Агентство инноваций в сфере транспортных услуг

Собеседование.

Рикша рассыпалась у мраморных ступеней огромной многоэтажной избушки. Я надел ролики и, как был в костюме ёжика, въехал в вестибюль агентства. Приветливая девушка с серебряной свирелью ловко сделала мне подсечку, и я клубком прикатился к охране, попутно накалывая на пластиковые иголки опавшую листву и грибы.

Решив сразу определить свой статус, я представился Генрихом и раздал всем присутствующим бубновых валетов. Это произвело должное впечатление. Меня обрызгали раствором хлорки и усадили на жердь.

— Добрый день! Вас приветствует служба чёткой безопасности. В целях соблюдения конкретной конфиденциальности прошу вас добровольно выключить мобильный телефон и прочие девайсы. Часы, бумажник, ключи, бадминтон, кукушку и очки у вас по описи примет наш сотрудник.

— Пожалуйста, возьмите. Только у меня не телефон, у меня счеты.

— Покажите.

— Вот.

— Ух ты! Отличные счёты, гражданин. Теперь войдите в необычную кабину и задержите дыхание. Спасибо, уже можно прерывисто дышать! Не забудьте одеть бахилы и халат. Наш шеф брезглив до безумия.

— Обязательно.

— Идите прямо по коридору. Пусть камеры вас не смущают. Они повсюду. Мы следим за каждым шагом сотрудников. Имейте это ввиду, если вдруг решите закурить.

— Я не курю.

— Жаль, мы бы с удовольствием посмотрели, как вы это делаете. Курение разрешено на всей территории агентства, кроме курилки. Там дети. Ну, идите, идите.

— Я совершенно не знаю дороги. У вас есть компас?

— Безусловно, но с компасом не интересно. Возьмите клубок. Идите прямо. Возле памятника вагоновожатому из Твери повернёте направо, и там вас встретит секретарь. Секретаря зовут Ингрид. Назовёте свой номер.

— А какой у меня номер?

— Сейчас посмотрим. Слушайте. Запускаем генератор случайных чисел. Так, 531 плюс два балла за пунктуальность и балл за вежливость. Получилось 534. Вычитаем три балла за внешний вид, получаем 531.

— А что не так с внешним видом?

— Ролики. У нас везде лёд. Были бы у вас коньки, мы бы вам клюшку подарили и один балл добавили за убежденную спортивность. А так только 531 набираете.

— Можно было сразу определить, что 531. Без сложной системы подсчета баллов.

— О, минус три балла за несдержанность.

— 528?

— Да?

— Окончательно?

— Да, идите.

 

В указанном месте я повернул направо. Хотелось петь и пить.

— Добрый день! Вы на собеседование?

— Добрый день, Ингрид.

— Я не Ингрид. Ингрид болеет. Согласно согласованному больничному листу, у Ингрид «свинка».

— Жаль девушку.

— Ингрид мужчина. Снимите коридорный халат, я дам вам офисный. Одевайте. Посмотрите в камеру. Приложите палец к сканеру. Ваша сетчатка уже у нас в базе. Вы через региональный офис регистрировались.

— Нет. Я от Филиппа.

— Оу! Передавайте ему привет при встрече.

— Непременно.

— В каком виде у вас резюме?

— Вырезано на липовой дощечке.

— Прекрасно. Морилкой не вскрывали?

— Ну что вы, как можно. И потом, Филипп говорил…

— Да-да! Привет ему!

— Передам.

— Умница, сразу видно, от кого человек пришел. Идите.

— А вас как зовут?

— Эллариэль.

— Эллариэль, мой номер 528.

— 528? Нагрубили охране?

— Не уверен.

— Надо было сказать, что вы от Филипа. Это ничего не изменило бы, но тем не более. Ну, идите, соискатель, идите. Удачи Вам. И привет Филиппу!

— Непременно передам. Пусть Ингрид выздоравливает.

 

Через пропасть я перебрался по подвесному канатному мосту, над которым парили дельтапланы и южноамериканские орлы-пересмешники. Я трижды плюнул вверх и постучался в единственную дверь.

(тук-тук)

— Входите. Позволяю!

— Добра вам! Мой номер 528.

— Прикольно! Выйдите и зайдите, как положено.

(тук-тук)

— Я от Филиппа.

— Оу! Входите, голубчик, входите! Халатик в одноразовую мусорку, пожалуйста, бахилы в камин. И прошу вас, как дома. У нас тут без церемоний, по-семейному. Резюме у вас…

— Резьба по дереву. Морилкой не вскрывал.

— Кириллица?

— Санскрит.

— Прекрасно. А Филиппу непременно привет. Как они там?

—Там хорошо. Там даже очень неплохо. Не жалуются.

— Ну, если вдруг жалобы будут. Так, вполне в компетенции…

— Понимаю, досадно. Спасибо.

— Да вы садитесь, садитесь. Только не в кресло. Там жуки Кожееды семьями живут, они препятствуют. Так что на табуреточке устраивайтесь. А я на коврике примощусь. Вы, соискатель, кем у нас работать хотите?

— Ямщиком.

— Превосходно. Повозка своя или корпоративный транспорт пользовать планируете?

— У меня почтовая телега.

— Да ну! Значит, любите потележить? Иномарка?

— Иж.

— В смысле?

— В смысле — иж ты!

— «Ижты»? Чешская трехколесная телега с компрессионными рессорами?

— Верно.

— До этого кого возили?

— До этого чего?

— Возили.

— Бывало до чего и довозил.

— И часто?

— Не редко.

— Кого именно.

— Филиппа. Допустим.

— Ну, привет ему.

— Передам.

— Выпьете?

— Я за телегой. Наливайте.

— Вижу, вы человек с принципами. Нам такие нужны. Споёте?

— Спою.

Поют на два голоса – «Когда я на почте служил ямщиком, ко мне постучался косматый геолог...»

 

Первый и последний рабочий день.

Один из встретивших меня возле подъезда ассасинов вежливо поклонился и мгновенно выхватил острую катану. Я улыбнулся и лёг на землю. Сидящая на моей телеге Анка-пулемётчица нажала на гашетку и мигом положила из «максима» проклятых наймитов. Клиент был доволен. Я крикнул лошадям: а ну, вихрем, родимые! И мы не спеша покатили по набережной. На мосту Анка надела лыжи и катапультировалась. Её ждали аквалангисты и новое задание. Огонь девка. Из-под Пскова.

Я швырнул в клиента нож и газеты:

— Читайте. Путь не близкий.

— Премного благодарен. Скучно тут у вас. Так себе городишко.

— Столица, сами понимаете.

— Да уж не село. Печалька. Нападения ещё будут?

— Через пару километров нас ждёт снайпер и лимонад.

— Не густо.

— Чем богаты.

— В конце нас хотя бы взорвут?

— Обижаете. Рванёт, так рванёт!

— Замечательно! Я ведь ваш постоянный клиент. Практически всё перепробовал.

— Завидую.

— Четыре сотрясения, двенадцать переломов. Шесть раз практически собирали по кускам. Меня только в этом году три раза хоронили. И хоть бы хны.

— Насколько мне известно, шеф нанял нового креативного директора в сфере транспортных инноваций. Свинья редкая, так что вам повезло. Я и сам не все примочки по маршруту знаю.

Неожиданно раздался глухой выстрел, и пуля пробила плечо клиента. Он взбодрился:

— Пиздато как! Есть чем кровь остановить?

— Плюньте. Берите лучше лимонад!

Клиент залпом осушил стакан, схватился за горло и начал задыхаться. Я засмеялся:

— Видали? Лимонад отравлен! Содержание цианида — 102 процента! Говорю же, новый директор — свинья редкая. Беркширской породы.

Клиент закивал и радостно захлопал в ладоши:

— Одуреть, аж ноги отнимаются! У вас в телеге курят?

— И не только! Угощайтесь.

Я протянул пассажиру пачку сигарет и спички. Как только клиент чиркнул спичкой, телега полыхнула синим пламенем.

Пассажир восторженно заверещал:

— Горим, вашу мать! Горим ведь!

Я не удержался:

— Хватайтесь за поручни! Скорее!

Клиент просто задыхался от счастья:

— Дайте угадаю. Поручни под напряжением?

— А вы клиент не промах! Глаз — алмаз. Хватайтесь!

Шарахнуло его, доложу я вам, прилично! Словно молния в башку попала. Он после этого ещё минут десять искрил. А тут как раз дорога оборвалась, и мы со всего ходу в пропасть полетели. Пассажир буквально рыдал от восторга:

— Ямщик. Любезный. А где парашют?

— Не предусмотрено!

— Невероятно! Значит, камнем? На скалы? В пыль?

— Не забегайте вперёд, просто наслаждайтесь! Посмотрите, какой отвратительный мерзкий вид. Вон там пожарище, видите?

— Вижу.

— Это ваша дача!

— Не может быть! Я ведь всю жизнь об этом мечтал!

— Стараемся. Изучаем клиента. Со всей душой.

Пока клиента, словно Винни-Пуха, атаковали тучи диких пчёл, я успел перекусить и сгруппироваться. Упали мы в воду. Ни берега, ни дна. Кругом масляные пятна и обломки. Клиент отфыркался и пришёл в себя:

— Да, пчёлки у вас зачётные. Меня так раздуло от укусов, что и спасательный круг не нужен. А что за обломки повсюду? Кораблекрушение?

— Нет, мы вашу яхту взорвали!

— Уррра!!!

— Вместе с женой и тёщей!

— Кудесники!!! Чудотворцы!!! Браво!!!

— Смотрите, какие разъярённые акулы кругом!

— Фантастика! Это конец?

— Не говорите глупостей. Но ногами придется пожертвовать.

— С восторгом отдаюсь им на растерзание!

— Наслаждайтесь.

Минут через пятнадцать меня и то, что осталось от клиента, подобрал катер. Пока пассажиру пришивали ноги енота, он потягивал виски и расслабленно восторгался:

— Акулы – это просто находка! Такого ещё не было. В прошлом году я ехал на работу и неожиданно всплыл в Амазонке. Так местные пираньи — это просто детский сад. Когда меня анаконда проглотила, я так хохотал! Признаю, ваш директор по инновациям просто редкая сволочь!

— Да уж, скотина первостатейная. Настоящий мастер.

— И как зовут этого гада?

— Филипп.

— Филиппу привет!

— Передам обязательно. Могу даже выстрелить в него. Он будет счастлив!

— Сделайте милость!

Наш катер мчал, разрезая небесно-голубые волны океана, в манящую ужасом неизвестность. Я раскрыл парашют, и воздушный поток подхватил меня в безоблачное небо. Когда катер практически превратился в точку на оранжевом горизонте, раздался чудовищный взрыв. Я махал рукой разлетающемуся на куски клиенту, а над океаном раздавалось его последнее и восторженное: ПО-ТРЯ-СА-Ю-ЩЕ!!!

 

Бесхитростная концовка рассказа.

Хоронили Филиппа с шиком. Траурный оркестр без устали наяривал весёлый джаз и румбу. Полуобнаженные официантки предлагали присутствующим канапе с сельдью и авокадо. Элитное спиртное лилось рекой. Скорбящие курили групповой кальян, много шутили, разгадывали шарады и пускали в облака воздушных змеев с портретом усопшего. Счастливая вдова в свадебном платье налегала на крабов с шампанским и восторженно показывала гостям пустой бланк завещания. Безутешные дети, набив рот зефиром, играли в сифу с приглашенным клоуном из Анапы. То здесь, то там раздавалось дружное «привет Филиппу!» А сам покойный, сидя в обитом синим бархатом гробу, радостно принимал поздравления, подарки и беспощадные выстрелы в сердце от самых благодарных клиентов и коллег по нелегкому ремеслу.