ГУАНО
Четыреста лямов... — шептала она,
А вечер был тёплым и томным.
Четыреста лямов за тонну говна,
Со скидкою — ярд за три тонны!
Нароем? На скалы родни нагоню,
Куплю им круиз в бизнес-классе.
Когда доберутся — припашешь родню,
Из них только Толька не квасит.
За пинту портвейна и спелый кокос
Пахать, как стахановцы, будут!
А если им в день по три бакса на нос...
Они про Россию забудут.
А если на ужин им краба набить,
Стушить на обед игуану...
Поверь мне, как родину будут любить
Волшебное слово «гуано»!
Она упивалась коварной мечтой —
Родню за копейку примучить,
Душа их свободу стальною пятой...
Но снова пахнýло от кучи.
Разбив о настурцию диджериду,
Как будто рассудка не стало,
Она, как в горячечном жарком бреду,
В подмышку мне снова шептала.
И были в том шёпоте Канн, Куршавель,
Картье, Кадиллак и Каррера...
Забил я ей в глотку наросший щавель —
Вот нехер смущать пионера!
Потом медной спицей сквозь ухо пронзил
Ей то, что жилó вместо мозга...
Мой остров — не место для жадных годзилл!
Для жадных у нас труповозка.
Подземная. Вызвал ручного крота
(На острове их где-то тыща).
Всплакнул. Сцуко... Жалко, что я сирота!
Гуано-то здесь до херища.