Букет из крепких вин (невенок несонетов)
1.
Когда в саду фиалки отцветут
И лилии, и прочие бутоны,
А стаи птиц, курлыча на лету,
В осеннем небе медленно утонут,
Когда залезут в душу лень и сплин,
И сотней спин уйдут красавиц тени,
Сожму душой букет из крепких вин.
Освобожденный запахом цветенья,
Достану фотку старую твою
/Любовь, запечетлённая в раю/
В который раз окину пьяным взором.
Мой рыжий ангел, мой иконостас!
Восторг, очарование, экстаз...
В который раз оргазмом ярким взорван.
2.
В который раз оргазмом ярким взорван,
Опустошен, гляжу в окно на мир.
Там, в сумраке, на ветке чёрный ворон
Невидимым присутствием томит,
Предвестник бед, изысканных болезней,
Простых смертей и горестных разлук.
Кричит упырь: Забыть её полезней,
Чем каждый вечер — сердце под каблук!
— Иди ты нахер, чокнутая птица,
И что тебе, убогому не спится?!
Ногою правой створки распахнул,
Четыре раза бахнул из «ПээМа».
К финалу понеслась моя поэма,
Венок сонетов — камешком ко дну.
3.
Венок сонетов — камешком ко дну.
Внизу завыла мерзкая сирена.
Менты... Деталь запомнил лишь одну —
Сверчки ночные пели афигенно,
Пока меня вязали, били в пах,
По почкам, по сусалам пистолетом...
А воздух перезревшей грушей пах,
И на запястьях лязгали браслеты.
Наутро жгли похмелье и вина
Перебирал любимой имена:
Маруся, Люба, Лида, Клава, Лиля...
Но нифига не вспомнил, хоть убей.
В стекло безумный бился воробей,
И на столах всё мёртвые вопили.
4.
И на столах всё мёртвые вопили.
А я молчал, лежал не мёртв, не жив.
Во все глаза глядел рассвета филин
На бужиратор, пилы и ножи.
Точнее, скальпели. Распахнутая клетка
Грудная. Я лежал, распотрошён.
И фотка, как прощальная виньетка
Той жизни, где всё было хорошо,
Пришпиленная скальпелем к стене.
Матильда! Сразу вспомнил, охренев,
И тотчас улетел в покоя вечность.
И тут прозектор старенький вошёл,
Втянул ноздрёй волшебный порошок,
И ухнул громко, не по-человечьи.