Фотограф щёлкает, и птичка вылетает...

В моем детском альбоме есть фотография, где я стою в зоопарке рядом с волком из «Ну, погоди». Волк на вид безобидный и даже улыбается. А я его держу за галстук. И все бы ничего, обычная детская жизнь: фотограф (папа) щелкает, вылетает «птичка». Потом — темная ванная, проявитель, закрепитель, фотографии сохнут на прищепках... Утром их смотрят все участники съемки. Складывают в специальную коробку. Убирают в шкаф. Сюжет отыгран, прожит «от и до», можно искать, снимать новый. Можно. Но за кадром (да и в кадре — тоже) остается самое главное. Неподдельный страх в глазах ребенка, который мужественно фотографируется с этим жутким волком, боясь подвести взрослых. И когда эта мифическая птичка улетает, он начинает рыдать на весь зоопарк, да так, что его целых полчаса не могут успокоить родители. Никакие рассказы о том, что волк ненастоящий, и вообще он — не из леса, а из мультика, не убеждают девочку в вязаном белом платье с помпонами на поясе в том, что ее сказочный мир — неживой, невзаправдашний. Если волк ненастоящий, то значит, и она — со всеми своими переживаниями и радостями — тоже ненастоящая. Так, что ли?

Девочка, конечно, успокоится. И даже засмеется, когда увидит себя на этом фото... Потому что засмеются папа с мамой. А еще она подумает о том, что больше никогда не испугается никаких волков в галстуках. И, к слову, на следующем фото с крокодилом Геной, примерно уже через год, она бесстрашно посмотрит в объектив и даже улыбнется.

Но в тот момент, когда она увидела себя, с этими невозможными глазами, она сделала незаметный, но очень болезненный шажок к себе другой, взрослой и рассудительной. Конечно, это был не единственный шаг, а один из... Но именно так закрывается детский нежный беззащитный мир. Именно так — шаг за шагом, момент за моментом — и происходит это размывание красок, бликов, лучей... Потухают эмоции, становятся штампованными реакции. 

Если бы я была ребенком, я спросила у какого-нибудь взрослого, очень взрослого человека: вам нравится быть там? Наверху? Там, где вы есть сейчас, и откуда смотрите на меня? 

И если бы сейчас какой-нибудь маленький человек меня бы спросил о том же, я бы однозначно ответила, что мне там страшно. Намного страшнее, чем тогда, когда я стояла рядом с волком. Тогда у меня был шанс на спасение. На побег от этого чудовища. Тогда я себя чувствовала настоящей, защищая слезами свое детское бытие, а сейчас я не чувствую себя настоящей, потому что меня научили превращать живое в мертвое. И смеяться тогда, когда хочется плакать.

Эта фотография стоит у меня в гостиной на полке. Когда я подхожу и смотрю в глаза этой девочке, мне становится стыдно за то, что я не оправдала ее надежд. Я стала как все. Как надо. Но иногда мне кажется, что я так и стою там, в зоопарке, держа за галстук страшного волка. Улетела вперёд целая жизнь, а то мгновение осталось. Навсегда.