Шестой неисповедимый

Коркой асфальта заря запеклась,

Яд выдыхается тысячью труб.

Ночь принимает над городом власть.

Голос идущего поезда груб.

Пылью прощаний перрон замело,

Свет фонарей рикошетит от блях.

Раненых должен забрать эшелон,

Ждут на носилках и на костылях.

Женский на рельсах возник силуэт.

Дура, в Каренину хочешь сыграть?

Ты вроде есть, а потом сразу нет.

Можешь и выжить… калекой в кровать.

Руку давай! 

Зацепился каблук!

Разом тащите её, пацаны!

Жизнь как подарок из нескольких рук,

Чудом спасенных от бога войны.

Локомотива хрипят тормоза.

И машинист за стеклом словно мел.

Стрёмно себя убивать на глазах 

Тех, кто недавно в бою уцелел.

Поезд отходит с шестого пути!

На семафоре зеленый огонь.

В темном окне взмахом чьей-то культи

С ней попрощался девятый вагон.