Асур

Он обещал три моря переплыть, найти меня, когда зима пройдёт.
У нас почти весна — пробилась сныть, подснежники цветут, растаял лёд у берега.
Всё кажется — чуть-чуть, и свидимся.
Офелии под стать в горячечном бреду считаю дни.
Он часто говорил: не майся, мать, меня в молитвах лучше помяни.
Как Пенелопа — спать я не могу, тку саван и гоняю женихов.
По вечерам стою на берегу, страдаю: нет ни мыслей, ни стихов...

Сирень уже цветёт.
В морских волнах играет солнце, плещется кефаль.
Его я перестала видеть в снах.
Он не приплыл.
Забыл?
Ужасно жаль.

Но вдруг, когда осенние дожди сменились мелкой снежною крупой,
мне кто-то прошептал: ты только жди, он очень хочет встретиться с тобой.
Зима настанет, и увидишь ты такое чудо: из морских глубин, из тёмной непроглядной пустоты
появится твой Тёмный Господин.
.

Зима.
Сквозь крики чаек и ворон бегу на берег моря во всю прыть.
Я чувствую, я знаю, — это он!
Обнять и никуда не отпустить!
Да, точно, в чешуе, как жар, горя. 
Из чёрных вод.
С огромной бородой...
Как нелегко ему дались моря, он постарел, уже совсем седой.

Взлетают руки, словно два крыла.

Промолвил: «Перепёлочка моя, нет, не напрасно ты меня ждала,
приплыл... К тебе. Ну, здравствуй, это я».

От моря и от мира спрятал нас тот самый саван.

Вот весна опять. 
У нас цветут подснежники сейчас.
Я больше никого не буду ждать.