Жестяная Америка
В СССР секса нет. А есть ли секс в США? Хотя бы в культуре? Вопрос в данный момент неоднозначный. Упаси бог показать американцам в кино женскую грудь — небеса упадут на землю. А вот стрелять, резать, бить можно — не страшно, если даже дети увидят. Выпущенные кишки — эстетика, красота жизни, а не какая-то там обнажённая женщина. Откуда у американцев эта жесть? Небольшой иллюстрацией служит сериал «Нетфликса» «Первозданная Америка».
Сериал «Первозданная Америка» / American Primeval
Создатель и автор сценария: Марк Л. Смит
Режиссёр: Питер Берг
Актёры: Тэйлор Китч, Бетти Гилпин, Дейн ДеХаан, Саура Лайтфут-Леон, Дерек Хинки, Джо Типпет, Джел Кортни, Шей Уигхэм, Престон Мота, Шоуни Пурье, Ким Коатс
Продюсеры: Питер Берг, Александр Х. Гейнер, Эрик Ньюман, Марк Л. Смит
«Первозданная Америка» — официальный перевод названия сериала. Я предпочёл «Первобытную Америку» (другое значение «primeval»). «Первозданная» ассоциируется с чем-то идиллическим, неиспорченным, «первобытная» — с сором, из которого бесстыдно вырастают цветы человеческой цивилизации. Если угодно, «первобытный» — Зона Контакта человечества и человечности с миром природы и форма их «бытования», «первый быт». Или попросту — модное слово «фронтир».
«Первобытная Америка» позволяет зрителю взглянуть, как обстоят дела в первобытном фронтире и какие это места. Благо происходят события в конце 1850-х годов — во времена не полулегендарные, а с газетами, фотоаппаратами, телеграфом и железными дорогами. Если коротко, фронтир — гиблое место.
С одной стороны, труп поселенца по кличке Француз болтается в петле в проёме ворот форта. Непросыхающий Француз убил проводника главной героини и её перенёсшего полиомиелит сына, за что тут же убили его самого и повесили в качестве социальной наружной рекламы для потенциальных нарушителей правопорядка. Сам форт построен на пустом месте мутным хитрованом Джимом Бриджером (блистательный Шей Уигхэм), реальным историческим персонажем.
С другой — в пустоши пытаются создать своё государство Дезерет, не признанное правительством США, религиозные фанатики — мормоны. Святые последних дней (официальное название) с союзными индейцами пайютами устроили кровавую резню переселенцев (по мотивам реальной мормонской резни на горе Мидоуз). Всё, как положено: свист стрел, выстрелы, снятие скальпов крупным планом, убийство женщин и детей. Одновременно — в поле сходка «уважаемых людей» Церкви Иисуса Христа святых последних дней: старшины во главе с фактическим основателем штата Юта Бригэмом Янгом (не растерявший со времён «Сынов анархии» ауры демонического мушкетёра Ким Коатс) в полевых условиях, у костра и палатки, решают насущные для фронтира вопросы — кого посадить на перо, чью «малину» спалить.
С третьей — самим пайютам выпустили кишки шошоны, отказывающиеся замиряться с белыми, а пайютов за коллаборационизм и статус «шестёрок» при мормонах презирающие. С четвёртой — охотники за головами, которым убить человека — машинальное телодвижение, как у Шуры Балаганова. С пятой — жуткий клан полулюдоедов с намёком на инцест, как будто из фильма ужасов или эпизода «Секретных материалов». С шестой, с седьмой... Наконец, рядом с фортом стоит лагерь передового отряда армии США. Вашингтон пытается привнести на территорию какое-то подобие государственных институтов, цивилизации и защитить частный форт от мормонов, индейцев, бандитов и тех, кто там ещё вылезет из преисподней.
На этом фоне путешествие из точки А в точку Б превращается в квест на выживание. Его и пытаются пройти, как в компьютерной игре, главные герои Сара (Бетти Гилпин), её сын-полуинвалид Девин и их новый проводник-спаситель Айзек (Тейлор Китч).
Компьютерный квест-выживание — не просто сравнение. Окружающий мир чрезвычайно реалистичен — почти чувствуешь его запахи, текстуру, температуру (как правило, низкую). Эффект погружения обеспечивается в том числе и режиссурой, и операторской работой. Правда, если в сценах сражений она выглядит невероятно эффективно и эффектно, то в других — все эти странные «голландские углы» (чуть ли не из подмышки), под которыми идёт съёмка, а также тряска камеры и прочие упражнения в креативе вызывают раздражение, если не головокружение.
Но на фоне реалистичного мира возникает ощущение, что Сара (и некоторые другие персонажи) — персонаж из нашего времени: «попаданец» или игрок. Сара особенно напоминает окосевшую от современной пропаганды «сильную и независимую женщину»-миллениалку. Хотя развитие у персонажа постепенно происходит. Возможно, сценаристы просто ничего не придумали для создания динамики характера, поэтому пошли по наиболее простому пути. В результате героиня Гилпин почти до самого конца не осознаёт, куда попала, и пытается вести себя, как карикатурная жительница крупного города развитой страны 2020-х годов, а не беглянка 1850-х.
Опасность же таится везде — риски и угрозы появляются буквально каждые пять минут на протяжении всех шести эпизодов сериала, от начала и до конца. Создатели «Первобытной Америки» откровенно перебарщивают и с общим количеством экранной «жести», и с её средней плотностью на одну минуту времени. Некоторые сюжетные линии и персонажи появляются в сериале словно специально, чтобы добавить больше человеческого страдания и потыкать раскалённой кочергой в область мозга зрителя, ответственную за эмпатию. Люди работают по принципу «кладите больше заварки». Возникают ассоциации с «чернухой» перестроечных и постперестроечных времён. То же ощущение, что авторы не знают меры или, возможно, делают всё это сознательно, чтобы вызвать депрессию у зрителя.
В случае «Первобытной Америки» это, наверное, всё же проявляется особенность американской культуры. Отсюда, из законсервированного и непроработанного опыта фронтира, и тамошняя склонность к насилию как практически единственному социально приемлемому способу взбудоражить (thrill) зрителя — на контрасте с Европой (включая и нашу Родину, советское время давно ушло), где и сексом заниматься тоже нормально.
«Первозданная Америка» — на любителя. Рейтинги критиков сдержанные и неоднозначные: 68% с рейтингом 6,5/10 на «Гнилых помидорах», 59/100 на «Метакритик» (так и пишут — «смешанные отзывы»). Но немалую аудиторию, не считая гневно осудившую сериал мормонскую церковь, он нашёл — 8.1 на IMDB, 47 тысяч оценок, через месяц после выхода — четвертый по популярности на сайте. Так что если ваше физическое здоровье не пострадает от тряски камеры и странных ракурсов, а психическое — от ежеминутного насилия, смысл смотреть этот неовестерн есть — и развлекательный, и познавательный.
Я же со своей стороны надеюсь на подобный сериал (с меньшим количеством «жести» аутентичными персонажами), но уже в жанре истерна про сибирский фронтир. Материала много, а процессы происходили те же. Появлялись люди, строили в лесу «форт»-острог, вокруг начинала теплиться жизнь. Вместо индейцев — татары, киргизы, якуты, чукчи и прочие, вместо мормонов и мечты о «Дезерете» — старообрядцы с «Беловодьем», авантюристов — тоже пруд пруди, ну, а армия и есть армия. Ждём «Первозданной Сибири».