Чайка зимой
А она все равно летала.
Хотя ее дыхание становилось все более тяжелым.
А грудь - урчала как старый автомобиль.
Крылья ходили вниз и вверх, отягощенные временем и снегом.
И кричала и своим криком будила людей.
Призывая их к чему-то.
К чему?
К чему?
Добывала пищу - для себя и своей семьи.
Замерзший хлеб и мусор.
Она часто сидела на крыше автомобиля.
Это было для нее привычное место, за которое она боролась с другими чайками и воронами.
Хорошее место обзора.
Что-то типа горы для орла?
Все видно - деревья, сугробы из грязного снега.
И - редкие прохожие на улицах.
И - огромный дом со светящимися по вечерам окнами.
Эх, люди...
Как-то вы там живете?
Что думаете?
И ведь - если бы не вы, то нам, чайкам, и питаться было бы нечем.
Мы - питаемся вашим мусором.
Но - какими могущественными бы вы не были - вы не знаете, что такое полет.
Не знаете - что такое небо.
И даже что такое земля, - вы тоже забыли.
Вы живете - между небом и землей - своей придуманной жизнью.
И чем она кончится для вас - вам неизвестно и для вас страшно.
А мы - чайки - живем другой жизнью, непонятной для вас.
...
Однажды эта чайка так же сидела на крыше автомобиля.
И вдруг все ее тело - остановилось.
Остановились крылья, остановилось сердце, остановился желудок, остановился мозг.
«Что это такое?» - только и успела она подумать. «Я останавливаюсь? Как и мои родители в свое время остановились? И как тогда я остался один, так теперь мои дети будут одни?!»
А потом... что-то произошло.
И чайка поняла, что она снова живет.
Но как-то по-другому.
А как? Она не знала.
Знала только, что теперь у нее будут только полеты.
Не будет детей и пищи для них.
Не будет драк за еду с другими чайками и воронами.
Не будет - странных людей, поглощённых своей жизнью.
Не будет - привычного места на крыше автомобиля.
Не будет снега и дождя - отягощающих крылья.
Крылья - будут свободными от всего.
Весь ее организм, все ее мысли, - стали крыльями и полетом.
Ее нет - есть только крылья.
Ее нет - есть вечная чайка.
Эта вечная чайка - сидит в каждом из нас.
Или не в каждом?
4 февраля 2024 года,
Петербург