Ленд-лиз

Никогда я не был в Константиново,
Конопляник в песнях грустных жаб
На прощанье взгляд не провожал.
Все рождения кончаются поминами,

Лишь немногим открывается портал
Тишины, где память не по росчерку,
Не из взяток книгами за творчество,
В строчках согреваясь, болью тает.

Нервный ветер, подбоченясь крышами,
Зимних стай встречает косяки,
Города огромный белый кит,
Прячется под землю и неслышными

Водами стиральными под вишнями,
Ожидая холода, ворчит.
В гнёзда суетливые грачи
Кладками родительского кипежа

Тащат перья, нитки из картины
Старого серовского холста,
Где на куполах в лучах креста
Тучи распускают кринолины.

Раньше были просто именины,
А теперь распятие торта,
Строчки белых ниток пустота,
Чеками жуёт, вжимая в глину,

Фантики, коробки, атлас талька,
Всё, что через денежный карман,
Кассой приросло через туманы
Нежных ароматов без тальянки

Снов, где жаба розы на странице,
На мели босфорской сухогрузом,
Выжигает слов гордиев узел
Твиттера из вечно синей птицы.

Царь на троне смотрит телевизор,
В левой — мяч державы из арбуза,
В правой — скипетр спелой кукурузы, —
Два подгона божьего ленд-лиза.

Никогда я не был в Константиново,
Да и ладно...