Весна на час

Весна в наших краях стремительная и короткая. Чуть опоздал высунуть нос из уютного кигуруми, в коконе которого пережидал выхолодившую дом зиму, жалуясь на сырой ветер и хлесткие дожди, внезапно налетающие и так же внезапно уходящие за морской горизонт, — вот и пропустил ее, ту самую весну.

Да и как ее распознать толком, когда миндаль зацвел уже в феврале, а зимняя клубника, наоборот, никак не хочет по-настоящему разъягодиться, запутавшись в климатических аномалиях.

Вчера — было зелено, солнечно, — но это зима.

Сегодня — зелено, солнечно, — но это уже весна.

«Как вы это отличаете?» — ворчат некоторые не тонко чувствующие сограждане.

А все дело в ветре.

Жить около моря и не разбираться в ветрах, это, знаете ли, просто неприлично. Вот я, например, их собираю. Раскладываю по маленьким деревянным шкатулочкам, шепчусь с ними перед сном о том, что никому и никогда не рассказала бы. Пока они не набираются новых сил и не начинают скучать в замкнутом пространстве. Тогда я открываю окно и выпускаю их. До следующей встречи.

Мартовские ветра — мои любимые.

Выходишь утром выгулять собак, еще не до конца проснувшись и мечтая о чашке крепкого кофе, и замираешь: вот оно! Легкий, розовый, ласковый, как котенок, прохладно-гладкий, как шелк, смешливый и дурашливый. Первый весенний ветер. С этого момента нужно торопиться прожить ту надежду и радость, которые этот ветер принес. Потому что, кто знает, может быть, весны той будет всего-то на час. А потом придет лето, когда солнце станет вовсе не ласковым и выжжет зелень, и спастись от этого можно будет только на самой макушке гор, и станет так невыносимо, что даже ветра объявят бессрочную сиесту.

Торопись, торопись...

В тот год моя подруга Лена всю зиму проходила чернее самых мрачных штормовых туч. Ворчала и ныла, ныла и нудела. Строго смотрела на меня, когда я начинала смеяться: не время, дорогая моя подруга! И скорбно поджимала губы в беспросветной печали. Мы по очереди давали ей не особо нужные и банальные советы: напоминали, что в мире есть вино, пирожные с кремом, эндорфин, заработанный в спортивном зале (черт его знает, как эти пункты сочетались в нашем плане), солнце и море, фармацевтика, в конце концов. Бесполезно. Лена твердо была убеждена, что лекарства против ее сплина нет.

— Да выгляни в окно! — говорила она мне.

Я выглядывала: и впрямь, там нещадно хлестал по окнам дождь с градом, февральский ветер из чистого хулиганства пытался сломать молоденькое лимонное деревце, а море на горизонте злобно выплевывало белые плотные буруны на берег.

— Ну, да, — соглашалась я. — Но, может быть...

— Не может!

Аргументов против такой категоричности у меня не было. Да и времени на их обдумывание не оставалось: проиходилось срочно бежать на террасу и спасать подушки с кресел, которые ветер грозился унести куда-нибудь в Египет.

Так и жили ту зиму.

И вот однажды, когда я, не до конца проснувшись и мечтая о чашке крепкого кофе, пыталась справиться с тем, что мои четверолапые монстры изволили предъявить этому миру, прилетел он. Первый мартовский ветер. Я так и застыла, с совочком в одной руке и пакетиком в другой. Ветер чмокнул меня прямо в нос и погладил по нечесанной еще голове. Засмеялся и отлетел на пару шагов назад: посмотреть, как я, рада ли ему, ждала ли, сильно ли изменилась с прошлого года? И я тоже засмеялась, и так сразу захотелось легкого платья в горошек, и увидеть первый в этом году мак, и запустить в небо традиционный весенний воздушный змей.

— Да кинь ты уже эту гадость, — сказал мне ветер.

Я смутилась и быстро положила на землю свое оборудование. Протянула руку. Ветер тут же удобно устроился на моей ладони, и это мягкое прикосновение окончательно убедило меня, что весна — тут.

— Ну, рассказывай, — потребовал ветер. — Скучала?

Надеюсь, никто, кроме собак, меня тогда не видел.

И в тот же день позвонила Лена. «Ну, сегодня-то я не дам тебе сбить меня с толку», — подумала я, увидев имя на экране. Решительно нажала на кнопку:

— Лена, привет! А знаешь...

— Привет! Знаю! — ответила она и засмеялась.

— Что конкретно? — уточнила я.

— Все! Весна пришла! И знаешь, почему?

— Ну?

— Я кого-то встретила!

— Ветер?

Вот это я ляпнула, конечно.

— А? Какой ветер?

— Нет-нет, ничего. Так кого?

— Кого-то! Он такой... Весенний, понимаешь? Мне знаешь, что хочется? Найти поле маков и бежать по нему! Я с ума сошла, да, Ань?

— Ээээ... Не знаю, — осторожно ответила я. — Тебе виднее.

— Да ладно тебе! Не нуди!

Прекрасно! Я, оказывается, у нас нудю. Нужу. Поднудиваю.

— В-общем, давай завтра на пикник! Я там компанию собрала. И Саша будет, познакомлю! Я тебе пришлю координаты, короче. Все, давай, мне еще кое-кому звонить надо!

И отключилась. Я посмотрела на экран.

Сумасшедшая...

— Ну, что? — спросил меня ветер. Он сидел на моем плече и, конечно же, все слышал.

— Сам слышал. Ленка-то влюбилась, похоже!

— Хорошо же!

— Хорошо! — согласилась я.

— Ну, и что ты тут сидишь?

Ветер спрыгнул с плеча и закрутился в воздухе легким водоворотом.

— Платье где? В горошек? Собирайся!

Я собралась. И мы пошли с ветром жить мою весну на час.