Так не говорил Заратустра
У бабёнок в скользкой дверце
На вершины духа —
Первый ум, второе сердце
Или третье ухо.
В размышленьях этих зрелых
Хлеб для психиатров
С пациентов погорелых
Гендерных театров.
Очевидна в каждой встречной
Скверная актриса,
И приходится быть вечной
Жертвой компромисса
Сердца, разума и хуя.
Что там Ницше с плетью?
Жить с одной, любить другую,
А пердолить третью.