Семнадцать мгновений конклава
Редкая организация в мире получает столько внимания к своим внутренним механизмам работы, как Католическая церковь. Западная массовая культура почему-то испытывает особый трепет перед этой загадкой, завёрнутой в тайну, помещённой внутрь головоломки — хотя Чёрчилль в этой цитате имел в виду другое. Как устроена структура, функционирующая с переменным успехом не одно столетие? Почему всё получается именно так, а не иначе? Все фильмы и сериалы о Ватикане похожи на попытки посторонних, не связанных с Системой людей заглянуть в чёрный ящик и показать нам оттуда какую-то картинку. Весь вопрос заключается в том, чьими именно глазами мы смотрим в том или ином случае.
Например, в экранизациях книг Дэна Брауна нам показывают якобы «мифы и легенды» Католической церкви через призму претендующего на интеллектуальность попсового профессора Роберта Лэнгдона. В «Крёстном отце III» мы видим экономическую деятельность и связанные с ней политические интриги Ватикана через босса итало-американской мафии Майкла Корлеоне. А в недавней дилогии «Молодой Папа» и «Новый Папа» итальянского кинематографиста Паоло Соррентино — посредством двух необычных римских пап Пия XIII/Ленни Беллардо (Джуд Лоу) и Иоанна Павла III/сэра Джона Бреннокса (Джон Малкович), которые хоть и занимают престол, но остаются чужеродными для Системы.
Фильм «Конклав» сделал интересный финт, пока никем в прессе не оценённый. Мы проводим всю картину от начала и до конца с кардиналом Томасом Лоуренсом (Ральф Файнс). Я не могу вспомнить ни единой сцены, где он не присутствовал бы в кадре, а друг с другом взаимодействовали только иные персонажи. Формально Лоуренс — декан коллегии кардиналов, который занимает второе место в иерархии Ватикана после папы римского, но его единственная официальная задача — председательствовать над конклавом кардиналов, которые должны избрать нового великого понтифика. В реальной жизни многие деканы даже не успевают этого сделать. В самой первой сцене неназванный папа римский уже мёртв — и кардинал Лоуренс должен выполнить свою функцию и провести тот самый конклав.
Фильм: «Конклав» / Conclave, 2024 год
Автор сценария: Питер Строхан (на основе одноимённого романа Роберта Харриса)
Режиссёр: Эдвард Бергер
Продюсер: Тесса Росс, Джульетта Хоуэлл, Майкл Джекман, Элис Доусон, Роберт Харрис
Актёры: Ральф Файнс, Стэнли Туччи, Джон Литгоу, Серджио Кастеллитто, Изабелла Росселлини, Лусиан Мсамати, Карлос Диес, Яцек Коман, Мераб Нинидзе
Оператор: Стефан Фонтен
Кто же такой кардинал Лоуренс на самом деле? Чем он неофициально занимается в течение фильма? Несмотря на изоляцию от внешнего мира, персонаж проводит через снующих помощников консультации по кандидатам в папы. Взламывает опечатанные апартаменты покойного великого понтифика и обыскивает их ради компромата. Сливает материалы на неподходящих, «недостойных» кандидатов другим кардиналам. И всё это в изолированном помещении, чтобы предъявить некоего человека. Аналог «сыщика» в классическом детективе вроде Пуаро Агаты Кристи, только вместо «убийцы» — следующий папа римский?
Можно и так сказать. Однако больше похоже на работу не детектива, а разведчика: если бы это был внедрённый агент, персонажа Файнса можно было бы назвать «Штирлицем», но поскольку формально это иерарх № 2, то остаётся только вариант с контрразведчиком, у которого есть другая должность для легенды прикрытия. Это и есть самое важное: «Конклав» нужно смотреть, понимая, что это история выборов папы римского, которую нам зачем-то рассказывает начальник контрразведки Католической церкви — человек с особо горячим сердцем, холодной головой и чистыми руками. Ватиканский чекист срывает покровы.
Эту идею косвенно подтверждает и цитата из разговора декана коллегии кардиналов с покойным папой римским, когда первый хотел уйти в отставку «из-за сомнений». Верный учению католичества английский товарищ с легендарной шпионской фамилией Лоуренс (только «Ватиканский» вместо «Аравийского») вспоминает, что ему ответил шеф: «Некоторыми суждено быть пастырями (то есть “пастухами” — прим. А. Г.), а некоторым — управляющими фермой. Видимо, я управляющий». То есть товарищ Лоуренс признаётся, что представляет непубличный контур управления, обеспечивающий преемственность курса Ватикана (необходимость её сохранения прямо затрагивается в нескольких сценах фильма).
При взгляде с такого ракурса «Конклав» обретает настоящую глубину и реализм, в недостатке которых католические критики обвинили фильм. Впрочем, мейнстримные критики рассыпаются в похвалах: на «Гнилых помидорах» картина получила 93% со средним баллом 8,1, на «Метакритике» — 79/100, на IMDB — 7,7/10. Правда, 77% зрителей в Северной Америке оказались старше 35 лет — видимо, старше 30 лет окажутся все 90% аудитории — молодёжи просто неинтересно. Зато начались разговоры о фильме как о фаворите на ближайшей премии «Оскар».
Что тут сказать? Для фильма без экшна, супергероики и фестиваля спецэффектов «Конклав» снят блестяще. Если вы цените хорошее кино без графической мишуры без взрывов (и вам, скорее всего, больше 30, а лучше — 35 лет), фильм действительно для вас.
Режиссёр — обладатель «Оскара» за картину «На Западном фронте без перемен» Эдвард Бергер. Безукоризненную операторскую работу обеспечил один из самых статусных европейских кинооператоров Стефан Фонтен, лауреат двух французских национальных кинопремий «Сезар»: многие кадры можно просто вешать на стену — вроде кардиналов под зонтиками, вид сверху (эта сцена была в трейлере). Актёрская игра тоже отличная: ничего иного от голливудских корифеев Файнса, Литгоу, Туччи и ожидать не стоило, но удачно дополнил картину Серджио Кастеллитто, исполнитель роли католического патриарха Венеции, совершенно отвязанного ультраконсерватора кардинала Тедеско — кажется, итальянский актёр и лауреат развлекался во время съёмок на всю катушку.
Понравился прессе и финальный поворот сюжета, который, по-моему, и не поворот вовсе. Средства массовой информации на этом шатком основании немедленно сделали глобальные выводы о грядущей феминизации Церкви, о шагах навстречу ЛГБТ — надо понимать, что ход (который есть и в романе «Конклав» 2016 года) увеличил рейтинги на RT и Metacritic. Католические ресурсы в ответ попытались устроить скандал, но не получилось.
Да и не надо. На самом деле это второстепенные вопросы на фоне общей концепции — у контура непубличного управления стояла задача, эту задачу решили. Само решение становится очевидным довольно быстро. И что потом будущий папа римский говорит — совершенно неважно. Да и в начале было неважно. Журнал американской католической архиепархии в Лос-Анджелесе Angelus справедливо отметил: «В критический момент персонаж выступает с речью, настолько наполненной банальностями, что она могла быть написана Чатом GPT».
«Никогда Штирлиц не был так близко к провалу»? Нет, напротив: «Тише, товарищи, немцы кругом».