Плащ пидараса
Эта странная история произошла в Москве, закончилась в Санкт-Петербурге и, мне думается, что её исход был лучшим из всех предполагаемых вариантов событий. Разумеется – благодаря мне.
Уже не помню сколько лет назад мы праздновали день рождения товарища в каком-то пафосном ресторанчике в центре столицы. Кутили не без размаха, но обошлось без цыган с медведями. Я старался вести себя сдержанно по отношению к окружающим и алкоголю, поэтому страшненькие коллеги именинника, те, что женского пола, стали мне казаться симпатичными только через несколько часов торжества. Но и это не сподвигло меня на подвиги, словил в результате чрезмерного самоконтроля «сонную дозу» и уже откровенно скучал, ожидая окончания вакханалии, но не тут-то было…
Вроде бы пора заканчиваться празднику, чему я несказанно радуюсь, но тут подходит официант и ставит на наш стол запотевший графинчик водочки. Презент от другого стола. Оглядываемся, а там машут два каких-то кекса и кричат: «Си-би-ря-ки-ии…» Вот так прям и кричат. Попробуйте представить тирольское пение. Си-би-ря-ки-ии.
В результате праздник был пролонгирован, а присутствующий на празднике Гена перебрался за стол к новым знакомцам, поскольку уже давно пребывал в гиперобщительной фазе опьянения. Здесь надо отметить, что Геннадий, помимо прочих своих достоинств не отличается тактичностью. Узнав, что его собутыльники слегка геи, о чём они сами ему поведали, Гена периодически восторженно вопил мне через весь ресторан: «Лёха! Прикинь! Это пидарасы! Настоящие!», – и позднее: «Лёха! Пацаны едут в Питер на машине! Мы же собирались! Поехали с ними в Питер!».
«Модные» собутыльники Гены, кстати, крикам ничуть не смущались и продолжали весело накидываться вместе с ним в говно. Оказалось, что они работают в сфере IT, поэтому у них с Геннадием нашлось много общих тем.
Я не гомофоб и гомогеев не боюсь, но перспектива ехать в ночь на тачке с какими-то незнакомыми IT-шниками с «нестандартными портами» мне показалась сомнительной. Поэтому мне удалось отговорить рвущегося в культурную столицу Гену от поездки на машине, но не от поездки в целом.
Дальнейшие приключения мне тяжело вспоминать, потому что Геннадий имеет достаточно крупную комплекцию. Нет, мне не приходилось носить его на руках, но очень много сил ушло на то, чтобы пьяный Гена не сотворил какой-нибудь хуйни. Сначала Геннадий очень долго обижался на соседей по купе, которые отказались разделить с ним радость поездки и выпить, а на угрозу вызвать полицию заявлял, что скорее поезд ссадят с него, чем его с поезда...
Выдохнул я только в вагоне-ресторане, когда у Гены наконец сели батарейки и он пошёл спать. Подозреваю что соседи по купе горько пожалели, что не стали бухать с Геннадием… Пьяным под Генин богатырский храп ещё можно попытаться уснуть. Трезвым – дохлый номер.
Промучившись всю ночь без сна, я не без удовольствия разбудил Гену на подъезде к Питеру и с наслаждением смотрел на то, как он осознаёт, где он. Продлилось это недолго, поскольку Гену хрен подломишь. Надежда в нём живёт в любом состоянии, а поезд уже сбавляет ход. Впереди опохмел и Питер с его красотами и непрерывным культурным отдыхом, и только от этой мысли мой спутник на глазах розовеет и обретает второе дыхание.
И только мы ступили на питерскую землю, как телефон Геннадия весело запиликал. И в этом звонке отчётливо прослеживались вчерашние тирольские переливы. «Си-би-ря-ки-и…» Оказалось, что на прощание Гена обменялся с пидарасами телефонами.
Новые «друзья» пожаловались Геннадию что куда-то проебали вчера плащ и кошелёк с деньгами и ключами от квартиры, где ещё больше денег лежит. И спрашивают не помним ли мы куда этот плащ делся. На что Гена честно ответил, что не знает, а они, лошпеды, вероятней всего проебали в такси и положил трубку.
И тут я снимаю с шеи вконец меня заебавший увесистый «Nicon» (который на меня свесили ещё вчера для запечатления празднества) и прошу Гену засунуть его к себе в рюкзак. Геннадий открывает свою котомку, а там… Плащ пидараса.
Несмотря на все свои достоинства Геннадий человек ответственный и добрый, поэтому он сразу же хватается за телефон в порыве звонить гомосекам, но я вовремя его останавливаю. Импульсивные действия обычно не приводят ни к чему хорошему, а тут у меня прям красная лампочка в голове зажглась и завизжала «алярм». Погоди, говорю, друг мой ситный, звонить. Ты сначала карманы плаща проверь. А там не кошелька, ни ключей, а только приторный запах духов.
И как, говорю, ты собираешься объяснять нашим голубым феям что плащ у тебя, а кошелька и ключей нет? Это же элементарная разводка и подстава. Тем более что ни Геннадий, ни я не страдаем клептоманией даже в самом невменяемом состоянии. Следовательно плащ засунули в рюкзак сами пидарасы и здесь возникает вопрос: «Зачем?». Вряд ли, потому что рассчитывали, что поедут в Питер вместе с нами. Совать свой плащ (предположительно с кошельком и ключами от квартиры), в рюкзак к собутыльнику, с которым ты только что познакомился в кабаке – кажется мне глупостью.
Гена внял голосу разума из моих уст, и мы не стали перезванивать и «продолжать знакомство». А у какого-то питерского бомжа, благодаря нам, появился в гардеробе стильный, ароматизированный каким-то сногсшибательным парфюмом плащ…
(Рассказы из серии «Палка с одним концом». «Рыльца печального образа»)