Хаус Зеро. Глава Х

Парковка

Индикатор прогресса, медленно заполняющийся процентными пунктами, был словно специально разработан для того, чтобы сводить людей с ума. Это был один из тех моментов, которые заставляли Фила вспоминать о своём возрасте, и заново открывать в себе ненависть к современным технологиям. Он внимательно следил за тем, как биржа подтверждала транзакцию криптовалюты. В машине с отключённым кондиционером было невыразимо душно, но он решил не включать двигатель, чтобы какой-нибудь любитель окружающей среды не нашел предлога побеспокоить его. Естественно, в такой день, как этот, он предпочел не кататься на своем бросающемся в глаза классическом «Мерседесе», а сидел за рулем крошечной белой малолитражки, которую взял напрокат, воспользовавшись одним из своих дорогих поддельных удостоверений личности. Сейчас он не мог позволить себе привлекать даже минимум ненужного внимания. Он тихо выругался и нервно заерзал. Даже после получения непомерного бонуса за ускорение транзакции, сервер, обрабатывающий блокчейн, явно не торопился. Солидная пачка наличных и пара поддельных бумаг, которых было достаточно в старые добрые времена, когда люди делали бизнес лицом к лицу, нравились ему гораздо больше.
«ГОТОВО!» — сообщило всплывающее окно на экране маленького дешевого ноутбука, который только что купил за наличные в Best Buy, и который изнемогал, пытаясь заставить Tor продираться через бесконечное пространстве Даркнета. Для этого случая Фил выбрал одну из многочисленных полулегальных бирж, не желая оставлять даже следа от этой сделки ни в одной из более-менее респектабельных контор. Криптовалюта может казаться почти анонимной, думал он, но время совершения транзакции не спрячешь, так что в любом случае нет смысла оставлять какие-либо хлебные крошки для потенциального следователя. Хакер, которого он нанял для этой работы, парень по имени WarBot1337, теоретически мог быть полицейским под прикрытием, так что каждая мелочь имела значение. Фил открыл окно чата и начал печатать.

Гость: Перевод 1 завершен. Номер транзакции 0×96u4r8r857w16h4
WarBot1337: Вторая половина?
Гость: Уже в пути.
WarBot1337: Подтверждаю. Подожди минуту.
Гость: Сначала нужно посмотреть результаты.
WarBot1337: Хорошо, подожди.

Фил посмотрел на часы и откинулся на спинку сиденья, размышляя. Всем своим существом он чувствовал приближение фундаментальных перемен. Он достаточно долго играл в эту игру, чтобы знать, что такое количество критических факторов, проявляющихся за столь короткое время, никогда не бывает простым совпадением. События были приведены в движение множеством невидимых рук, но главный вопрос, как обычно, заключался в том, кто выйдет победителем. Однако в данном случае Фил не был уверен, что его семья была полностью готова к тому, чтобы пережить шторм.
Потенциал пробуждения дремлющего Семени в Линде Брюстер, угасшее Семя Эми Вайсберг, предстоящие испытания Тима и едва скрываемый страх Алекс — все это казалось причудливо переплетенными линиями электропередач, ведущими в одну гигантскую темную яму, накапливающую смертельный заряд, готовый в любую секунду вырваться наружу, уничтожая все на своем пути. Это была центральная точка, и малейшее движение в неверном направлении могло нарушить хрупкое равновесие в пользу их врагов. В глубине души он чувствовал, что за ним пристально наблюдают многие, ожидая, что он сделает неверный шаг или выдаст себя. Фил почувствовал, как в него закрадывается беспокойство, мириады неизвестных факторов готовы были вмешаться и изменить ситуацию. Но несмотря на все это, он на самом деле не боялся.
Пророчество, невообразимо могущественный космический ветер, способный поколебать даже великие силы Небытия — Огонь и Тьму — бережно сопровождало Фила всю его жизнь, давая ему цель и защищая его. Он знал это уже давно, хотя поначалу ему и приходилось с этим бороться. Тем не менее, после его собственного Пробуждения и Трансцендентального Перерождения, после его бунта, после открытия Книги, после встречи с Осирисом и заключения сделки всей его жизни, у него больше не было никаких реальных сомнений. Он твёрдо стоял на своём особом пути и далеко зашёл по нему, но, несмотря на все его навыки и усилия, все величие, которого он мог достичь, теперь зависело от его сына. Фил верил в его потенциал, он знал, что Пророчество обещало великолепную силу Древнего Семени его сыну, зачатому и рожденному в соответствии со Старым Обрядом из глубин Книги, но, как отец, он никогда не мог полностью избавиться от своих тревог. Тим, мальчик мой, я очень надеюсь, что ты справишься с этой задачей, подумал он, и его рука сжала руль. 
И было кое-что еще.... Фил всегда старался не думать об этом, не позволять этому влиять на его повседневные решения, но эта мысль всегда была где-то рядом. Он ничего не мог с собой поделать. Каждый раз, когда у него появлялась возможность открыть Книгу, чтобы погрузиться в чудеса безграничного знания о Непостижимом, он изо всех сил напрягал силу воли, чтобы направить свой разум на то единственное, чего ему не хватало. Он искал ее. Это был один из немногих секретов, которые он когда-либо скрывал от своей жены. Другая женщина в его жизни, которую он любил... Плоть от его плоти и кровь от его крови, та, которую он никогда не смог бы бросить и отпустить, в отличие от своих родителей.
Интересно, я чувствую себя так неуютно лишь потому, что у меня есть секреты от жены, продолжал размышлять Фил, или дело в чём-то другом? Он, конечно, знал ответ на этот вопрос, но легче от этого не становилось. Несмотря на то, что ему потребовалось некоторое время, чтобы принять Пророчество, он был истинным верующим на протяжении многих десятилетий и не мог представить свою жизнь без него. Непостижимое требовало немалых жертв, но и воздавало должное своим верным Послушникам. Оно дало ему все — долгую жизнь, отличное здоровье, богатство, дом, прекрасную семью, райские наслаждения, о которых обычный человек мог только мечтать, но, что более важно, оно дало ему ясную и очевидную цель в жизни. Он понял, что каждый шаг, который он делал на своем пути, был правильным, и это знание приносило ему постоянное и нескончаемое удовлетворение на протяжении десятилетий. Жизнь была хороша, и не благодаря какой-то случайной удаче, а благодаря его собственному постоянному упорному труду, который приносил свои плоды. Он заключил сделку и всегда соблюдал ее условия, он делал то, что должен был делать... Но теперь, когда время Тима пришло, Фил начал понимать причины страха своей жены. Алекс могла считать свой страх иррациональным, но Фил догадывался, в чём было дело... Их жертвоприношения были искренними, щедрыми и доставляли удовольствие Непостижимому, но самое первое семя, которое он посадил в плодородную почву, все равно было осквернено. Он вспомнил судьбоносную ночь, когда впервые встретил того, с кем должен был бороться изо всех сил, он вспомнил каждое слово их разговора. И он вспомнил, как легко его заклятый враг смог получить решающее преимущество. В ту ночь были даны обещания, и пролилось много крови.
«О, Лиззи, неужели ты меня погубишь?» — пробормотал Фил. Жить с этой мыслью было невыносимо. Он любил ее, она была частью его самого, иногда он почти ощущал ее присутствие. Но он не мог удержаться и задавал себе трудные вопросы снова и снова. Что, если бы он просто решил проигнорировать ее Зов в тот роковой день? Что, если бы он проявил излишнюю осторожность? Что если заклятый враг все еще дергает за ниточки, а я ни о чем не догадываюсь? Что если Осирис ошибся и Элизе пришлось умереть зря? Его бенефактор был мудрым и могущественным, но он не мог строить планы насчёт того, о чём не знал... и Фил был виноват в том, что держал это в секрете. 
Его разум был занят, мысли текли свободно и непринужденно. Он размышлял о своем опыте последних нескольких десятилетий, об их маленьком семейном счастье. Не было ничего плохого в том, чтобы пожинать чудесные и богатые плоды верной службы, выполнять свою часть сделки и получать оплату в полном объеме. Он каждый день испытывал истинное и самое чудесное удовольствие, общаясь с Алекс, он гордился своим сыном, его удовлетворение казалось полным... но под всем этим зияла огромная дыра, которую не могло заполнить даже Непостижимое. Фил, конечно, знал, в чем проблема, но тщательный анализ проблемы не означал, что с ней можно было что-то сделать. Священная Пентаграмма Защиты, могущественная сила, которая оберегала их всех, одновременно подрезала им крылья. Жить под этим заклятием было квинтэссенцией защищенного существования. Он был бесконечно благодарен судьбе за то, что его семья в безопасности, но иногда рутина становилась почти невыносимой. Он снова вспомнил времена до того, как заключил сделку с Осирисом, он вспомнил бесконечный трепет, когда выслеживал свою жертву, поглощал ее Пепел и становился сильнее. Он знал, что его Истинное Семя не было самым могущественным, он знал, что Пророчество рассматривало его как ступеньку, первую колонну в новом Храме, и хотя когда-то это одновременно пугало и наполняло его благоговением, теперь это казалось... мелким.
Он обладал силой, хитростью, мастерством контроля, у него был многолетний опыт, и, несмотря на все это, иногда казалось, что он увязает в зыбучем песке, неспособный двигаться вперед, и начинает чахнуть. Он вспомнил, как старик усмехнулся, когда говорил о золотой клетке. Правда оказалась бесконечно более болезненной, чем он мог себе представить тогда. Он приветствовал каждую возможность послужить Непостижимому так же горячо, как наркоман приветствует свою дозу, и не только из-за своей преданности, но и потому, что каждый раз это давало ему возможность сделать что-то новое, сделать хотя бы крошечный шаг вперед.
И, конечно же, существовала очень реальная и постоянная угроза изоляции. Находясь глубоко на вражеской территории, где элементарные меры безопасности требовали полного отсутствия любой двухсторонней связи, Фил не мог знать, как продвигается гражданская война внутри Ордена. Это делало вероятность того, что их защитный пузырь лопнет, еще более пугающей. Учитывая ущерб, который они нанесли за эти годы, Фил знал, что Белиал найдет самые креативные способы отплатить сполна всей его семье. Ему не нравились эти мысли, он ненавидел сомнения, он знал, что они являются признаком слабости, и изо всех сил старался отогнать их, но иногда они все равно приходили.
Звонок в окне чата вернул его к реальности. 

WarBot1337: Платеж получен. Приятно иметь с тобой дело, анон. Информация на месте.
Гость: Пришли мне скриншоты по электронной почте.
WarBot1337: Уже в пути. Мы закончили?
Гость: Подожди.
WarBot1337: Да?
Гость: Похоже, что всё ОК.
WarBot1337: Разблокируй средства.
Гость: Готово.
Фил еще раз просмотрел файлы и отключил беспроводной модем. Он уже видел интерфейс базы данных полиции Лос-Анджелеса, так что, похоже, что хакер выполнил свое обещание. На скриншотах было видно, что ведется активное расследование убийства Эми Вайсберг, в котором некий Роджер Бэнкс отмечен как подозреваемый. Хакер проделал очень хорошую работу, выбрав козла отпущения и создав поддельный отчет с камер наблюдения за дорожным движением. Записи баз данных автоинспекции были тщательно отсканированы и проанализированы, чтобы создать убедительную приманку для любого среднестатистического следователя. У копов было достаточно косвенных улик, чтобы обвинить козла отпущения во всем, и в итоге запутать следствие, возможно, навсегда. Если повезет, СМИ могут даже переключить свое внимание на неправомерные действия полиции, позабыв само преступление. Все лог-файлы оказались чистыми, так что, скорее всего, полиция Лос-Анджелеса даже не знала о взломе. Фил хмыкнул и закрыл ноутбук.
На какое-то время его семья была в безопасности. Фил вздохнул. Он всегда ненавидел само понятие «на какое-то время», но в сложившихся обстоятельствах это было лучшее, что он мог сделать. Они получили некоторую передышку, но терять время все равно было нельзя. Их следующий шаг был сопряжен с большим риском, но у них не было выбора. Дремлющее Семя было в пределах досягаемости, и ей суждено было либо пробудиться и принять Тьму, либо погибнуть. Непостижимое, Призрак и Пророчество должны были быть удовлетворены. Это просто необходимо было сделать.
Но в данный момент у него были более неотложные дела. Он надел резиновые перчатки, быстро разобрал модем, вынул SIM-карту и плоскогубцами разломал ее на части. Остатки карты и модем он положил в небольшую металлическую коробку на пассажирском сиденье. Он не потрудился отключать ноутбук, а просто поспешно отвинтил крышку, извлек SSD-накопитель ноутбука и модули оперативной памяти и сложил их в металлическую коробку. Он начисто вытер клавиатуру ноутбука салфеткой, смоченной в отбеливателе, и выбросил ноутбук в пакет для мусора, а салфетку отправил в коробку.
Фил снял перчатки и посмотрел на часы. Беседа с хакером заняла меньше трех минут, уборка — не более пяти. Он отлично справился со своей задачей. Фил завел двигатель и медленно выехал с парковки, наслаждаясь прохладным ветерком из кондиционера. Пакет для мусора он планировал выбросить на ближайшую свалку, а содержимое коробки — сжечь у себя на заднем дворе. Никаких следов, все аккуратно, как он и любил.

***

«Как все прошло?» — спросила Алекс, когда Фил открыл дверь.
«Отлично», — ответил он. «Я думаю, у нас всё ОК».
«Тот же хакер, верно?»
«Тот же клан, тот же посредник. Они надежны, и скриншоты выглядят хорошо».
«У меня отлегло от сердца. На этот раз мы были близки к провалу».
«Что ж, теперь все кончено. Скоро копы будут гоняться за подставной уткой».
«Может быть, нам следовало попытаться решить вопрос с сенатором напрямую,» — задумчиво произнесла Алекс.
«Дорогая, это слишком рискованно», — ответил Фил. «Подумай сама — как и когда ты сможешь остаться наедине с сенатором США? Всегда будут какие-то свидетели, помощники, телохранители, камеры наблюдения, журналы посещений. И кто-нибудь обязательно заметит, что убитый горем отец внезапно потерял интерес к поискам убийцы своей дочери. Кто-нибудь начнет копать. Кроме того, сенатор был здесь всего один день, чтобы присутствовать на ее похоронах, а теперь он вернулся в Вашингтон. И мы понятия не имеем, что там происходит, мы не знаем, есть ли там Огонь или союзники Белиала. Нам гораздо лучше оставаться внутри Пентаграммы.»
«Думаю, ты прав», — пожала она плечами. «Я просто ненавижу быть в чём-то неуверенной».
«Знаю, я тоже», — сказал он и обнял ее. «Но беспокоиться не о чем. Пророчество ведет нас, оно пока нас не подводило».
«Конечно», — ответила она, но малейшая тень на секунду омрачила ее разум. Она умела лгать, как чемпион, и могла бы одурачить Фила, но на краткий миг сама поняла, что ни капельки в это не верит. Она не могла полностью осознать это, она не хотела признавать, но это было реальным — страх, неуверенность, правда, от которой она так сильно хотела убежать. Она подумала о другой великой космической силе, которая могла бы дать ее сыну шанс, но эта мысль была слишком пугающей. Ей нужно было сменить тему. 
«Итак, во сколько нам обошлись эти услуги?» — спросила она Фила.
«Около 350 тысяч, плюс-минус, учитывая стоимость криптовалюты».
«Ну и дела, век информации — это настоящая обдираловка», — искренне удивилась она. «Раньше все, что от тебя требовалось это сунуть пару тысяч грязному копу, работающему в хранилище улик».
«Это уж точно», — улыбнулся Фил. «Не волнуйся, мы быстро все вернем».
«Ты хочешь заняться этим сейчас?»
«Я полагаю, нам скоро придется разбираться с Брюстерами. И я не хочу, чтобы меня отвлекали мелочи. Так что да, сейчас самое подходящее время».
«Хорошо, я тогда займусь уликами», — сказала она и схватила ключи от его машины. «У тебя и так забот по горло».
«Спасибо, милая», — кивнул Фил. «Только, пожалуйста, не забудь сжечь все, что было в металлической коробке.»
«Разумеется», — улыбнулась она, поцеловала его и вышла. Фил поднялся наверх, открыл напольный сейф и достал прямоугольный сверток, завернутый в старую холстину. Осторожно, не разворачивая, он просунул палец в складку ткани и прикоснулся к предмету, который был внутри. На секунду его лицо исказилось от боли, но он стоял, не разжимая рук, закрыв глаза, словно прислушиваясь к каким-то голосам. Наконец, он покачал головой, открыл глаза и положил сверток обратно в сейф. Он подошел к своему столу, включил ноутбук, вошел на криптобиржу и начал заполнять заявки на покупку. Он не колебался ни секунды, и единственная проблема, с которой он столкнулся, заключалась в том, чтобы запомнить четкую картину всеобщей жадности и похоти во всех деталях. В его ставках отсутствовала какая-либо система, а порой даже здравый смысл, но рынок с радостью принимал его деньги. Он мчался сквозь финансовый шторм, подпитываемый темными знаниями, недоступными пониманию смертных.
Он почувствовал, что Алекс вернулась, но у него не было времени обратить на это внимание. К концу дня он стал богаче примерно на полмиллиона долларов. Он чувствовал себя опустошенным, слабым и усталым. Подтвердив транзакции и переведя большую часть заработанных денег в токены, которые невозможно отследить, он подошел к шкафу в спальне, проглотил половину пробирки серого Пепла и лег спать, все еще усталый, но довольный.