузились у гостиницы. Рассвело. Обещанный вариант с ранним заселением не работал – номеров не было.
- Идёмте соседка, - сказала Катя, - соседка всегда номер есть.
В соседней гостинице администратор, хрупкая девчонка, выбежала из-за ресепшена и попыталась отнять у меня чемоданы. Ничего у неё не вышло – я оказался сильнее. Разочаровавшись, отвела нас в номер на втором этаже.
- Ничего, малыш, - сказал я, крутя носом от сортирной вони, - это на несколько часов.
Быстро надев шорты и сандалики, предложил:
- Пойдём, посмотрим, что там с морем? И курить хочется.
А с морем было вот так:
Хмарь, трактор и вышка. Приехали...
Приехали…
Гнал от себя мысль, что пожалею об этой поездке. Моя любимая, кажется, уже жалела.
Без пятнадцати семь пошли в столовую гостиницы, в которую ещё не заселились. Худенькая миловидная китаяночка на входе строго потребовала приложить ключ-карту к терминалу. Через минуту наших объяснений, что мы здесь живём, но ещё не живём, ничего не поняв, махнула ладошкой – проходите.
После обильного завтрака, – первый положительный момент этого дня, - вернулись в номер «соседки». Марина легла спать, а я пошёл гулять по просыпающимся улицам. Вернувшись через час, попытался включить телевизор. Не получилось. Тоже лёг.
Переезд в нормальную гостиницу: небольшая реклама отечественного маркетплейса на чужбине.
После заселения, погуляли по району, заглядывая в магазины. Имея опыт передвижения по окрестностям на час больше, чем у жены, чувствовал себя матёрым Дадунхайцем. Шёл, покуривая уже местные сигареты. Окружающее мне начинало нравиться.
День второй.
Море штормило. Пляжи не открывали. В этот день мы повстречались с нашими организаторами тура, купили экскурсии и отправились гулять. Прошлись по набережной, покурили кальян.
Китайцы оборачивались на меня, улыбались. Поначалу меня это коробило. Позже узнал, что ничего обидного в этом нет – просто человек непривычного вида занимается непривычным делом. Как бы вы реагировали, если бы проходили мимо пивняка, и увидели индейца в перьях, раскуривающего трубку мира? Хорошо, что не лезли фотографироваться – тут это запросто. Заодно понял, почему кальян – единственная вещь на набережной, которая дешевле, чем в городе.
Да! Попкорн был сладким. Представляете? Ну, хоть в подарок.
Вечером удалось помыть сапоги в Индийском океане. То есть, намочить пятки в Тихом.
Пляж с темнотой в любом случае закрывается, но тут суетились отчаянные ребята – отгребали от берега на сёрфах. Получалось так себе.
День третий.
Море штормило. Наш пляж не открыли. Но на первом пляже, - где я вчера мыл ноги, - в восточной стороне бухты началось какое-то движение. Сходили, посмотрели. Некоторые стояли по щиколотку в набегающей воде, с тоской глядя на волны.
Мы пошли в бассик. Их у нас три – метр тридцать, потом мелкий для детей, и метр пятьдесят глубиной. Вода в бассейнах от жары не спасает, но зато отлично лечит ревматизм.
В половину второго поехали на экскурсию.
Это была обзорная экскурсия с обедом, а ближе к вечеру – заезд в парк Олень повернул голову.
Сначала нас повезли в Музей шёлка.
По дороге мы проезжали дома-деревья и здание для проведения конкурсов красоты – их тут было много, и два Мисс Мира. На последнем Мисс Россия заняла шестое место. Экскурсовод Фарид рассказывал, что пытался с ней познакомится, но не получилось.
История этого места напоминает легенду: один китайский бизнесмен разорился на постройке домов-деревьев. Но познакомился с Дональдом Трампом. Тот ещё политических амбиций не имел, но зато владел конкурсом Мисс Мира. Они как-то там замутили гешефт, и квартиры в домах-деревьях стали предметом роскоши.
Сам музей шёлка оказался полуподвальным лабазом. На входе нам показали кусок очень ценного дерева, и гарнитур, сделанный из него. Стол и стулья стоимостью 6 миллионов юань:
Потом нам рассказали о производстве шёлка, научили отличать тру-шёлк от подъёбки и предложили купить одеяла (2000ю.) и постельное бельё (1700ю.). Можно в любой валюте (по курсу Народного банка), можно карточкой и даже можно в долг – запишут на счёт в гостинице. Пока там охмурялась дамская часть группы, я прокрался в зальчик с различной мелкой сувениркой. Как работник торговли, имею профессиональную деформацию – запоминаю цены. Мелочь, что я видел в городе по 8-10ю., тут стоила 15ю.
Следующим пунктом обзора была акулья фабрика (там производят лекарства на основе акульего жира и ливера). Пошло тоже по накатанной – сначала нам показали трёх акул – белую, акулу-няньку и зачем-то черноморского катрана, потом отправили в конференц-зал, где угостили каким-то сухариком в обёртке, который я благоразумно не ел и запретил есть Марине Викторовне. Нас ждало интересное шоу – вышла русская девушка Виктория в деловом костюме, рассказала, что у неё четверо детей, два медицинских образования (московское и пекинскокое), а родом она из Питера и ей 49 лет. Надо признать, что для декларируемого возраста и количества детей, выглядела она на отличненько. Потом она рассказала о симптомах болячек, которые, кажется, охватить могли охватить любую аудиторию, кроме читавших Джерома К. Джерома и тех, кто знает, как выглядят презентации в MLМ-компаниях. Ну и начала нам впаривать единственно правильный акулий жир по 480 ю. за упаковку (в миру она стоила 70ю., но была, конечно же, подделкой). Можно в любой валюте, можно карточкой и… Для верности позвали какого-то китайца в белом халате – этот полуседой коряг приволок какой-то прибор и всем поставил диагноз – больная печень. Надо пользовать акулий жир. Я тогда понял ещё одно значение фразы на Упячке «Жърчк Мжвячне!!11». Виктория была прекрасна в своём порыве. Продано было, кажется, четыре упаковки.
Оттуда нас повезли в Дом чая.
Там нам предложили продегустировать то один чай, то другой, то третий. На фразе «В Китае 2400 сортов чая» я напрягся и понял, что обоссусь, но после фразы «На Хайнань производят одиннадцать», успокоился. Продегустировали все одиннадцать. Нам объяснили как заваривать, как правильно пить и…. правильно, предложили купить по цене 380ю. за 100гр. – можно в любой валюте, можно… позже я куплю эти сорта за 20-38ю. Ох-ох-ох. Да переименуйте вы уже «Обзорная экскурсия» в «Лохотряс», так честнее будет. Кстати, Фарид отводил глаза и на самих шоу прятался в автобусе – как писал один гениальный чувак «совесть – это роскошь».
После обеда мы поехали в парк. Ну что ж, ради этого стоило терпеть эти издевательства. Попросили рассказать экскурсовода, откуда такое еба…нестандартное название парка – «Олень повернул голову»? И Фарид рассказал легенду.
Давным-давно, жил один первоклассный охотник и одна принцесса. Они любили друг друга. Но злые силы решили помешать их любви и превратили в принцессу в оленя. И вот как-то охотник гонял очередную зверушку, и загнал оленя на гору, где деваться было некуда, только в пропасть. И только он натянул тетиву лука, олень повернул голову, и охотник понял, что это его любимая. Вот на эту гору мы и едем.
- Так он успел выстрелить? – спросил кто-то.
- Нет, - вздохнул Фарид, - упустил свой шанс. Они поженились и она испортила ему всю жизнь.
Попробовал снять видео въезда на гору на местном электрокарчике. Но из меня плохой оператор – боюсь потерять мобильник. Ведь там всё – деньги, переводчик, документы, связь с Большой землёй. Скоро фраза «предложил руку и сердце» заменят на «предложил свой телефон». Поэтому фото:
Тут я окончательно влюбился в Хайнань. И понял, какая же это хуйня – курорты Краснодарского края.
А вот это стеклянный балкон над обрывом. Надо потренироваться, ведь завтра – Стеклянный мост над пропастью. Как там очко, жим-жим?
Нога непроизвольно вставала на балку. Пугательно.
День четвёртый.
Море штормило. Первый пляж вроде открыли. У нас была информация от Фарида, что на Сяодунхай пляж открыт давно – там спокойно. Доехать от нашей гостиницы на такси можно за 20ю. Решили, что завтрашний день посвятим морю. Сегодня предстояла экскурсия в парк Янода, где есть знаменитый Стеклянный мост. Этот мост я видел по телевизору и задумался ещё – смогу ли я на него зайти? Четыреста метров зазор с землёй.
- Моя фамилия Тан, что переводится как «земля», а имя – Миомио, что переводится как «маленький растений». Папа хотел, чтобы я выросла большой. Миомио – как кошечка, котёнок. Поэтому зовите меня Катя. А наша группа называется Катюша. Если вы потеряться в парке…
Я-но-да означает на местном диалекте 1-2-3. А так же это означает «Привет, счастья тебе!». Теперь я понял, что кричат китайские туристы в Москве, делая пальцами виктори, когда фотографируются. Парк огромный. Находится на земле народов Ли и Мяо. Тут есть как дикие джунгли, так и туристические. Многие растения, которые вы дома или в офисе видите в горшках, тут дикорост. Причём гипертрофированный.
Есть сельхозугодья: выращивают чай, перец, бинлан.
А это – анчар. Да-да, Александру Сергеевичу два по ботанике. «Стоит один во всей пустыне». Ага, нашёл саксаула. Кстати, в паре с ним – сандаловое дерево.
А вот дом Удава. Шутка. Соколовский тут не при чём. Просто в своё время местные переели всех змей формата удав-питон, и стали о них заботиться для восстановления популяции.
На стеклянный мост заходить не страшно. Если одному – может быть. А тут толпа прёт, дети на одной ноге скачут, бардак полнейший а не экстрим.
Даже, когда под ногами лопается стекло с характерным хрустом
Задницей, да на пальму? Нет, не страшно
Виды с моста
Виды с канатки
А вот этот мост названия не имеет. Его просто зовут «третий мост». Ну и с него смотреть вкусно
На выходе из парка есть красивый магазин местных продуктов. Цены порадовали.
Купили кокосового кофе. Нет, это не кофе из кокоса. В простую «арабику» добавлено сухое кокосовое молоко.
Три сорта чая местного сбора
И два сорта перца, тоже с этих гор. Мельничка - в подарок
Вернулись в восемь. Пошли ужинать в Восток.
День пятый.
Шторм стих. Но наш – третий пляж, был закрыт. Сходили на первый. Я окунулся в большую волну, любовь всего моего остатка жизни не стала. Зашли бассейн, поплескались там. Поздоровались с местной кошго. Она истинная хайнанька, ест острое мясо (проверено за завтраком)
После обеда отправились в Сяодунхай. Пешком.
По карте это 3,9 км, но мы чуть плутанули, нашагали где-то пять. Над дорогой свисают кокосы. Надо спросить экскурсоводов – прилетает кому-нибудь в лобовик? Или если на байке – по тыкве?
Упёрлись в военный объект, я уж было полез в карман за телефоном, чтобы перевести, что тут написано, но вовремя одёрнул руку.
С горы увидели свой Интимник:
Сяодунхай оказался районом безлюдным, и даже пивзавод не прибавлял бодрости. Некоторые магазины были закрыты. Но флора упорядочена. Вот аллея из фикусов.
- Когда на следующий год сюда поедем, то всё равно остановимся у нас, - заявила Марина.
Во как! Всего пять дней, а уже «у нас» и уверенность в том, куда мы поедем через год. Да, Хайнань определённо делает тебя своим жителем «на щелчок». То, что здесь люди остаются жить – совсем не удивительно. Тут и русские экскурсоводы есть.
Пляжи тут тоже песчаные, но с полоской из кораллов. Волн практически нет.
Побродили по пляжу, осмотрелись. Решили, что в последний день приедем сюда. Вышли с пляжа через отель Интерконтиненталь, ополоснув ноги в местной душевой. Остановили отъезжающее такси, и поехали… к себе.
День шестой
Нанго по-русски говорил плохо, но зато был хорошим философом. Мы проезжали на автобусе через пригород, где живут Мяо
- Местные мужчины, - говорил он, - утром встают, едят лапшу а потом собираются где-нибудь и пьют чай. Не работают. Совсем. Откуда деньги? Жильё сдают. Раньше думал про них плохо. Очень плохо. Бездельники. Не работают. Сейчас думаю хорошо. В жизни всего лишь 30 тысяч дней. Каждый день – бесценен. Зачем его тратить на что-то?
Въехали в городок, от которого начиналась канатная дорога в Парк обезьян.
Но меня волновал не сколько сам парк, сколько именно дорога к нему. Ведь по дороге будет рыбачья деревня на воде. Я её тоже видел по телевизору. И думал, что никогда сюда не попаду.
Фермы выращивания жемчуга
В парке мы первым делом пошли в панорамный кинотеатр. Это такая полусфера, где ты лежишь на пуфике, а над тобой разворачивается мультфильм про обезьян и дракона. Ни фото, ни даже видео это не передать – там эффект три дэ без очков. Так что поверьте на слово.
Здесь живут макаки. Их тут около двух тысяч. Но единовременно можно увидеть немного. Говорят, до двухсот. Не знаю, сколько видел я, но наверное, меньше сотни. Хотя они тут повсюду.
Остальные прячутся в горах
Памятник, который Американский «красный» миллионер Хамер подарил Ленину. Обезъян сидит на книгах Дарвина и держит в руках человеческий череп. Ч-чорт, точна копия. Надо обдумать (обезьянничает)
В обезьяньем царстве закон и порядок. За преступление (это как правило, грабёж), натурально сажают в тюрьму
Говорят, это на макакеров действует – преступность снизилась.
Однажды из тюрьмы был совершён побег – две обезьяны прикинулись умирающими. И как только клетку открыли, подорвались с крытки.
- У нас говорят «Голодный – ешь. Сытый – тоже ешь». Есть даже пословица, - Нанго произнёс что-то на китайском, - сейчас переведу…э-э… голодный не принимает душ…а! Голодный голову не моет. У нас обед сегодня рано.
Привезли нас в секретный ресторан. Он находился на каких-то задворках городка. Столы там были исключительно китайские – круглые. В центре стояла кастрюля с супом. Нет, с компотом – там финики плавали. Оказалась, что всё-таки с супом. Дали утку по-пекински, креветки, блинчики, мелкую жаренную рыбёшку, биточки. Быстро насытились.
После короткого перекура, поехали на термальные источники
На планете Земля 2500 вулканов, 110 из них находятся на Хайнань. Правда, все потухшие или спящие.
Есть ванны с натуральной водой, а есть созданные миксы.
Первым делом все пошли кормить рыб. Я присоединился. Влез в бассик, и, кажется, рыбки со всего бассейна устремились ко мне – сплошной комок омертвевшей кожи.
Да моюсь я, моюсь…Стало немного неловко. Перебрался в какую-то ванну с таким крутым кипятком, что у меня изумились все части тела. А потом попробовал сделать из себя разносол. В молоке:
И не совсем приличную болезнь лечили незаконно марганцовкой (с). Нет, это вино!
Перед выходом, я ещё раз сходил к рыбкам. Улёгся в воду полностью, положив голову на притопленный камень. Смотрел в небо. Рыбки жадно ели меня, от пяток до мочек ушей. Чувствовал себя дома. Только вместо берёзок – пальмы. По небу быстро неслись небольшие облака. Думал, что мир прекрасен. Но он хрупкий, и его надо беречь. И хоть он очень маленький, места хватит всем.
День седьмой.
После завтрака взяли такси и поехали на Сяодунхай. Там было тихо и радостно.
Молодожёны делали свадебный альбом. Лучше всего себя чувствовала невеста. Жених был в чёрном костюме, бедолага.
Немного искупались, и поехали домой, грустить. В последний день на пляже я сгорел. Но грустилось не по этому поводу. Не хотелось уезжать. Единственно, что поддерживало, так это надежда, что мы привезём в дождливую Москву с собой солнце.
