Ася в облаках (2)
Утром они нашли карету и несчастного головожопа. Карета завалилась набок, мутант изгрыз ремни, но так и не смог освободиться. Было видно, что он не спал всю ночь. Ася растегнула упряжь, головожоп сделал круг, смешно перебирая конечностями, как бы благодарил спасителей, и исчез в дымке утреннего тумана.
Азарон понюхал вожжи.
— Фу, я не буду это надевать.
Он думал везти дальше Асю в карете. Брезгливо чихнул и сказал:
— Поехали, как раньше, будем делать остановки.
И снова идиллическая картина — человек и животное. Ася представляла, как это выглядит со стороны — она верхом на огромной собаке посреди бескрайней равнины. Встречный ветер уносил из головы дурные мысли и предчувствия, оставляя лишь вопросы — кто она теперь, где и зачем?
— Азарон!
Пес перешел на шаг.
— Чего тебе?
— Куда мы едем, друг?
— О, это ты скоро узнаешь, поверь.
— Я умерла?
— Нет, что ты! Еще поживешь. А те, остальные на берегу, все мертвы.
— И Люша и Тема?..
— Конечно. Их мама облила бензином и подожгла, пока они спали, вот как бывает. Они просто попались по дороге, я ждал тебя, Вальдемар не мог сам идти, пришлось помочь. А ты пролетела, как комета над рекой забвения...
Пес замолчал, вытянул умную морду, как бы принюхиваясь. Он все так же шел небыстрым шагом, но на последнем слове остановился.
— Чую нехорошее. Ладно...
Ася почувствовала, как шерсть на холке стала жесткой. Азарон пошел дальше, слегка пригибаясь на полусогнутых лапах.
Но, ничего не произошло, никто к ним не выскочил, и не было погони. Только через час пути, Ася почувствовала неприятную вонь, как будто химических отходов или типа того. И тут же, вся линия горизонта стала мерцать огнями.
— Что это?!
— Заводы!
— Так и должно быть?!
— Да! Нам туда!
Стали постепенно вырисовываться электрические пунктиры корпусов, множество огней сверкали в пространстве на разной высоте, это были трубы, опоясанные прожекторами. Даже в надвигающихся сумерках можно было видеть, вываливающиеся из труб черные облака. Корпуса тянулись в разные стороны горизонта, и не было видно им конца, где-то очень далеко они заканчивались крошечными созвездиями. Миллионы акров сплошных заводов.
Азарон бежал прямо на зеленые вспышки. Там, еще через много часов пути, эти зеленые маячки показывали разрыв между корпусами. Весь этот конгломерат только четко обозначился на горизонте, приближался медленно, потому что все это было еще очень далеко. К невыносимой вони добавился шум, мерный гул неимоверного количества работающих механизмов.
— Начинается, — сказала Ася и крепче вцепилась в ошейник Азарона. Справа, по диагонали к ним наперерез мчалось нечто быстрое и невидимое из-за пыли. Какой-то скоростной транспорт с невероятной точностью шел на сближение. Вспыхнула фиолетовая мигалка, и Азарон крикнул:
— Это полиция! Нормально...
Он сбавил шаг и остановился. Подъехал странный автомобиль — шарик на двух колесах, как он держался и не падал, было не совсем понятно. Проблесковый маячок на крыше погас, с двух сторон, верх распахнулись двери, шарик стал похож на жирного воробья. Вылезли двое в форме — чрезвычайно красивая пара — молодой человек и девушка.
— Добрый вечер, — сказал молодой человек, — этой земли хватит для нас двоих.
Пес поднял лапу и повторил:
— Этой земли хватит для нас двоих, — вероятно, это было приветствие, — чем я могу помочь?
— Сбежали ноги и голова, — строгим голосом произнесла девушка, — вы их не видели?
Азарон ответил, что не видел никого за весь день пути, сам он из Аламбвиля, направляется в столицу по делам своим собачьим. Полицейский направил пистолет ему в глаз и отсканировал сетчатку, пока читал показания, Ася любовалась им, она никогда не видела таких красивых парней. Выпрямила спину, хотела что-то сказать, но, тут увидела, как нечто похожее на подкову отклеилось от полицейского болида и зарылось в пыль. Никто кроме нее этого не заметил.
— Вы — кто?
Азарон ответил за Асю:
— Вам лучше не знать.
Кончик пистолета и салон служебного автошарика излучали нежно-зеленый свет, но после слов Азарона все резко покраснело.
— Ладно, — усмехнулся пес, — это сама Виолетта Котикова-Цимерманн.
Ася хихикнула. Но, красавчик принял эту информацию очень серьезно, он внимательно стал разглядывать необычную пассажирку на спине собаки. У пассажирки, как бы невзначай, разъехались края пончо...
— Да прибудет мир и покой на эту землю, — козырнул полицейский.
— Да прибудет мир и покой!
Пес снова поднял лапу, и шарик резво умчался прочь.
— Ну что, отдохнем или пойдем дальше?
— Подожди.
Ася пнула ногой кучку пыли. Раздался яростный писк:
— Что вы деретесь?! Прекратите немедленно!
Азарон испугался, он подпрыгнул и гавкнул:
— Чтоб тебя жопа сожрала!
Какая-то железная чепуха, похожая на букву «П» вскочила на тонкие ножки, и, по-видимому, приготовилась удирать. Ася, все еще смеясь, замахала руками, мол, извините нас и не бойтесь. В этой конструкции угадывались нижние конечности, закрепленные металлическими шарнирами к горизонтальной оси. Ася пыталась понять, каким местом возмущалась эта буква, где у нее глаза и рот.
— Это вас ищут?
— Меня, — печально сказала буква, и друзья увидели в горизонтальной консоли какой-то слот или дырку, откуда и шли звуки. Что-то похожее на заклепки, наверное, были глаза.
— А где голова?
Раздался писк:
— Я здесь!
— Лимпо! — запищала «П» и бросилась на голос. Из-за кочки пожухлой травы выкатился мячик, «П» очень обрадовалась:
— Друг мой, ты нашел меня!
— Эти полицейские такие шустрые...
У мячика прорезались глаза, рот разделял его пополам, говорил он двумя половинками, как куклы из «Маппет шоу». Азарон ошарашено разглядывал эту ожившую чертовщину, Ася никогда не думала, что его можно чем-то удивить.
— Они мне не нравятся...
— Прекрати. Откуда вы и куда? И как вас зовут?
— Я — Лимпо, он — Пульпинатор. Мы сбежали из цеха сборки, мы не хотим тысячу лет чистить бассейны утилизации. Спрячьте нас и возьмите с собой, если сегодня пройдем ворота, вечером будем при дворе императора, он нас пожалеет...
Азарон захохотал.
— Зачем смеетесь? — маленький Лимпо даже подпрыгнул, — я буду рисовать для какой-нибудь галереи, а Пульпинатор сочинять музыку!
— Хотите, — сказал Азарон, — я сейчас так гавкну, что полиция немедленно вернется?
Маленький мячик от ужаса ввинтился в пыль, сустав задрожал тонкими ножками.
— Стойте, где стоите, за нами ни шагу. Понятно?
Ася услышала, как Лимпо заплакал, стало невыносимо жалко этих железяк.
— Как же мы вас спрячем? Вас все равно не пустят в столицу.
Плач стал еще громче, Азарон кивнул головой — поехали. Ася помахала рукой и больше не оборачивалась. Спросить друга — почему так, она не посмела. Ему виднее, конечно.
Несколько часов пути, и она уже не сводила глаз от приближающегося великолепия индустриальной мощи. Шедевры нейросетей, безумная архитектура компьютерных игр, все, что она видела до этого, не могло сравниться по красоте и величию того, что открылось ее взору. Серые стены корпусов высотой с небоскреб, казалось, опоясывают всю планету. Гул стал невыносим, от вони щипало язык и слезились глаза.
Пес прямой наводкой семенил к прямоугольнику из зеленых фонарей. Их ждали и видели издалека, раздалось с космическим эхом — бу-у-у... и, гигантские ворота медленно, поднимая клубы пыли, разъехались в стороны. Эти двери не открывались, наверное, тысячу лет. Ася чувствовала себя песчинкой, попавшей в какой-то сложный механизм.
Прошли шлюз, первые ворота закрылись, распахнулись следующие. И, они оказались на городской улице. Удивительно, вонь и шум исчезли, город защищали какие-то супер фильтры. Ася с удовольствием вздохнула полной грудью. По широкой улице шли люди, глядя только вперед, это были мужчины и женщины красивые, как те полицейские. Одетые в одно и тоже, в их движениях, походке чувствовался какой-то алгоритм. Одинаковые дома с острыми углами и квадратными окнами вселяли еще большую тоску, чем кривые переулки Аламбвиля...
Азарон словно читал мысли:
— Это все роботы, живого здесь ничего нет, эта промзона окружает настоящий город, где люди и Император. Вон башни его дворца.
Вот почему полицейский даже не взглянул на меня, подумала Ася, теперь понятно. Они свернули на перекрестке, улица упиралась в еще одни ворота, только красивые, расписанные в стиле ар-деко.
— Почти дома, — сказал пес, — слушай, чего у меня там все чешется, глянь...
— Где?
— На спине, за тобой.
Ася обернулась, сзади нее, притаились в пушистом меху Лимпо и Пульпинатор.
— У нас пассажиры... — весело сказала она и ахнула — ворота бликанули и стали мгновенно красного цвета.
— А-а-а! — завыл Азарон и сел на пятую точку, он все понял, — опасность!
Ася и левые пассажиры скатились по мохнатой спине на асфальт. Пульпинатор сложился в сложную загогулину и вжался в стену дома, пес прыгал в бессильном отчаянии, он зарычал Асе:
— Ложись, он сейчас чихнет!
— Кто?!
— Лицом вниз и заткни уши! Это террористы!
И тут она увидела Лимпо, тот распахнулся на две половинки и замер, глаза затянулись поволокой немого блаженства. Еще секунда, и раздалось оглушительное:
— Апчху-у-уй!!!
Ася оглохла, она не успела сделать, о чем просил ее Азарон. По улице пошла взрывная волна:
— Тэнь-нь-г...
Все кто был, попадали, как кегли в боулинге, посыпалось стекло. Даже ее друг замер в нелепой позе, растянувшись вдоль поребрика.
— Азарон!
Но, она совсем себя не слышала. Лимпо приготовился к новому залпу, он опять распахнул рот, зрачки его добрых глаз скатились к затылку...
Ася закрыла ладонями уши, хотела зажмуриться, но увидела, как за воротами жахнул, расцвел салют. Какого хрена они там празднуют, подумала она, когда сейчас все разнесет, к чертовой матери, эта безумная голова! Но, это был не салют и не фейерверк, она все поняла, ракеты! Хотела убежать за угол, но потрясающее зрелище в темном небе заставило замереть на месте. Тысячи неоновых спиц сложились в замысловатый, и какой-то, инопланетный узор. Словно в трубе калейдоскопа, купол неба с треском и зловещим шипением, переливался в изменчивые рисунки. Раздался хлопок. Ася попыталась встать, но не смогла пошевелиться. Голова Лимпо тоже застыла и стала похожа на мусорный бачок с распахнутой крышкой. Окаменело все. На перекрестке валялись манекены, Пульпинатор превратился в перочинный ножик...
Еще за секунду до этого, Ася успела крикнуть:
— Ёб!..
И теперь междометие, выпорхнувшее с губ, зависло аморфной кляксой прямо перед глазами. От безмерного удивления визуализации невидимого, ее зрачки съехались к переносице. Она так никогда и не узнала, что это было самое глупое выражение ее лица.
Раздался грохот, и ворота распахнулись. Ажур на небе рассеялся. Выбежали солдаты, залили Лимпо и Пульпинатора какой-то пеной, и те превратились в серые лужи, подняли на плечи Азарона и Асю и, так же быстро исчезли в обратном направлении.