Без названия

Тишину сумрака прорезал теплый луч, белые крупицы то взмывали нежным облаком вверх, то медленно колыхаясь в мерном танце, опускались вниз, исчезали в тишине. Мои границы растворились. Я погрузился в негу, времени не было, казалось эти дивные летающие песчинки — часть меня. Откуда-то полилась песня. Она обволакивала и погружала меня в дрему. Перед тем как провалиться в сон, я ощутил прикосновение теплых рук.

Проснулся я враз. Мне показалось, будто спал я вечность и набрался недюжинных сил. Энергия так и распирала меня! Стало душно, невыносимо находиться в этом тесном пространстве, я выглянул наружу: никого. Отлично! Высунулся, уперся во что-то твердое и прохладное. Вдруг меня коснулись:

— Куда же ты торопишься?

Ласковые руки пытались унять мою прыть. Голос мягкий, бархатистый, вторил им. Снова полилась тихая песня. Я размяк, куда делся мой напор? Хотелось оставаться во власти рук и голоса навечно. Я снова погрузился в сон.

На этот раз мое пробуждение было более будоражащим. Я открыл глаза, вокруг был таинственный свет: янтарные, рдяные языки облизывали темноту, киноварь растекалась повсюду. Меня стягивала какая-то корка, не давая вздохнуть. Я затрясся, хотел закричать, но только закашлялся. Нет, нет! Дайте воздуха, воздуха!

Внезапно ослепил белый свет, я зажмурился, сжался, ожидая, что будет еще хуже, но вместо опасности меня настигла волна свежести. Что-то темное, длинное проникло в этот ад и вытащило меня! Спасение!

— Родненький, — прямо надо мной раздался бархатистый голос. — Жарко тебе?

Я хотел захныкать, пожаловаться, но мог только фыркать, пытаясь выдохнуть, выплюнуть поскорее всю гарь, которой было столько! Вокруг меня поплыл пар.

Я выдохнул последний жар, хотел разглядеть, кто говорил, но родные руки обхватили меня, и я полетел. Серость пространства наливалась светом, цветом, запахами... Я завороженно всматривался, силился осмыслить, уловить... Но все мелькало слишком быстро. Мгновение и меня ослепил свет, я зажмурился. Вдохнул. Райский запах захлестнул все мое существо. Я распахнул глаза — картина простерлась передо мной. Как описать ее? Сейчас я знаю много слов, но тогда я утонул в потоке чувств. Голова шла кругом. Мне хотелось и кричать, и молчать одновременно. Новый мир распахнулся передо мной откровением, манил и, завороженный, я двинулся вперед. Во мгновение прелестная картина завихрилась, я услышал хруст, а потом ощутил боль от удара.

— Ай-яй-яй! Я упал! — завопил я.

И замер.

— Ай! Яй! Я-я-я-яй!

Голос гулко отражался от стены. Я засмеялся и повернулся к миру.

Рядом со скамейкой, на которую я приземлился, росло дерево с райским благоуханием. Ветки, сплошь облепленные мелкими цветочками, касались меня. Не раздумывая, я спрыгнул вниз. Вперед к мечте! «А какая у меня мечта? — на мгновение я замешкался. — А, не важно!»

Молодая трава шелковым ковром покрывала сад, бездонное небо уходило ввысь, пенье птиц заглушило бархатистый голос, доносящийся издалека:

— Колобо-о-ок! Куда же ты подевался? Колобок!