В ожидании
- Дорогие Россияне…, - начал свою поздравительную новогоднюю речь бессменный президент России.
Все традиционные атрибуты праздника были соблюдены: украшенная елка мигала фонариками, стол ломился вкусной едой, шампанское пенилось в бокалах, все сидели нарядные, но праздничного настроения не было. Юра смотрел на свой бокал с шампанским и думал: «откуда берутся эти пузырьки?». Он не слушал речь президента. Сегодня он позволил себе небольшой отдых. Отдых в работе, отдых в мыслях. Один день, праздник же все-таки. Последние несколько лет Юра работал, что называется «на износ». Помимо основной работы он по вечерам подрабатывал в такси и доставке и приходил домой, когда совсем валился с ног. Их семье отчаянно нужны были деньги. А еще он не хотел возвращаться домой, потому что не знал, как смотреть в глаза своей дочери Вике, что сказать ей, как поддержать и утешить свою жену Наташу.
Вика болела. Давно. С самого рождения родителям Вики врачи сказали, что у их дочки порок сердца. Поэтому Наташа назвала свою дочь именно Викторией, чтобы она вышла победительницей в битве против болезни. Врачи говорили: «Не накручивайте себя раньше времени, подождите, может перерастет». И они ждали. Ждали, когда их дочь вырастет, когда поправится. Но чем дольше Юра и Наташа ждали, тем хуже становилось Вике. Сначала болезнь была незаметна, но чем старше становилась их дочь, тем больше им требовалось обследований, медикаментов для лечения и операций. А на все это нужны были деньги. Много денег. Сейчас Вике было уже 13 лет. Она ждала, когда взрослые ей помогут, вылечат ее. К больницам она давно уже привыкла. Бесконечная череда обследований УЗИ, КТ, ЭКГ научили Вику не бояться врачей. Раньше они часто ездили в больницу, а теперь врачи приезжали сами к ним домой, потому что Вике стало тяжело двигаться. Даже небольшая физическая активность приводила к отдышке и усталости, и девочка все больше лежала. В школу она уже давно не ходила, занималась по школьной программе самостоятельно дома, но и это в последнее время давалось ей все сложнее. Она помнила те сожаления в глазах врачей и беспомощность в глазах родителей, когда им объявили, что дальнейшее лечение бесполезно и необходима операция по трансплантации сердца. С тех пор они стали ждать, когда появится подходящий донор.
Юра долгое время обивал пороги больницы, ходил к главврачу, просил, умолял, требовал. Продал свой внедорожник и принес пухлый от денег конверт Светлане Ивановне – заведующей отделением хирургии, ведущему врачу-трансплантологу. Светлана Ивановна денег не взяла. Она за время своей работы видела много родителей и родственников, готовых на все ради выздоровления их близких. Она знала всех своих пациентов, знала и Вику и ее отчаянное положение, но все, что она могла предложить – это ждать, когда появится донорское сердце, - А деньги заберите, - сказала тогда Светлана Ивановна, - они вам еще пригодятся.
И они ждали. Сначала казалось, что позвонят вот-вот, со дня на день, но никто не звонил. Дни проходили за днями, месяцы сменяли друг друга и ожидание переросло в какое-то постоянное тяжелое, тягучее ощущение, сопровождающее повсюду, Юру, когда он был на работе, Наташу, когда она дома ухаживала за дочерью и помогала ей, Вику, когда она делала уроки или смотрела мультики.
- …верьте в чудо, ведь новый год - время волшебства и исполнения всех самых сокровенных желаний, - вывел Юру из задумчивости голос президента.
Глаза Наташи наполнились слезами, и чтобы дочка не заметила их, она быстро встала и пошла на кухню к окну как будто бы смотреть на салют. Последнее время Наташа плакала не так часто, но эти слова про новогоднее чудо задели ее. «Верьте в чудо… Я верю! Верю. Верю уже давно. И что?! И ничего…» - думала Наташа, быстро вытирая слезы, которые никак не хотели держаться в глазах, и все текли по ее лицу и капали на подоконник. Юра пришел на кухню, обнял жену. Наташа отстранилась.
- Сделай же что-нибудь!!! – зашипела она ему в лицо, чтобы дочь в соседней комнате не услышала их разговор, - ты что не видишь, она умирает!
Юра смотрел прямо в глаза своей жене, он видел ее слезы, видел всю ее боль, и он хотел, хотел что-то сделать, если бы он только мог. Юру раздирало на части его бессилие. Что он мог ответить своей жене? Все и так было понятно, и он, не говоря ни слова, развернулся, накинул куртку, сунул ноги в кроссовки и машинально взял ключи от машины. Аккуратно закрыв за собой дверь, Юра побежал вниз по ступенькам. Он бежал, подгоняемый чувством, от которого нельзя убежать, но по каким-то примитивным причинам человек все равно бежит. Сначала он просто бежал, чтобы не видеть, не думать, чтобы выполнять какие-то механические действия, которые по идее должны были помочь ему забыться, но, когда он добежал до первого этажа, у него в голове сложился четкий план, настолько простой, что было совершенно не понятно почему он до сих пор не приходил в голову.
Наташа и Вика смотрели по телевизору новогодний концерт, когда телефон Наташи зазвонил. Это была та самая мелодия из к/ф «Карнавал» «Спасибо жизнь», которую Наташа поставила на звонок контакта «врач С.И.» и которую она ждала так мучительно долго. Наташа сначала замерла, боясь, что это ей лишь кажется, боясь шевелиться, чтобы не спугнуть этот звонок, а потом как коршун бросилась к телефону.
- Алло! Наталья? Это Светлана Ивановна, - почти кричал голос с той стороны телефонного звонка. По голосу было слышно, что новости хорошие.
- Да, это я. Я Вас узнала, - осторожно, не разрешая себе радоваться раньше времени, сказала Наташа.
- У меня для Вас отличные новости! Мне только что позвонили из нашей больницы, появилось донорское сердце по всем показателям, по всем антропометрическим данным оно идеально подходит для вашей дочери! Мне сказали, что какой-то мужчина на своем автомобиле врезался в столб рядом с нашей больницей. Он не был пристегнут ремнем безопасности и вот итог - два ребра проткнули легкие. Его не смогли спасти, а вот сердце как специально для Вики и группа крови и резус. Это просто чудо какое-то! В общем Наталья жду Вас в больнице, приезжайте с дочкой, как только сможете, начнем подготовку к операции. Я сама уже выхожу из дома. До встречи.
- До встречи, - эхом отозвалась Наташа, но телефон уже погас. – Дождались! – обрадованно закричала Наташа и тут же кинулась обнимать и целовать дочь, которая сидела рядом и все слышала. Слезы опять полились из глаз Наташи, но теперь она их больше не сдерживала и не прятала от дочери. Это были слезы радости и счастья. Они обнимали друг друга, плакали и смеялись одновременно. В голове у Наташи понеслись картины из будущего ее дочери, картины обычных событий, из обычной жизни. Жизни! Которую Вика теперь получит возможность прожить.
- Надо позвонить папе, обрадовать его! – Наташа взяла телефон и нажала на вызов. На том конце не отвечали. – Наверное, таксует как обычно, занят пока, ладно, одевайся доченька поедем на такси, а папе по дороге еще позвоним.
Такси приехало быстро и теперь Наташа и Вика абсолютно счастливые, полные новых надежд ехали в больницу. Наташе казалось, что таксист едет очень медленно, но она не стала его торопить: «Успеем, теперь успеем», - думала она. Наташа опять набрала номер мужа. Шли гудки, но Юра не отвечал. Они уже подъезжали к больнице, и Наташа решила, что нужно написать сообщение, потому что они с дочерью будут заняты в больнице и неизвестно, когда появится минутка, чтобы снова позвонить мужу. Она сосредоточенно набирала сообщение, когда услышала испуганный голос дочки.
- Мама…
Наташа подняла глаза от телефона и взглянула на дочь. На лице Вики был написан ужас. Она проследила взглядом в ту сторону, куда смотрела Вика. Телефон выпал из ее рук, внутри похолодело. На подъезде к больнице, врезавшаяся в столб стояла, без сомнения, их машина – потрепанная девятка, которую они купили на остатки денег, чтобы Юра мог таксовать по ночам, у которой левая задняя дверь была другого цвета, потому что у них с Юрой не было денег, чтобы ее покрасить.
КОНЕЦ