Это хорошие деньги, Боб!

Кристаллы — снег для бедных

Свет ярче, музыка бодрей, официанты усердней. Разряженная публика толкается с затейливыми напитками в руках, отдыхает от дневных забот. А вон и мулы с ворохом фишек азартно вертят барабаны. Выигрывать в казино — отличный способ отмыть деньги. Играй долго, и каждые пятьсот из тысячи останутся при тебе.
За «мулами» присматривают крутые парни из банды «Snake Rebels». Вся торговля дурью под их контролем. Они и нанимают этих людей. Никто не может запретить им находиться здесь. Проблема — в зловещих нашивках на спинах их курток, благородной публике это не нравиться.
В наушнике знакомый голос:
— Семьдесят четвёртый, тебе работа возле пятого!
Значит надо подойди к бармену, а там увижу, что делать. Как и ожидал, Ари и Матео с кружками пива вальяжно облокотились на стойку.
— Парни, вы же знаете…
Они приветливо улыбнулись как старому знакомому. Делаю официальный вид, тараторю давно известные им слова:
— Приношу извинения, но вы нарушаете дресс-код — никаких нашивок на одежде, которые будут неприятны посетителям, будьте добры покинуть игровой зал, пожалуйста.
Они принимают правила игры.
— О, извини друг!
Уселись в вестибюле, там казино за них не отвечает.

Леди Сандра прохаживается от стола к столу с повадками профессионала, выигрыш не пускает по второму кругу, играет «на два кармана».
Худощавая шотландка с приятным лондонским акцентом. Видно, что в молодости была привлекательной девушкой: выразительные глаза, идеальный макияж. Теперь богатая вдова, владелица большого особняка на крутом берегу с видом на снежные вершины. Её состояние вызывает трепет у боссов нашего заведения, ей всё прощают.
Но и Леди Сандра несовершенна, алкоголь делает своё дело. Ближе к полуночи уже покачивается и держится за бортик рулетки. Попросить эту даму больше не играть — непереносимое испытание для менеджеров. По закону они должны это сделать. Я у них считаюсь экспертом по бесконфликтному выпроваживанию. Хотя прекрасно знают, что буду нарушать инструкцию.

Иногда Сандра сама берёт меня под руку, и мы идём к выходу, где её поджидает наше бесплатное такси. Но чаще делает вид, что не замечает. Приходится покорно ждать, пока дилер распасует выигрыш, а затем слегка дотронуться до её локтя: 
— Извините, мадам, я думаю, для вас будет лучше не играть этим вечером.
«Дотронуться до её локтя» — это и есть грубое нарушение правил поведения работников казино: «нельзя дотрагиваться до тела гостей». А мы идём с ней до дверей почти в обнимку. К тому же теперь я ещё и водитель шикарного минивена на пол-ставки. Усаживаю даму в мягкое кожаное кресло, и домой!

Вьётся горным серпантином ночное шоссе. По деревьям на обочинах, ярче, чем звёзды сверкают глаза поссумов. Перед воротами вместо традиционных львов два куста остриженных в форме Микки-Мауса, за воротами поместье.
Два этажа, шесть спален, несколько гостиных, кабинеты с полками книг, подвал с коллекцией вин. Несомненно, потрясающий вид на озеро, который прибавляет к цене дома ещё десяток миллионов.

После нескольких попыток Леди Сандра всё же набрала верный код. Раздался мелодичный звон, один за другим загорелись огни — в коридорах, на лестницах. В нижней гостиной газовый камин зажёгся сам собой.
Сандра откинулась на мягких подушках перед огнём.
— Я приготовлю для вас чай по-русски.
Предложил я.
— Oh, thank you Vlad, I’d love to, — пропела она.
Чай по-русски — моё изобретение, в пику английскому с его молоком. Крепкий чай, лимон, немного виски. Нужен коньяк, да тут коньяка никто не держит. Глянул на часы — пора возвращаться. Уже было направился к двери, когда Сандра отставила чашку и подняла на меня глаза:
— Влад, ко мне приезжают гости. Не смог бы ты раздобыть для нас немного «Чарли»?
Она просила не в первый раз, так что я не удивился. Только вот этот парень из Берлина, с которым я познакомил её, уехал в прошлом году.
— Мадам, я знаю людей, которые помогут с кристаллами.
— Кристаллы — это снег для бедных, нам нужен хороший, чистый «Чарли».
— Даже не знаю как помочь вам, мадам. Может в Moho?
— Влад, я не хочу связываться с теми латинос из клуба.
Произнесла она с таким неподдельным страданием, что растрогала даже меня.
— Ну… Может… Что-нибудь придумаю для вас.
Ответил я и выскользнул в дверь.

******
Зажурчал в кармане мобильник. На экране номер Боба. Я вышел поговорить в коридор:
— Боб! Привет, как ты там?
— Только что со съёмок, устал как собака! Жди!
— Денег что ли дали?
— По заслугам, трудился не покладая ног.
— Конечно, ты им дешевле обходишься, чем вертолёт. Тебе чашку чаю с утра, а вертолёту  бочку бензина.
Он устроился в киностудию, там оценили его альпинистский опыт и доверили таскать барахло по горам, куда машина не заедет.

Явился, радостный:
— Жутко проголодался!
Повёл его к нашим служебным столам в ресторане. Подбежала Лю, обняла меня, разулыбалась Бобу. Боб сегодня расстарался, побрился, одет как денди, но фермерский загар не скроешь. Растянулся в кресле с кружкой «Килкенни», разглядывает публику:
— Влад! Ты здесь как в раю!
— Оставь, мы все тут прислуга за пол-пени. Вот помню, мы с тобой на леднике брали по 800 бакс за день.
— Таскать рюкзак и клиента на верёвке, это не рай.
— Ну хорошо, теперь ты в раю, какие планы?
— Пятьдесят, ну сотню, потрачу на рулетку. Я же проиграю, ты знаешь.
— Рулетка для тупых, рекомендую «Баккара».
— Там думать надо, а я сегодня тупой.
Он допил, посмотрел на пустое дно кружки, со стуком поставил на стол.
— Ещё продажную любовь хочу, чтобы без всяких ханки-панки. Есть тут такое?
— Девок у нас нет, гоняем как кур из огорода. Поедешь в клуб «Moho»?
— Поеду, куда скажешь.
В наушнике голосом девушки из комнаты наблюдения продиктовали пару цифр из нашего кода. Я оставил Боба за столом, ему развлекаться, мне работать. На этот раз послали сопроводить клиента с выигрышем до парковки. Заглянул по пути в служебную комнату, перед зеркалом Лю, переоделась, собирается уходить.
— Мэри Лю! — окликнул я.
— Вот тот парень, с которым мы ужинали, он мой хороший друг. Придёт сегодня вечером к вам в клуб, ты не дай его одурачить.
— Скинь номер, пусть звонит. Недавно привезли новеньких, хорошенькие азиатки.
По радио позвали порулить:
— Отель «Оутрайд», группа туристов, после в Эрро-таун, четыре человека.
Я заторопился к выходу, Боб стоял у рулетки, зачарованно глядел на мечущийся в колесе шарик.
— Сброшу тебе номер Лю, как будешь у входа в клуб, пошли ей текст. Она встретит, с ней не пропадёшь.
— Лю! — обрадовался он.
— На Луизу не рассчитывай. Сколько ты готов потратить?
— Ну-у, сотни три.
— То-то и оно. Там за эти деньги только за коленку потрогать.

Это хорошие деньги, Боб!

Похоже, зимний сезон начался. Закрылись поздно, к четырём утра. В пять добрался до постели. Проснулся около полудня. По пути в ванную через открытую дверь увидел в гостевой спальне Боба. Он спал лицом в подушку, рука свешивалась, одежда валялась на полу. Сегодня день нерабочий, но надо заскочить на часок показать, что и как запасному водителю. Начеркал записку: «Я в „Моррисон паб“, звони, как проснёшься».

После бокальчика «Гиннесс» Боб ожил и стал тем Бобом, которого я знал, — готовым к будущему без страха. Вспомнили нашу работу гидами. Как застряли с большой группой, возомнивших себя покорителями вершин. Ветер тряс тесную альпийскую хижину и пел в тросах, на которых она висела. Прятали от них еду, чтоб не съели всю сразу. Только через три ночи прилетел вертолёт. Мы с Бобом не уместились и ковыляли целый день пешком, вниз по ледопаду.
Вспомнили, как я вытаскивал его из трещины, когда раскисший снежный мост рухнул под ногами. К счастью, шли по инструкции, связанные короткой верёвкой.
Ну а про его постоянные ссоры с женой я и так знал. Ночные приключения перенесли его со сцены семейной жизни в зрительный зал. А из зала драма часто видится комедией.
— К своей больше не вернусь. Поживу у тебя?
— Да нет проблем, всё равно комната пустует.
— Готов на любую работу. Ты давно тут крутишься, намекни?
— Больше, чем платит киностудия, вряд ли где получишь.
— Мне нужно минимум гран в неделю, чистыми.
— Я за полторы ставки восемьсот имею. Дождись лета, пойдём народ на вершину водить.
— Не могу ждать. В клубе дурь предлагали, наверное, ты в курсе, кто хозяин?
— Работай у киношников, за большие деньги — большой риск.
— Не привыкать.
— У них всё схвачено, не подойдёшь ни рожей, ни кожей.
— Я понимаю, что это семейный бизнес, но бывают же варианты?
— Среди местного бомонда Чарли хорошо идёт. Только они у кого попало не покупают. Без клиентов в бизнес не возьмут, разве что самому понюхать.
Я подумал о просьбе Леди Сандры, но пока промолчал.

******
На следующий день после работы притормозил у служебного входа клуба «Moho». Позвонил в неприметную дверь. Открыл охранник в мятой униформе. Я спросил Джека. Долго ждал. Джек вышел в куртке, наброшенной на голый торс. Улыбался, выглядел усталым.
— Хей, Джек! Рад тебя видеть. Как новая работа? Говорят, сто бакс дают, чтобы потрогать за яйца?
Даже не улыбнулся. Для местных мои шутки иногда звучат как нормальные вопросы.
— О, Фладимир, я тут в порядке, они больше любят щупать бицепсы. Что там у вас в казино?
— Есть клиент, просит Чарли для большой компании.
— Сюда придут?
— Нет, Джек. Это люди другого полёта, к вам не ходят.
— Я знаю их?
— Видел, когда работал в казино.
— Ха! Полагаю, это Леди Сандра.
— Ну, полагай, Джек. Ты в курсе, я не хочу быть в бизнесе. У меня есть хороший малый, надёжный, может поработать.
— Обещать не буду. Завтра утром позвоню. Сбрось его фотку и как зовут.

******
Сегодня у нас сухой день. Я, не спеша, проснулся, сварганил что-то похожее на яйца Бенедикт. Боб вернулся с пробежки по берегу озера.
— У тебя на самом деле проблемы? — спросил я.
Боб неторопливо размазывал желток булочкой.
— Боюсь оскорбить твой слух, Влад.
— У меня есть клиенты на снежок. А Джек, тот парень из клуба, знает, у кого взять.
Кажется, он обрадовался, даже перестал жевать.
— Кто клиенты?
— Upper crust.
— А что, Джек не хочет заработать?
— Ему хватает, когда за яйца хватают.
Я улыбнулся своей шутке.
— Это хорошие деньги, Боб!
— Надеюсь.
Позвонил Джек.
— Запоминай, Влад. На причале катер «Морской Орёл». Там латинос, усы и бородка. Зовут Карлос. Скажешь — ищу лодочника. Он что-нибудь ответит. М-м-м... не имеет значения. Спроси — мне бы экскурсию на двенадцать человек. Он скажет: могу два по шесть, ну или четыре по три. Они пакуют когда как. Первый раз в кредит, дальше, как договоритесь.

Боб всё расслышал.
— Вижу, дело серьёзное!
— Вечером, часов в девять, подъеду к набережной с клиентами, подберу тебя с порошком. Передашь им в машине. Жди на лавочке у монумента.
— Так... а этот Карлос, он не подумает, что я на катере хочу покататься?
— Туристы билеты в кассе покупают.
По пути на работу высадил его у причалов.
— Да, и ещё, они просили не звонить о делах по мобильнику. Лучше вообще выключи перед встречей.
— Не учи учёного…

******
Со скрипом поднялась дверь гаража. Вывел минивэн перед казино на сияющую огнями Мэйн-стрит. Бегом на лифт, вытянул с полки рацию. Только вставил наушник:
— Владимииир! — пропел голос дежурной хостесс.
— Заказ такси. Звонила Леди Сандра.
— Спасибо, Габриэлла, адрес я знаю.
Свернул к дому, у самого асфальта вспыхнули фонарики вдоль всей дороги. Двор и лужайка полны элегантных авто, в нижней гостиной толкутся люди. Не входя в дом, прямо из машины набрал номер.
— Hello, it’s Vlad.
— We will be ready soon.

Чёрным лаком переливается ночное озеро. Холодно и ясно, полно звёзд. Двое джентльменов с бокалами вышли на веранду. Они тоже стали смотреть в небо. Через минуту из двери показалась Леди Сандра. Повернулась к тем, двоим:
— Это лучший секьюрити офицер, которого я когда-либо знала. Люблю с ним поговорить.
Улыбнулась мне:
— Хорошая погода, не правда ли?
— Да, прекрасная ночь, вон там созвездие Ориона с его ужасными звёздами Ригель и Беллатрикс. Нам повезло у нашего маленького солнца, — заумничал я, чтобы подтвердить слова Сандры. Джентльмены с удивлением слушали. Для них я был чем-то вроде говорящей лошади в униформе казино.
— Откуда ваш акцент? — спросил тот, что помоложе.
Я ответил.
— А мне показалось, что вы из Южной Африки.
— Я давно уже здесь, многие путают, то с немцами, то с датчанами.
Они засмеялись. Один из них был швед из Штатов.
— Флад, пойдёмте, я налью вам вина.
— Немного, только попробовать.

Зашли в гостиную. Кресла полукругом, рядом винный бар, за стойкой орудовал невысокий, седой человек.
— Французское Сира, 1986 года. Вино которое невозможно подделать.
— Должно быть, хорошее вино.
Я подышал носом в бокал, изобразил удивление.
— Год катастрофы в Чернобыле, легко проверяется в лаборатории.
— Мне больше нравится в испанских булочных, пять литров — пять евро, — сказал я, чтобы не притворяться снобом.
Оказалось, он знал и это. Их яхта стоит на причалах Валенсии. Мы немного поговорили о Валенсии, Чернобыле, винах и домах вокруг озера. Они были вежливы, разговаривали без высокомерия, но всё равно я чувствовал чужаком. Ухоженные лица, небрежно сидящие рубашки, умение улыбаться, показывая верхние зубы. Им нет нужды демонстрировать положение. Их леди стояли  отдельно, в разговор не вмешивались. Несомненно эмансипированные особы, вполне обходились без надувания губ и ужимок.
Спустилась пара, которую все ждали. Расселись в минивэн, и я помчал их продолжать веселье.

******
Боб сидел на скамейке перед изваянием фермера с бараном. Я высунулся в окно, помахал. Боб подбежал, сел на откидное место. В машине говорили, хохотали, никто не обратил на него внимания. У дверей казино все весело выпрыгнули на ночную изморозь газона. Дурачились на холоде, выпуская пар изо рта. Меня они как-то спросили, не наступит ли моментальная смерть, если вдохнуть воздух при минус двадцати пяти. Я рассказал, что при такой температуре отменяли школу, и мы радостно катались с горы на санках.

Леди Сандра замешкалась на несколько минут. Услышал как Боб пробормотал: Thank-you-madam, захлопнул за ней дверь и уселся рядом. Поехали на заправку.
 Неоновый Caltex сиял в ночи, как хрустальный дворец, обещая тепло, кофе и автомишуру. Вставил шланг, затарахтел насос, ударил в нос запах бензина с тектроном.
Боб выпрыгнул из кабины:
— Влад! Кажется, только что я заработал полторы штуки!