Про гуся

(основано на реальных сновидениях)

Сплю я однажды и вижу: иду по рынку, провизию закупаю. Навстречу мужик. Купи, говорит, у меня гуся. Гусь с яблоками — это ооо! Все со стульев попадают. Не, говорю, гусь тяжелый, а мне еще картошку покупать. Чего тяжелый-то, говорит мужик, прицепи к сумке, сам за тобой пойдет.

И пока я думаю, как ему вежливо отказать, цепляет к сумке поводок. А на поводке гусь. Серый такой, глаза умные, клюв оранжевый. С лапы на лапу переминается и вопросительно на меня смотрит. Пока мы с гусём в гляделки играли, мужик исчез куда-то.

Я гусей готовить не умею. Но не бросать же. Пошли мы с гусём за картошкой.

Потом домой пришли, а гусь за мной ходит. Я на кухню — он на кухню. Я на балкон — он на балкон. Вообще-то балкона у меня нет, но это ж во сне дело.

Время идёт — гусь у меня живёт. Неприхотливый попался. Ест то же, что и все, купается под душем, спит под стулом, а главное, не гадит. Ну, то есть в принципе — нигде и никогда. И ничем. Я сначала поудивлялась, потом вспомнила, что сплю, и перестала.

Ну и живём, в общем.

А тут гости. Я, значит, их картошкой кормить, а они: ты сдурела, мать? У тебя вон гусь, а мы вон яблок принесли. Давай его с яблоками запекать. Я говорю, вы чего, я гуся готовить не умею, тем более он живой. Гусь услышал — за мусорное ведро забился и оттуда шипит.

— Ничего, — гости говорят. — Мы как раз специалиста пригласили по приготовлению гусей.

— Где гусёк ваш? — спрашивает специалист. — Давайте-ка мы на него посмотрим!

Мне гуся жалко так стало. Умный, красивый, за что в печку его? Не, говорю, не будем гуся есть. Пусть живёт. Гости как зашумят: мы, мол, как здорово, что все здесь сегодня собрались, чтоб картошку паршивую, что ли, есть? Мы к тебе на гуся с яблоками пришли! А я их, между прочим, не звала ни на какого гуся. Ни с яблоками, ни без яблок! А они пришли, да еще специалиста притащили, сто лет бы он мне сдался.

Но гостям я этого не сказала из врождённой деликатности, а сказала только, что гусь воспитанный очень и не гадит.

Специалист как заорет:

— Раз не гадит, значит заразный! И если вы его немедленно не зажарите — с корочкой румяной, с яблочками, — тут специалист плотоядно облизнулся, — то немедленно все умрете от страшной гусиной болезни!

— А вдруг мы его съедим и заразимся? — сомневаюсь я.

— Вы наверняка уже заразились, просто еще не почувствовали. Но обязательно почувствуете! Гусиная болезнь — это вам не малярия. Помрете и сами не заметите от чего. Чтоб не болеть, давайте гуся зажарим и съедим. От жареного гуся в вас все бациллы передохнут, даже которых нет!

Тут они все как на меня попрут! Толпой надвигаются, яблочками в руках потрясают, а специалист впереди идет, и в одной руке у него серп, а в другой страшное приспособление для щипки гусиных перьев. И мне, с одной стороны, гуся жалко, а с другой, чувствую, щас они меня вместо гуся ощиплют. А может, даже и с яблочками запекут.

И тут из-за мусорки — Гусь, собственной персоной. Выскочил, зашипел и в размерах стал увеличиваться. Растёт, растёт — а сам шипит, клюв оранжевый на специалиста наставил.

Специалист сначала серп-то выставил вперед, вроде защищаться, а как Гусь еще чуть-чуть подрос, побросал всё к чертовой матери и давай сквозь гостей к двери пробиваться.

А потом — раз, ну, как во сне бывает — никаких гостей нет, я сижу на полу, реву, вокруг яблоки разбросаны. Гусь рядом стоит, клюв на плечо мне положил и крылом по спине похлопывает — успокойся, мол, дурочка, все позади, я тебя в обиду не дам. Не реви, съешь лучше яблочко.