Я — твоя первая любовь…
«Женой я хочу быть твоею, Серёж…» —
шептала ты в жутком смущении.
Я видел коленей и рук твоих дрожь
и кожи лица покраснение.
«Мне дед, — продолжала ты, — дом отписал,
вдобавок включил в завещание
машину — тольяттинский универсал!»
Тебе я ответил молчанием.
Ведь так не по нраву мне: тошный интим
(хоть и при существенной выгоде);
огромный твой нос; волосатость под ним;
глаза твои жабьи навыкате.
Особа, ты, справная — чую вполне —
с четвёркою вазовской дедовой.
Но грудь единичка — мала, как по мне,
невесте с болезнью базедовой.
О, как вопросительно пучишь глаза,
страшишь недовольным рычанием…
Я что-то очкую плести словеса, —
отвечу тактично — молчанием.