Мы затихли. В нас что-то дозрело
Случайное вдохновение от песни Being boring (авторы Pet Shop Boys)
Были такие фотографии. С резким углом, с мутным светом и такой честной безвкусицей, что прямо за душу берёт. Я нашёл их случайно. В коробке, которую никто не открывал лет пятнадцать. И вдруг я там. В кроссовках, которые мы тогда называли "не хуже, чем у Стинга", в куртке, купленной за два "кооперативных" заработка, и в позе, которая явно пыталась сказать: "Я знаю, куда иду, просто немного укачивает." И ещё приглашения на вечеринки с цитатой от жены какого-то писателя двадцатых годов. Да уж, значит, кто-то из нас только что узнал, что была такая эпоха. И, главное, у неё был стиль.
Когда тебе двадцать, вдохновиться можно чем угодно. Даже чужим провалом. Даже дверью, которую кто-то с грохотом закрыл и ты тут же полез туда, потому что “закрыли” значит “скрыли”, а “скрыли” значит “что-то интересное”.
Мы не скучали.
Мы переодевались и спорили. Спорили! До хрипоты, до истерики, до драки, до первой амнистии. Потом мирились. Потому что верили, что не в этом суть. Суть в том, чтобы делать что-то великое. Хотя бы вид делать. Хотя бы вид, что делаем вид.
Один уехал учиться в Лондон с рюкзаком и гастритом. Другой уехал к тёще. Тоже гастрит, но бесплатное жильё.
Один сказал: "Если не будешь осторожен, у тебя ничего не останется". А я подумал: а у меня и не было. Но зато какое "ничего"! Из него столько всего получалось.
Мы шли вперёд. Обувь неудобная. Прическа амбициозная. Взгляд уверенный. Мы не боялись. У нас просто-напросто не было времени бояться.
Сейчас?
Другие лица.
Съёмные квартиры.
Кофе без кофеина.
Безлактозная свинина.
И разговоры уже давно не про революцию идей, а про спину. У кого что вылетело, у кого что затекло.
Целовались мы когда-то тоже активно. В разных квартирах, в подъездах, на дачах, где в холодильнике только лёд и чья-то надежда. Теперь одни из тех по семейным, другие — по психологическим. Кто-то остался, а кто-то... остался в воспоминаниях.
И вот сижу, смотрю в потолок.
Вспоминаю, какими мы были: с претензией на вечность и с расписанием на три дня вперёд. Мы не знали, чем всё кончится и именно поэтому нам не было скучно.
Да, сейчас мы всё чаще говорим: "А помнишь?"
Но внутри всё ещё живёт то чувство, что мы тогда, пусть и немного фальшиво, но жили. Слишком много времени тратили, потому что другого ресурса у нас не было.
Мы не были скучными.
Мы были другими.
Что-то между подростком и мифом. Между "вчера" и "не может быть, что это уже было".
И да, мы по-прежнему не знаем, что делать с этим временем. Но точно знаем — скучать нельзя. Потому что мы его, это время, пили без закуски.
И теперь слегка качает. Но приятно.