Облака

«В шахте только и разговоров, что о небе...»

Я и облако. Когда думаю о нём, оно думает обо мне, будто дуальное зеркало. «Слушай, у меня дело к тебе!» — транслируешь мысленно в пролетающий облако-чат вспышки нейронов. Именно так хочется передать весточку туда, откуда ты родом. Тем, кто там, кто любит и ждёт, хотя бы свои мысленные каракули — они там нужнее, чем здесь.

Именно так, начиная с пелёнок, практически не осознавая, на уровне сигнальной, оккультная суть неба в крови. Пальцами приподнять веко, впустить в себя облако, наполнить паруса, дышать, дышать... Впоследствии, индо кирпичи дней — это поймёшь ещё — не дают тебе улететь с ним, отбросить придуманную гравитацию как коньки, забыть о том, чтобы ходить, вспомнить о том, чтобы летать. Для нас придумали инкубатор, присыпали сверху металлической пудрой времени, выпустили, будто цыплят, засеять нами голубой Марс, заякарить тут на века.

Время давит к земле, перетирает между жерновами «день-ночь», а облака зовут домой.

Мы рождены, чтобы ползать, чтобы забыть о главном, но вернуться к нему через боль, страдания — на самом деле летать, это проще пареной репы — как дышать, как жить.

Облака там, где ты.

Ты там, когда не совсем здесь. Здесь, на сыром бетонном полу, среди камней и гадов. Такой же гад с васильковым взглядом и печатью на лбу. Ты. Когда не поднять голову вверх, когда вериги по рукам и ногам, когда тело продано за тарелку похлёбки, и безумно тянет пожить простая память о запахе воздуха, помни, — где-то там облака. У них нет границ, паспортов, нет родства с тобой, но вам всегда по пути. Ты кровь из носу должен быть там, куда свободно дрейфуют они, равнодушно маня за собой. Куда-то уплыть, вечный поиск места силы, статичность обманчива, иллюзорна, как жизнь и вода, время не может застыть даже в камне. Время течёт сквозь тебя, а небо зовёт. С твоей белковой, органической жизнью здесь, на дне, могут сделать все, что угодно, но никто не может отнять у тебя способность поднять голову вверх, когда совсем невмоготу. Закрыть глаза и увидеть. Есть много того, что нельзя ощутить, потрогать, но достаточно знать, что это с тобой. В тебе. Ты возьмёшь это в путь, когда придёт время.

Как воздушно и легко меняется ценность вещей на чаше весов, не так ли? Сейчас ты на коне, но через минуту, может за тем поворотом, ты отдашь коня за глоток воздуха.

У облаков глаза детей. Чистые, чище снега, без соринок и брёвен, как в твоих. Твоя ленивая кисть, запачканная в грязи гламура, ведёт указательным летопись собственных грехов, царапая то когтями по стенам, то вилами по воде, то черпая пригоршнями пепел сгоревших иллюзий. И только детские глаза, полные чистоты, пролетая, смотрят сверху, даря прощение. Надежду.

Надежду...

— Слушай, потуши мобилу, не сади батарею. У меня лампа вот-вот сядет, да и твоя на походе.

— Да я только время глянуть.

— Ну и чо там?

— Да уже почти третьи сутки.

— Пиздец. Точно по подстанции въебали.

— Да по подстанции, то херня. А вот если канаты перебили в стволе, вот тогда и пиздец.

— Вода есть еще?

— Да там по глотку может еще.

— А из помойницы ты как? Не?

— Надо будет, будешь и из помойницы. Помню, как-то раз с бодуна...

— Знаешь, мне облака приснились.

— Облака?

— Облака.

— И что?

— Ничего.

— .... Ладно. Туши канагонку. Не сади батарею.

Есть правда бесполезной чистоты, без цели, смысла, практического применения. Бесполезная красота, любуясь собой в отражениях очарованных глаз и не особо расчитывая на ответ, спрашивает —

Для чего?

А ни для чего.

Просто, братан. Просто облака, просто небо.

#облако

flight instructor мадемуазель Бона Муррр