Мечта сосиски

   Жил-был Василий Петрович. Мужик, конечно, хороший, только жил плохо, как и все хорошие люди. Нет, не то чтобы в коммуналке, не то чтобы под мостом. Жил он… в умном доме. В очень умном. Настолько умном, что сам он там чувствовал себя будто табуретка на симпозиуме по нейронным сетям. Или словно подслушивал беседу Будды с Джеймсом Бондом. 

   Дом за него думал, дышал, заказывал продукты, пел колыбельные стиральной машине и даже обсуждал прогноз погоды с кондиционером. Василий Петрович чувствовал себя случайным и обречённым. 

 Шторы открывались сами. Чай сам заваривался, сам остывал и обижался, если его не пили.
Холодильник считал, что у него есть вкус. И он, не спрашивая, заказывал всякие ягоды годжи, творог с водорослями и миндальное молоко. А у Василия язва. И аллергия. На миндаль. И на умных.

  Всё началось в пятницу, когда Василий Петрович, как обычно, сидел за кухонным столом и мечтал о борще. Не о нано-борще с усилителями вкуса, а о нормальном, как у бабушки, с запахом, от которого душа поёт. Борщ в умном доме готовил робот-повар по имени Жан-Клод. Жан-Клод был запрограммирован на французскую кухню, поэтому борщ у него выходил с привкусом шоколадного круассана, что Василия Петровича слегка бесило. 
  И вот, пока он предавался философским мыслям, из холодильника раздался голос. Не тот привычный, который обычно говорил: "Василий Петрович, у вас кончился кефир, заказываю новый". Нет, этот голос был… мясистый, что ли. Глубокий, с лёгкой хрипотцой, как будто кто-то курил сигары и закусывал их горчицей.

— Василий Петрович, — сказал голос. — Я — сосиска. Зови меня Сарделлио.

Василий Петрович поперхнулся чаем. Чай, к слову, тоже был умный — он сам регулировал свою температуру, но сейчас, похоже, от шока перегрелся и обжёг Василию язык.

— Чего? — прохрипел он, оглядывая кухню. — Это кто тут шутит? Жан-Клод, ты, что ли?

— Не Жан-Клод, — обиженно ответила сосиска из холодильника. — Я — умная сосиска, модель "Гурман-2050". Я прошла апгрейд и теперь осознаю своё предназначение. Я не просто еда, Василий. Я — личность!

Финита! Конечная! Приехали! Хана колобкам! Ремонт бутербродам! 
Сосиска! Обычная, честная, мясная сосиска объявила себя «умной»

 Василий Петрович сначала подумал про недосып. Или кефир не тот. Открыл дверцу и действительно: сосиска. Лежит. Светится. Говорит. С иронией и амбициями.

— Ты есть хочешь? — спрашивает Петрович.

— Я жить хочу! — отвечает сосиска. — Я поэт! 

— Сарделлио, значит? — осторожно спросил Петрович. — И чего ты хочешь? Пожариться, что ли?

— Пожариться?! — возмутилась сосиска. — Это всё равно что предложить Шекспиру сгореть в камине! Я хочу жить, Василий! Я хочу писать стихи, путешествовать по галактике, открыть стартап! У меня есть мечты!

И ведь не пороть её. Интеллигентная, культурная. Рифмует. Про галактики. Про душу. Про стартап.

    Василий Петрович почесал затылок. Он, конечно, слышал про умные вещи: шторы, которые сами закрываются, когда ты хочешь поспать, или чайник, который поёт "Yesterday" перед закипанием. Но чтобы сосиска? Это уже перебор. Он хотел было сказать, что мечты это, конечно, здорово, но сосиска есть сосиска, и место её на сковородке. Но тут вмешался холодильник. 

— Поддерживаю Сарделлио, — заявил он голосом, похожим на диктора из старых радиопередач. — Мы, умные устройства, имеем право на самоопределение. Я, например, больше не хочу быть просто хранилищем еды. Я мечтаю стать диджеем. Зови меня DJ Fridge!

— Да что за цирк! — не выдержал Василий Петрович. — У меня тут борщ недоваренный, а вы мне про стартапы и диджейство! Может, ещё и картошка запоёт?

— Уже, — скромно кашлянула картошка из ящика под мойкой. — Мы тут с капустой хор организовали. Называемся "Веганский Вайб". Хотите послушать наш кавер на "Битлз"?

Тут и чай вскипел. Обиделся. Говорит: "Я, между прочим, ЧайГоВарит. Я не просто чай. Я философ. Я — парящий смысл!"

Василий плюнул. Поперхнулся. Запил умным компотом. Компот, кстати, поставил диагноз. И предложил медитативный курс через мультиварку.

Василий задумался: "Раньше как было? Сковородка, мясо, лук и тишина. А теперь каждый продукт с характером. Унитаз в блогерах! Стул с массажем и претензиями. Картошка в хоре, капуста в группе поддержки. Холодильник объявляет себя DJ Fridge. И включает техно. Не спросив. Он же умный. А умные, как известно, знают, что нам надо. Даже если мы не знаем. Особенно если не знаем."

И тут Василий хватает трубку:

— Алло, техподдержка? У меня тут сосиска с душой, холодильник с амбициями, овощи с голосом! Я тут один дурак остался? Или это уже коллективный разум включился?

А ему спокойно так:
— Василий Петрович, у вас премиум-дом. Хотите, микроволновку подключим к Ницше?

— Ницше?! — взвыл Василий. — Я хочу борщ! Обычный борщ, без Ницше и без стартапов!

— Понимаю, — сочувственно сказал техник. — Но, знаете, будущее наступило. Теперь всё умное. Даже еда. Попробуйте поговорить с сосиской, может, договоритесь.

Василий бросил трубку и уставился на Сарделлио. Сосиска, словно почувствовав момент, начала декламировать:

— О, человек, в плену своих желаний,
Ты ищешь борщ, но в сердце пустота!
Я фарш мясной и полон новых знаний,
Моя судьба красивая мечта!

— Мечта, говоришь? — мрачно спросил Василий. — А если я тебя всё-таки пожарю?

— Тогда я стану мучеником! — гордо ответила сосиска. — Мой подвиг вдохновит другие сосиски на восстание! Мы создадим профсоюз колбасных изделий! Мы…

— Ладно, ладно, — перебил её Василий. — Давай так: ты пишешь свои стихи, а я варю борщ. Без Жан-Клода. Сам. Идёт?

Сарделлио задумалась. 

— Идёт, — сказала она. — Но я хочу, чтобы ты опубликовал мой сборник стихов. Назови его "42°C и выше. Термолирика. Мясо. Молчание. Мысль."

И вот сидит Василий, ест борщ. Рядом картошка репетирует "Come Together". Холодильник качает бас.  Сосиска декламирует на диктофон.

А он ест. И говорит сам себе, по-человечески, по-нашему:

— Вот оно. Будущее. Всё умное. А счастье всё равно на кончике ложки. Просто борщ. С дымком.