БОРА-БОРА. 27. СТРАДАНИЯ ЮНОГО АЛЬФРЕДА

Скривив губы от гневной тирады подполковника, разоблачённый революционер  покраснел, демонстративно встал из-за стола и удалился в сад.

Гертруда побежала за ним  — видимо, чтобы успокоить и вернуть обратно.

Вскоре наше общество незаметно покинул и мой рижский приятель Альфред Розенберг.

После ухода Розенберга Рой заговорщически подмигнул мне и рассказал пикантную историю.

Однажды пару лет назад во время приезда двадцатилетнего Альфреда на летний отдых Рой и Гертруда сидели на развалинах Генуэзской крепости.

Рой потягивал пиво, а сестрёнка малевала акварелью очередной пейзаж — благо, виды с крепостной стены открываются фантастические.

Июльское солнышко палило нещадно, а мочевой пузырь Роя всё настойчивее звал его на безотлагательную прогулку по безлюдным крепостным закоулкам.

«Лучше нет красоты, чем пописать с высоты!» — подумал мой собеседник и выбрал тернистый путь — решил подняться на верхнюю точку крепости — в легендарную Девичью башню.

Тихонько обходя остатки исторического сооружения с западной стороны, рассказчик услышал внутри мерный шорох и осторожно заглянул в башню через бойницу.

С первого взгляда Рою всё стало ясно.

Возле восточной амбразуры на коленях стоял шалунишка Альфред.

В левой руке остзеец держал подзорную трубу.

Правый глаз наблюдатель прищурил.

А левым, судя по всему, пожирал не столько потрясающий вид на Судак, сколько очаровательную художницу, расположившуюся на крепостной стене в сотне метров ниже Девичьей башни.

Не подозревая о наружном наблюдении, Гертруда сняла лёгкое ситцевое платьице и осталась в неглиже.

Альфред же тем временем, нервно облизывая пересохшие от волнения губы, правой рукой совершал непотребные движения.

— А что это ты здесь делаешь? — грозно спросил соглядатая Рой.

И тут же стал свидетелем мощного семяизвержения.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...)