Письмецо в конверте погоди, не рви…
В цифру отправился «Почтарь» Андрея Разенкова — снятая к 80-летию Дня Победы военная драма о «блаженном» почтальоне в советском тылу 1942 года, который решает подменять похоронки на вымышленные письма от погибших солдат. Почему эта прямолинейная притча о милосердном обмане не выросла в хорошее кино — попробуем разобраться.
«Почтарь» (2025)
Жанр: драма, военный
Продолжительность: 1 час 34 минуты
Сценарий: Андрей Разенков, Михаил Петухов, Наталья Коткова
Постановка: Андрей Разенков
В ролях: Александр Петров, Инга Оболдина, Юрий Беляев, Алексей Розин, Фёдор Лавров, Наталья Суркова, Полина Агуреева, Владислав Абашин и другие
Производство: Россия
12+
«Кто стучится в дверь ко мне, с толстой сумкой на ремне»
Небольшой городок в тылу, где о ходе Великой Отечественной войны узнают лишь из писем-треугольников, на почте, сколько себя помнит, трудится невзрачный почтальон с явным расстройством аутического спектра (Петров). На фронт не берут, хотя он сам регулярно просит об этом у комиссара. Но местные жители относятся с пониманием — «немножко блаженный». Никто уже и не помнит, как он здесь появился, но, кажется, этот почтарь здесь был всегда.
Однажды в его сумке оказывается похоронка, предназначенная молодой женщине, сразу же после свадьбы проводившей мужа на фронт. Почтарь не решается отдать ей страшный квиток — началась, простигосподи, «библейская история имени Мин.Культа» — а затем он и вовсе берёт и пишет ей письмо от лица мужа, якобы из госпиталя. А чужой почерк — так, мол, из-за ранения надиктовывает текст соседу по палате.
В другой раз в руках у почтаря оказывается извещение о самовольно покинувшем часть бойце. И «блаженный» весьма стройно и грамотно пишет другое письмо, в котором дезертир оказывается героем и недавно «взял высоту». По душу бежавшего с фронта бойца в городок — ну, естественно же, куда без них — приезжает офицер НКВД. Начинается расследование, и дурниной прёт, я извиняюсь, «притчевость».
«Вознесися, Михалыч»
Создатели бьют в лоб — достаточно молодо выглядящий безымянный почтарь носит здесь письма и газеты десятки и десятки лет. Имя его, кстати, зритель узнает в финале, таком же фальшивом, как и письма почтаря. Гавриил. Как архангел, принёсший Деве Марии благую весть. Этот, с вашего позволения, постановочный ход выглядит как издёвка и прямиком летит в компанию одухотворённо-псевдопатриотической дряни к «Зое», «Праведнику» и прочим «библейским историям» о постящихся коммунистах. Странное дело: к такой сакральной для отечества дате киношникам выделили медяков в пользу истории о юродстве и логично следующим за ним мученичестве. И если бы Роман Сергеевич Мадянов не ушёл от нас в прошлом году, то я знаю, кто бы в «Почтаре» сыграл представителя НКВД. Чтобы, так сказать, пазл сложился. Чтобы «за булочку, за трамвайчик».
Иногда создатели кинокартины «Почтарь» прекращают «притчевать» и немножко снимают кино. Так появляются некоторые мелкие детали, напоминающие о режиссуре. Например, заклеенные окна.
Ходит дурачок…
Интеллигенты в третьем поколении, с интеллектом поддатого мужичка могут кричать всё, что угодно, а выпускник мастерской Леонида Хейфеца — Александр Петров, в профессии понимает. Кумекает. Но! В случае с «Почтарём» кастинг на главную роль выглядит больше коммерческим решением, чем художественной необходимостью. Актёр «играет в юродивого», а не воплощает сложный внутренний мир человека, который решился на милосердный обман из глубокого сострадания. Его переключения из «болезного дурачка» в автора грамотных фиктивных писем — неправдоподобны. Получается местный чудик даже не из театральной постановки, а из разудалого капустника ко дню студента. Персонаж неестественно дёргает головой во время разговоров и пытается изобразить нарушение координации. Чтобы хоть как-то подействовать на зрителя, героя часто снимают под «голландским углом» — наклоняют камеру, заблюривая края кадра. Приём выглядит дёшево, ускоряя сей продукт в эфир телеканала «Домашний».
За такой гонорар мы можем, максимум, не мешать!
Жанр кинопритчи — имеет место быть, и, порой, интереснее «обычного» повествования. Однако он требует исключительно сильного актёрского присутствия, а не «плохо ей, рожает она». В «Почтаре» Великая Отечественная война существует в пространстве похоронок, хлебных карточек и посредственно прописанных разговорчиков о фронте, и превращается в некое условное обстоятельство. Тут-то и нужно завозить артистов грузовиками. И они есть. И они хороши. Только не в этой ленте. Мощные Розин, Лавров, Абашин — до диссонанса шаблонны, с театральными интонациями чуть ли не выкрикивающие пафосные реплики. Женщины, получающие фальшивые письма — Полина Агуреева, Полина Рафеева, Наталья Суркова — сыграны гораздо сильнее и глубже. Но только, когда уже «тонет», то тут хоть заиграйся — не спасти. Режиссёр Разенков играет на одной ноте, и то фальшиво.
Радует лишь наплевавший на установки создателей — Юрий Беляев, который сыграл начальника почты, бывшего белогвардейца, честного и благородного человека, за спиной которого драмы больше, чем во всей этой сюжетной кутерьме. А, возможно, это единственный персонаж, прописать портрет коего до дедлайна успели. Прочим же раздали деревянные ложки и дали задачу: «Понеслась!»
Немедленно вспоминается фильм Анатолия Колиева «Семь чёрных бумаг», где действие также разворачивалось в тылу 1942 года, а похоронки являлись центральным образом повествования. И почему-то осетинская малобюждетка отличалась тонкостью, авторским почерком, страшной атмосферой тыловой тишины и полным отсутствием каких бы то ни было «архангелов», что позволило превратить картину в подлинное высказывание, а не в «датский спектакль» (постановка к какой-либо дате. ред).
На выходе «Почтарь» — это издевательская поделка с отчего-то неиграющими действительно хорошими актёрами, с наплевательским отношением создателей к зрителю, и до пошлого слезодавильным финалом, который пускай в моменте работает, но с точки зрения общей картины, «добивает» и без того непростительно прямолинейную штамповку. Смотреть сие, понятное дело, нет ни малейшей необходимости. Пугает одно: если ЭТО зрителю дают, как работу к Юбилею Победы, то каких кинокартин нам ждать в «серые будни», «неюбилейные» времена?