Ася в облаках (1)

— Бабушка, все люди умирают?

— Все.

— И я умру?

— Ну, это будет не скоро.

— А как люди умирают?

— Сердце остановится, и каюк.

Ася приложила руку к груди. Сердце билось медленно и ровно, как у всех здоровых детей. Они сидели на лавочке у калитки, смотрели вдаль, через улицу. Деревня стояла на холме, вниз уходил склон, нарезанный на квадраты картофельных огородов. С лавочки был виден сверху лес, серебряная лента реки, нитка дороги через поле. Можно было смотреть долго на все это...

Неожиданно, пейзаж врезался в черную раму. Оказалось — это окно. Но, где они тогда, в доме? Бабушка с кем-то ругалась:

— Не пойдет она никуда! Уходите!

С кем это она ругается? Ася посмотрела на свои тонкие пальцы с фиолетовым шилаком на ногтях, ей не восемь лет, это всего лишь сон с покойной бабушкой. Как жалко! Доля секунды, и ее качнуло в сторону. Ряд автомобильных фар на горизонте из искр превратился в полыхающие прожектора. Стукнуло с боку, подкинуло, впечатало в лобовое стекло. Раздался скрип железа и треск стекла. Она крикнула кому-то:

— Я все!..

И провалилась ногами вперед в мифический тоннель, который все называют смертью.

...Она устала жмуриться, готовилась к чему-то ужасному, ей казалось, сейчас будут рвать в разные стороны за все ее грехи. Но, ощущение полета не заканчивалось, точнее, это напоминало не полет, а поездку на больничной кровати-каталке. И Ася распахнула глаза. Так и было, только она лежала в какой-то открытой повозке и смотрела на верхушки деревьев, проплывающие мимо. Телега ехала по лесной дороге, Ася приподнялась на локте. К ней спиной сидели двое детей — девочка и маленький мальчик. Повозку катила, запряженная ремнями, большая белая собака.

Лес закончился, девочка сказала строгим голосом:

— Встанем здесь. Покушаем и поедем дальше.

Асю они не заметили, она тихо спрыгнула на землю и скрылась в кустах. Что за хрень, думала она, что это за гребаные дети? И пес весьма подозрительный, о, черт! Ася выглянула из-за кустов, собака как раз смотрела в ее сторону, вероятно, даже увидела, но ничего не сказала. Ася побежала прочь. Хотела выйти на дорогу и бежать, но куда?

...Коряги и ветки деревьев хватали ее за платье, порвали подол и рукава. Заблудилась. Но, вдруг, услышала голоса, точнее, говорила только девочка. Это они! Ася спряталась в кустах, решила сначала посмотреть, вдруг, это какие-нибудь мутанты. Самой стало смешно.

Девочка что-то пекла из жидкого теста, сковородка стояла на огне, разведенном между камнями. Она ругалась:

— Твой образ жизни, Темочка, просто за гранью моего понимания. Я просто не знаю, как тебя наказывать, слов ты не понимаешь...

Маленький мальчик равнодушно поедал оладьи. Собаки рядом не было, тележка стояла неподалеку. Дети казались какими-то неживыми, как бы пошло это не звучало, но они напоминали ангелов. Девочка вышла к дороге, приложила ладошку ко лбу, солнце мешало ей смотреть.

— Странно все это... она должна уже быть здесь.

Ася подумала — а не ее ли они ждут? Все бы сейчас отдала сейчас за пару оладушек. И она вышла из кустов.

— Ааааааа!

Дети с визгом спрятались за телегой. Столик с блюдцами кувырнулся в траву.

— Обезьяна! Что тебе надо?!

— Какая же я обезьяна...

Ася растерялась, встала перед лужей и посмотрела в грязную воду. Действительно, чучело какое-то. Она убрала волосы с лица, поправила платье и улыбнулась.

— Меня зовут — Ася.

— Не лги! Нам сказали, будет красавица...

Асе все это надоело, она прикрикнула:

— Прекратите паясничать!

Дети вышли из-за укрытия. Девочка улыбнулась в ответ.

— Мы тебя ждем, ждем. Я — Люша, это Тема.

Мальчик протянул ей надкусанный блинчик...

Асю накормили, дети стали собирать посуду в телегу.

— А где собака? С вами была огромная собака.

— Сейчас придет, она пошла встречать Вальдемара.

И тут же появился пес, рядом хромая шел еще один мальчик, постарше, лет десяти. Он был в военной форме и весь дымился.

— Всем привет! Я Вальдемар.

— Здравствуй, Вальдемар.

Пес так смотрел, будто умел говорить, Асе казалось, очевидно, он хочет что-то сказать. На его ошейнике она увидела крупные буквы AZARON.

— Мы встретили его на дороге, — сказала Люша, — шли пешком, он нас ждал с повозкой. Нам повезло.

Ася больше не задавала вопросов. Действительно, какая разница — куда они все идут, зачем? Ася легла на спину и снова стала глядеть на проплывающие мимо деревья. Мальчик-солдат объявил, что он командир и теперь все будут слушать только его. Дети стали ругаться. Потом тоже притихли...

На дороге стало попадаться больше людей, издалека доносился шум толпы, запахло водой. Повозка ехала медленно... и, вдруг, музыка! Точнее чей-то голос, причем, знакомый. Ася с трудом протолкалась в первые ряды и узнала! Это была Мини! Гитаристка из легендарных «Х». Все знали ее песни, она записала сольный альбом, хоть врачи запретили ей напрягаться — какой-то хитрый порок сердца. Но, отважная девушка все равно сделала это, и умерла.

Дети танцевали прямо в телеге, толпа вокруг хлопала в ладоши, певица пела с надрывом, ее голос напоминал рыдание. Последняя мысль была — господи, Мини же умерла, тогда, где я? Что происходит? Музыка оборвалась, Асю толкали плечами и локтями, давка вынесла ее к реке. Люди смотрели на другой берег, там, у пристани качался на легкой волне большой квадратный паром, а на вершине зеленого холма стоял человек в тунике, тоже пристально смотрел и чего-то ждал или искал кого-то глазами.

Кто приехал верхом, отпускали животных, дальше с ними было нельзя. Ослики, пони, собаки брели обратно. Ася потеряла друзей, люди плотнее подходили к берегу...

Вдруг, из воды вынырнуло нечто жабоголовое с мощными лапами.

— Отойдите дальше! — завопило чудовище, — посадки не будет, здесь лишний!

— Лишний... — выдохнула толпа.

Все стали оглядываться, недоумевая. Жаба пошла, расталкивая людей и глядя в лица своими плоскими, как у кошек, зрачками.

— У-а! — внезапно подпрыгнула, сделав ластами антраша, — вот она!

Завопила жаба, тыча всеми перепонками в сторону Аси.

— Вон отсюда!

— У-у-у... — человеческое стадо осуждающе замычало.

— Куда же мне идти?! — Ася кричала изо всех сил, ее было едва слышно в набирающем силу бардаке.

— Сюда, сюда, — некто с посохом взял ее за локоть. Они спустились к реке, чуть дальше от столпотворения. У самой воды, воткнувшись в песок наполовину, их ждала лодка, маленькая, без весел. Ася села в нее и обняла колени.

В ту же минуту, как только добрый человек помог отплыть от берега, черные тучи закрыли небо, громыхнула гроза. Через пару метров лодка уткнулась в заросли каких-то кустов. Ася схватилась за ветки и оглянулась, страшно было интересно, что там такое будет происходить, что ей нельзя видеть. Лучше бы она этого не делала...

Под раскаты грома, паром отчалил от пристани и поплыл через реку. Вернее, он не плыл, его с двух сторон несли на плечах жабоголовые гиганты, отпустили только когда, стало совсем мелко. Откинулся трап, по нему на палубу стали идти люди. В сполохах небесного огня, под грохот взбиваемых туч, она видела ужасную картину. Людей на паром набилось буквально через край, несчастные свешивались через перила, жабы трамбовали, толкая в спины. Ася вскрикнула, она узнала Люшу. Это был уже не ангел в платье «как у Барби», она почернела, стала похожа на горелую спичку, маленький Тема превратился в уголек в штанах на лямке, за ними по трапу шел мужчина в военной форме, он нес под мышкой свою голову, из впадины между плеч шел пар.

— Вальдемар!

Ася завыла и яростно отпустила ветки, лодку подхватило течение и понесло прочь от грохота и стонов.

Сразу за поворотом реки, лодка стала набирать скорость, течение усилилось. Впереди, но еще далеко, шумел белый гребень водопада. Ася попыталась грести ладошками, что бы развернуть посудину к берегу, но это выглядело просто смешно. На берега было страшно смотреть, с обеих сторон нависали глиняные обрывы, засыпанные обломками деревьев. Ее несло в кипящую пучину.

Пару раз налетела на камень, чуть не перевернулась. Впереди торчали валуны, вспенивая поток, их было много. Лодка подпрыгнула и развалилась в щепки.

— Мама!

Ледяная вода обожгла, закрутила... но, вдруг, что-то мягкое, плюшевое подхватило снизу, Ася оказалась верхом на мохнатом туловище. Вынырнули белые уши и собачий нос.

— Азарон!

Закричала она и вцепилась в ошейник. Да, это был тот самый пес. Он легко плыл к берегу, огибая скалы, и со стороны, наверное, напоминал белого медведя.

Кое-как выползли на сушу. Ася обняла землю и прижалась щекой.

— Спасибо, собакен... что бы я без тебя делала?

— Сдохла бы, к бабке не ходи.

Ася выкрикнула неприличное междометие и уставилась на пса.

— Чего смотришь? Я все умею.

Рот Азарона шевелился в такт словам, это было настолько сказочно и мультяшно, что Ася засмеялась.

— Ну, конечно, — сказала она, — я же черт знает где...

От берега реки начиналось ровное, уходящее за горизонт поле, поросшее жидкой травой.

— Садись на меня, — сказал Азарон, — нужно успеть попасть в город, ночью здесь можно замерзнуть насмерть.

Пес летел, едва касаясь лапами земли, Ася прятала лицо от ветра в его теплой шкуре. Она видела одним глазом мелькающую рябь зеленой поросли и половинку солнечного диска на ровной линии горизонта.

Впереди показался оазис из нескольких пышных и высоченных дубов. Что-то наподобие дороги пролегало между деревьями, они проехали указатель — деревянную стрелку на палке, что было написано, Ася не успела прочитать, и увидели дом, старый, с перекрестиями балок, полосатыми ставнями и скрипучей на ветру чеканкой, изображающей толстяка с пивной кружкой. Вывеска, вероятно, обозначала, что здесь именно таверна, а не сапожная мастерская или пекарня. Шум из распахнутых дверей подтверждал это.

— Тебе надо переодеться, — сказал Азарон, — ты выглядишь, как площадная девка. Да, и покушать бы не мешало.

В который раз за этот день, Ася спряталась в кустах. Ее друг исчез в черном провале дверей. Заглохла музыка...

— Гау!!!

Пес громыхнул, как из гаубицы. Раздался вопль ужаса, топот, звон посуды. Смешные люди выбегали из таверны, они махали руками, дамы придерживали пышные юбки, и все орали. Когда последняя жопа исчезла в лесу, выглянула довольная собачья морда.

— Заходи. На втором этаже шкаф с одеждой. Потом спускайся сюда, посмотрим, что сегодня на ужин.

...Ася смотрела на себя в зеркало, таких женщин она видела в учебнике истории. Платье было из грубого материала и тяжелое, с белоснежным воротником и шнуровкой на декольте. Она поклонилась своему отражению и сделала книксен:

— Добрый вечер, ваше высочество, не желаете ли сытно пожрать?

Закрыла рот шелковым платком в комичном испуге...

— Сытно пожрать не получится, уходим!

— Почему, что случилось?

— Я вспомнил эту деревню, у них есть пушка, и они сейчас вернутся!

Ехать верхом в громоздком платье было крайне неудобно, Ася с трудом уселась на спину другу. Они успели вовремя, раздались крики, кто-то колотил в железную шпалу, люди возвращались разозленной толпой...

На небе высыпали звезды, когда Ася и Азарон подошли к городской стене.

— Это славный город Аламбвиль, там за углом ворота, они открыты до полуночи. Найдешь площадь, она одна в городе, все улицы ведут туда, увидишь вывеску — крендель с чашкой, там должна быть гостиница, скажешь хозяину — у Галинды из Альфонии не твой сын. Запомнила? Утром возвращайся сюда.

— А ты?!

— Мне нельзя, убьют сразу, погулял я тут однажды...

Асе хотелось плакать, ей стало страшно.

— Ты меня не бросишь?

— За это не беспокойся. Переночую здесь, где-нибудь в кустах.

За широким мостом начиналась старинная улица с булыжной мостовой и низкими домиками с черепичными крышами. Ближе к площади стало попадаться больше пьяных. Мужчины в треуголках, белых манишках под суконными камзолами, коротких панталонах и ботинках с пряжками, женщины в платьях, как у нее, только все в чепчиках.

На площади плясали на столах, невидимый в толпе оркестр наяривал бодрую мелодию, люди высоко подбрасывали колени и хлопали в ладоши.

— Вновь в который раз...

Хлоп-хлоп.

— Пара чьих-то глаз...

Хлоп-хлоп.

— Смотрит в мои окна и не знают,

Что хотят увидеть в них!

Но я им не скажу,

Что я курю-сижу!

И что на них я не гляжу!

Какая забавная песня, подумала Ася. Еще она заметила, как некрасивы здесь мужчины и женщины — абсолютно все толстые, с выпученными глазами. Дамы лихо крушили каблуками посуду с объедками, сиськи вываливались из декольте, кавалеры дико хохотали...

Ася обогнула толпу, скрылась в темном переулке.

— Что желаете? — спросил трактирщик.

— Чорт, забыла... у тети Гали есть сын, но он, извините, не ваш.

Лысый трактирщик встрепенулся, махнул полотенцем:

— Занимайте столик, я мигом.

На нее смотрели со всех сторон, а один тип просто пялился, не отводя глаз. Он был просто огромный и одет странно — камзол заправлен в широченные штаны, подпоясанные цепью. Ножки стула под его тушей разъезжались в стороны, казалось, этот гигант вот-вот рухнет на пол.

Асе принесли жареное мясо с какой-то кашей, хлеб в отдельной миске и кружку кваса. После еды она поднялась на второй этаж, нашла свою комнату и рухнула на кровать.

Я попала в сказку, думала она, разглядывая в окно треугольные крыши и блики огней праздника в черном небе. Интересно, как это — сон во сне, что сейчас должно присниться? Музыка почти не мешала, но и спать не хотелось, слишком веселый был день...

Раздались шаги по коридору. Это сюда, но кто? Их было несколько, все вздрагивало от их поступи. Дверь комнаты с грохотом распахнулась, вошли трактирщик и гигант с цепью на пузе. Схватили, сорвали все, что на ней было, трусы запихали в рот. Они держали ее за руки за ноги, разложив звездой. Появилась старуха в плаще с капюшоном. Увидев Асю, завопила:

— Аккуратнее, дьяволы! Что бы ни одного синяка!

Ведьма вскочила на кровать и стала гладить Асе грудь, живот и ляжки. Раздвинула половые губы, сунула туда нос и сделала глубокий вдох...

— Аыи-и-и!

Завопила она в потолок. Синие корявые пальцы переплетались, как взбесившиеся змеи. Она вся дрожала, язык вытянулся и напрягся в какой-то собственной эрекции. Надулись все морщины на безобразном лице, глаза впали глубоко под мохнатые брови...

Если бы Ася могла кричать, она бы уже охрипла. Ее прихлопнули, как муху, все это было стремительно и ужасно. Бабка, тем временем, пришла в себя и сказала зловеще:

— Я беру, заверните...

Асю тут же крепко запеленали в шелковую ткань, оставили только глаза и нос. Гигант закинул ее на плечо, и все двинулись на выход.

— Головожопа напоили?

— Первым делом, госпожа.

— Смотрите, дорога дальняя...

На улице их ждала небольшая карета, рядом пило воду из миски странное существо — розовое туловище с шестью короткими человеческими ногами, мясистым задом и крошечной головой, заросшей грязной гривой.

Ведьму с Асей усадили в карету, трактирщик и гигант взгромоздились на облучок. Хлестнули вожжи...

Ася пришла в себя. Пока ей не было больно и страшно, она думала о том, что за воротами города их обязательно встретит Азарон. Но, карета, почему-то, ехала долго, часто сворачивала в переулки. Старуха, тем временем, крутила головой, нервничала, металась от одного окна к другому. Окошки в карете были с четырех сторон, мимо проплывали дома с закрытыми ставнями, трепетал огонь в колбах уличных фонарей... и, вдруг! Снова шум толпы.

— Кто там?! — взвизгнула ведьма.

— Гвардейцы!

Стало светло от пламени факелов. Карету окружили суровые люди в шлемах с перьями. Дверь кареты просто выдрали и разбили в щепки.

— Я вдова барона Тигромара!

Завопила старуха.

— Мы знаем, кто ты. Давно ждем...

Бабку выволокли, сорвали плащ, Ася увидела синие руки...

Все было готово. Ведьме накинули на ногу петлю, и она взмыла в воздух, завизжала, будто захлебываясь щекоткой. Задрались юбки, Ася отвернулась, ей совсем не хотелось видеть, что будет дальше.

— Синие руки Джампли! Отдайте нам!

Орали со всех сторон, люди махали палками. Удивительно, но остальные пассажиры кареты совсем не интересовали разгневанную толпу...

...Через несколько минут покинули город. Стало тихо. Ася ждала своего друга, но он не появлялся, и это было понятно — они выехали через другие ворота. Ей бы размотать пеленку и какую-нибудь железяку в руки, она бы дралась, как самурай.

Теперь она видела впереди две спины, между ними ровную голую степь, звездное небо, шевелящиеся ягодицы и засраный анус головожопа. Луна светила довольно ярко, ехали не торопясь. Трактирщик о чем-то говорил, называл гиганта Бон-Боном, он понял, что попал, голос его дрожал, лысая башка обильно потела.

Внезапно, он исчез, чавкнули кишки, карета подпрыгнула и остановилась. Бон-Бон выкинул Асю на землю, размотал ее, как рулон обоев, рожу его свело судорогой похоти. Шумно грохнулась на землю цепь, упали штаны, выскочил большущий жилистый орган, он быстро наливался кровью, становился похожим на гигантский гриб. Крайняя плоть разъехалась, появилась фиолетовая голова с глазами. Под всем этим телепались два кокосовых ореха...

Теперь Ася могла кричать, кричать громко на весь этот проклятый мир. Бон-Бон завыл, подпевая ей, головожоп сбежал вместе с каретой. Она осталась одна на миллион километров с членом-убийцей и кучей кишок трактирщика...

Их вопли раскидало по степи, это было так громко и печально, что никто не услышал третьего исполнителя. Этот третий спешил на помощь, завывая в другой тональности, голос его был бодр и решителен. В затяжном прыжке он пролетел над Асей, и, зубастая пасть схватила Бон-Бона за голову по самые плечи. Азарон! Он танцевал на четырех лапах, полоская огромную тушу в пыли, выворачивая ее наизнанку и рыча от удовольствия. Голова оторвалась, истрепанное тело подергалось и успокоилось. Неожиданно, член выполз из-под складок тряпья и стал бодро уползать, выписывая кренделя. Ася схватила камень и превратила юркий обрубок в фарш. Упала и заплакала...

Пес интеллигентно молчал, ждал, пока ее пережитый страх не вытечет вместе со слезами.

Ася вытерла щеки, ее друг не сводил с нее мудрых и насмешливых глаз, это смущало ее. Он забавно лежал на боку, подперев голову лапой, так люди на диване смотрят телевизор.

— Хватит пялиться.

— Больно надо.

Пес отвернулся, будто что-то увидел на горизонте. Ася проделала в шелковой тряпке дыру и надела ее, как пончо.

— Куда меня везли?

— В гарем короля Сифона, ты слишком красивая для этих мест.

— Знаешь, как страшно было...

— Представляю. Эта старуха Джампли воровала детей для короля, ее долго не могли поймать, а в крепость Сифона так просто не попадешь, нужна война. Правителям это надо? Кстати, контрольный занюх был?

— Чего?

Ася покраснела и кинула в друга ботинок Бон-Бона.

— Не злись! — пес прыгал вокруг, будто играл с мячиком, — удача на твоей стороне! Если бы не понравилась, она бы плюнула тебе лицо, и через минуту ты бы умерла!

— Больше не могу, — тихо сказала Ася, сделала пару шагов и упала бы на землю, если б друг не успел подстелить свой пушистый хвост.