БОРА-БОРА. 15. РУКА СУДЬБЫ

ГЕНРИХ

Мюнхен, 13 октября 1913 года

Тринадцатое число, тринадцатый год…

Вот и не верь после этого в приметы!

Предупреждал же меня мой пилот-инструктор Курт по прозвищу «КАРАКУРТ»:

«Генрих, там, где коснулась рука авиатехника, жди беды!»

И когда сегодня во время испытательного полёта на моём «АЛЬБАТРОСЕ» началась тряска двигателя, я сразу понял, что напортачил мой авиамеханик Макс.

Который утром этот самый двигатель менял.

Языки голубого пламени из-под капота не оставили сомнений в бедности топливно-воздушной смеси.

И я тут же вспомнил наш диалог перед вылетом:

— Готово, шеф!

— Что, сделал?

— Нет, сломал! Ха-ха-ха! Шутка!

…Но это была, увы, не шутка.

После того, как я успешно «устроился» вместе с аэропланом на одиноком дубе посреди луга, проворный Макс оказался тут как тут.

И быстренько открыл не сильно помятый капот.

Но скрыть следы своего разгильдяйства не успел.

Я сразу узрел, что всасывающие патрубки игриво торчат в разные стороны, словно фаллосы посетителей солдатского борделя.

Не затянул и не законтрил накидные гайки, бракодел проклятый!

В полёте гайки от вибрации поотворачивались, патрубки отсоединились, движок стал засасывать слишком много воздуха…

Топливно-воздушная смесь резко обеднела.

Отсюда тряска, голубое пламя и в итоге отказ двигателя…

Съездив как следует Максу по наглой жирной морде, я отправился извиняться перед дамами, которых вчера обещал прокатить.

Перепуганные девушки стали меня ощупывать после аварии.

Особенно мою правую ногу, на которую я после жёсткой посадки слегка прихрамывал.

И тут внезапно я ощутил сильнейшее возбуждение.

Такой силы и жёсткости в причинном месте, похоже, я раньше не испытывал ни разу!

Наверное, сказались эмоции от воздушного приключения…

Или массаж в четыре руки?

Ревность Семёна не заставила себя ждать.

— Зачем ты в небе был, отважный,

В свой первый и последний раз?

Чтоб львице, светской и продажной,

Поднять к тебе фиалки глаз? — ядовито продекламировал уязвлённый муженёк катрен из моего любимого стихотворения Блока, кивнув в сторону раскрасневшейся Аксиньи.

Которая в эту секунду как раз вроде бы случайно задела под комбинезоном мой напряжённый орган.

Наши взгляды на миг встретились.

Но вместо фиалок я увидел два раскалённых уголька.

Аксинья хищно улыбнулась, потрепала меня по волосам и оставила на попечение Гертруды.

Молодожёны отошли в сторону.

Похоже, им предстояло неприятное выяснение отношений…

А Гертруда тем временем предложила мне отправиться в её пивную палатку, чтобы там осмотреть как следует мою пострадавшую ногу.

(Продолжение следует...)