Опиум от КПСС (ко дню рожденья Ильича)
В СССР все были атеистами. Ну, или почти все, исключая старых бабушек, родившихся «еще до революции» – была такая расхожая фраза.
У КПСС был свой опиум для народа – Владимир Ильич Ленин. В Советском Союзе ему было установлено более 10 тысяч самых разных памятников. Большие и маленькие, идущие и сидящие, старые и молодые, в кепке и без, Ильичи с постаментов взирали на площади всех городов и почти всех сёл. Самым распространенным, на мой взгляд, вариантом был Ильич с вытянутой вперед правой рукой, указывавшей путь в светлое будущее.
Итак, время действия – 70-е годы ХХ века. Место действия – площадь имени Ленина с памятником ему же. На площади проходили парады и демонстрации, и всякие прочие значимые и не очень торжества.
Когда случилась эта история, я уже ходила в школу, и меня недавно приняли в октябрята. Поэтому я хорошо знала, кто такой Ленин, как он выглядит, и что памятник на площади воздвигнут ему за великие заслуги перед народом. Сестре Таньке тогда было три года. Она часто болела и сидела дома, еще не испорченная идеологическим воспитанием, но подвергаемая незаметному растлению «опиумом для народа» – религией. Потому что присматривала за ней старенькая бабушка. Отец работал секретарем райкома партии и делал успешную карьеру. Но бабушку это особо не волновало, и дома она проводила свою политику, во всяком случае, наедине с внучкой. Она рассказывала ей о Боге. И Бог в ее рассказах был добрым дядькой, который жил давно, всем помогал и умер во имя счастья людей.
Утром седьмого ноября мы все дружно, «и млад, и стар», отправились на демонстрацию. Ближе к вечеру нам надо было присутствовать на торжественном театрализованном митинге. Глава семейства по статусу должен был стоять на трибуне. А мы с мамой, сестрой и обеими бабушками находились среди зрителей. Взрослые стояли небольшими группками, занятые своими тихими разговорами, и мечтали поскорее отправиться по домам, чтобы уже начать «праздновать свободу» за столом и под рюмочку. В первых же рядах за представлением с интересом наблюдали дети.
Самодеятельная группа изображала «живые картины» из истории страны. Ораторы на трибуне пели осанну революции, партии и, конечно, Ленину, рассказывая о том, как много он сделал для счастья советского народа. Видимо, тут логическая цепочка в голове моей трехлетней сестрицы замкнулась. Она уверенно вышла на середину площади, повернулась лицом к Ильичу и начала истово креститься и кланяться. Самодеятельные артисты в растерянности замерли. Ораторы на трибуне в изумлении затихли. А Танька продолжала самозабвенно бить поклоны. По толпе пронесся шепоток: «Чья это девочка?» Потом послышались крики: «Уберите ее! Да уберите же ее поскорее!» Наконец, эти крики достигли ушей наших бабушек и мамы. Мама застыла в шоке. А старенькая бабушка быстро выскочила из толпы, подхватила сестрицу под мышку, меня за руку, и нас быстро уволокли с глаз долой.
Отцу здорово досталось за эту «самодеятельность» дочери. Ему влепили строгий выговор и велели провести разъяснительную работу с матерью. Таньку срочно отправили в детский сад – от греха подальше! А эту историю еще долго со смехом рассказывали во время семейных застолий, расслабившись после нескольких рюмок. И никто тогда и подумать не мог, как кардинально изменится наша жизнь через каких-нибудь пару десятков лет.