Немолоко

Ночей хребет взорвали динамитом,

Осколки звезд проникли глубоко.

И было блюдце до краев налито

Для Лунного ежа немолоком.

 

Немолоко клубничное, как счастье,

Пузырилось и требовало тост.

И еж-гурман наклейку чавкал пастью:

«Немолоко» 100 миллилитров. ГОСТ».

 

Сожрав ее, рыгнул культурно-сытно.

Сходил в Эдем, там места нет ежам,

Позвал коня, тот жил парнокопытно,

Без склонности к варенью и дрожжам.

 

Запрыгнул Лунный еж коню на спину,

Узду рванул и с криком: «Мать, мать, мать!»

Помчал к бродячим в таборе павлинам

Взять три пера, чтоб мушкетером стать.

 

В Париже было людно и арабно.

Неласково ощерился Собор.

Французский крыс ежа учил похабной

Английской песне про Виндзорский двор.

 

Соскучившись, он опрокинул мюсли

И вышел с криком: «Брешешь — не возьмешь!»

Вернулся в Петербург, ударил в гусли

И затянул «Я — русский» Лунный еж.

 

Вокруг летали стаей тройки-птицы,

Шестерки-люди заседали жизнь,

Ежу хотелось пить и материться,

Но в доме не наточены ножи,

 

И елка не украшена гирляндой,

И Дед Мороз простаивает зря.

Немолоко пощекотало гланды:

«За Новый год, Отечество, царя!»

 

Вдруг он проснулся, а на тетрапаке:

«Напиток винный». Знак «Вдова Clicquot».

Медведь и конь подсунули, собаки!

Пусть человеки пьют немолоко!