Шлюп «Надежда»

Трёхмачтовый шлюп «Надежда» 
на бровке земного диска
застрял, как Россия между 
страницами чёрного списка.

А некто провёл подсчёты 
(«ну, более-менее текел»)
и запретил звездолёты — 
до тридцать второго века.

Полдень накрылся фатою. 
Нет оптимизму места.
Зассали блудить с мечтою? 
Теперь нам кобыла — невеста.

Скатертью нам дорога, 
камнем бордюрным — рельсы.
Прём — благодарствие Богу — 
будто линейный крейсер.

Жарим. Маршрут всё круче: 
в счастье — верхом на бомбе.
Солнце ушло за тучи, 
в каждом рисунке — зомби.

В каждой считалке — ножик, 
месяц, туман. Сирена.
Выбор? Всё те же рожи. 
Дни? Да всё та же пена.

Мама не моет раму, 
моет полы в «Магните».
Папа ведёт программу 
«Алгебра versus Твиттер».

Машенька спит с медведем, 
волком, котом, лисицей.
Петя меняет гендер 
и вообще не боится
слухов, что выйдет боком 
связь через серые кассы
с несокрушимым блоком 
«Клоуны и пидарасы».

Эх, отмотать бы на два 
века туда, к Крузенштерну,
где происходит жатва 
не пиздеца и скверны,
а грандиозных деяний, 
недостижимых прежде.
Где в мировом океане 
идёт на «Неве» и «Надежде»

Россия. Двухмерную плоскость
скатать в многомерную сферу,
обвитую тонкой полоской
маршрута отваги и веры.