Хаус Зеро. Глава VIII (окончание)
***
Двадцать минут спустя он стоял над могилой миссис Скиннер. Ничего не произошло. Он чувствовал, что только зря потратил время. Прежде чем повернуться, чтобы уйти, он дотронулся до скромного прямоугольного надгробия, и его внезапно осенило видение.
...перепуганный раненый мужчина стоял на коленях у костра, зажимая рану на животе обеими руками. Перед ним лежали два тела, искалеченные и ужасно обезображенные. Но его пугали не мертвые. Над телами, покрытыми кровью, стояла пара. Они улыбались. Мужчина, высокий, подтянутый и хорошо одетый, схватил женщину за длинные черные волосы, запрокинул ее голову и страстно поцеловал.
«Позже, милый», — простонала она.
«Увы, да, мой милый медвежонок», — ответил он. «Жаль, что так получилось», — он кивнул на окровавленное и изуродованное тело. «Древнее Семя».
«Но нам нужно было послать чёткое сообщение».
«Это верно. Теперь давай-ка посыпем соли на рану. Заставим Белиала попотеть, чтобы зачистить всё это».
«Каким образом?»
«Этот еще жив. Давай заставим его вспомнить, что он только что сделал для нас», — мужчина поднял руку и выпустил из пальцев тысячи крошечных серых нитей...
Макдональд пришел в себя. Голова у него горела, сердце бешено колотилось. Он начал медленно отступать от могилы, пока не почувствовал себя в безопасности. Он глубоко вздохнул, отчаянно пытаясь собраться с мыслями. Что бы с ним ни произошло, это не имело абсолютно никакого смысла. Конечно, у него иногда бывали предчувствия, как и у любого опытного копа, но это... Видение, которое казалось настолько реальным, что сводило с ума... Он продолжал идти и был уже почти у своей машины, когда зазвонил его телефон.
«Лейтенант, у нас есть кое-что!» — голос Клиффорда дрожал от волнения. «Мы нашли другую машину».
«Успокойся, сынок», — проворчал Макдональд. «Давай по-порядку».
«Э-э, конечно... В общем, мы с моей командой разбирали дела о непредумышленных убийствах на дорогах и наткнулись на этого парня, Роджера Бэнкса, который совершил несколько странных покупок автомобилей. В общем, за два месяца он сменил три тачки. Я проверил его досье, и оказалось, что почти десять лет назад он купил новую машину, через неделю в нетрезвом виде сбил бомжа, запаниковал, скрылся с места происшествия, вымыл авто, отдал в какую-то левую автомастерскую и потом сразу продал дилеру подержанных автомобилей. Однако был не слишком осторожен, и его заметил свидетель, а позже департамент шерифа обнаружил следы ДНК бомжа в его воздушном фильтре. Он заключил сделку с прокурором, получил семь лет, вышел условно-досрочно примерно два года назад. Угадайте, какую машину он только что зарегистрировал на своё имя?»
«Подержанный “Гранд Меркюри”?»
«Бинго. Но подождите, дальше будет ещё лучше. Фоторадар зафиксировал его машину, которая ехала на большой скорости менее чем в десяти кварталах от второго места преступления, всего через десять минут после того, как поступил звонок».
«Так ты думаешь, это была его сменная машина?»
«Вот именно. Я подумал, что нам, возможно, стоит нанести ему визит. Что скажете?»
«Подожди-ка. Если мы засняли его на камеру, почему патрульные до сих пор не арестовали его?»
«Ну, вот тут-то и возникают сложности, сэр. Жесткий диск на нашем сервере вышел из строя, поэтому мы получили только частичный отчет о превышении скорости. Есть номерной знак, но нет фотографии. Невозможно даже примерно определить, был ли он за рулем. Этого недостаточно, чтобы тащить его в суд».
«Черт. Думаю, нам просто придется воспользоваться старым добрым способом — постучать в дверь и поговорить. Пришли мне адрес, встретимся там». Макдональд внезапно почувствовал себя лучше. Привычная рутина стала отличным и желанным развлечением.
***
Роджер Бэнкс с радостью согласился сотрудничать со следствием. Конечно, поскольку он был условно-досрочно освобожден, у него в любом случае не было особого выбора, но он также не стал поднимать шум из-за всей этой ситуации. Он заверил детективов, что смотрел новости и был в ужасе от этого бессмысленного преступления, как и любой порядочный человек. Он прекрасно понимал, почему кому-то может показаться, что он связан с этим делом, но его пьянство было в прошлом, он почти семь лет не пил ни капли, и программа «Анонимных алкоголиков» творила чудеса. Он только что получил хорошую работу менеджера по продажам в крупной химической компании, и дела у него действительно пошли на лад. Он не понимал, как могло случиться, что его машину видели рядом с местом преступления. У него было алиби на ночь убийств. Ну, в общем, он был в клубе под названием «Мухоловка Венеры» и пил, кстати только содовую, и был уверен, что кто-нибудь вспомнит, что видел его там. Конечно, его машина была здесь, и он был рад позволить детективам взглянуть на нее.
На Клиффорда эта история не произвела особого впечатления, но Макдональд сразу понял, что это пустая трата времени. Он видел много лжецов, и либо Бэнкс был лучшим в мире, либо он действительно не имел никакого отношения к убийствам. Макдональд по опыту знал, что, когда на тебя обрушивается тяжесть возможного пожизненного заключения без права на досрочное освобождение, никто не может сохранять полное спокойствие. При всем самоконтроле в мире, колоссальное давление все равно действует на тебя, заставляя вести себя немного странно, заставляя нервничать. Страх лезет из всех щелей, и для наметанного глаза этого более чем достаточно. Бэнкс был явно взволнован, возможно, он лгал о том, что был трезв и не нарушал условия условно-досрочного освобождения, но на самом деле он не сильно боялся. Проверка машины была простой формальностью, поскольку никто из них не думал, что Бэнкс окажется настолько глуп, чтобы привезти набитую уликами машину домой. Как и ожидалось, машина была чистой, включая надраенные до блеска дорогие диски.
Макдональд поблагодарил Бэнкса за сотрудничество, и детективы ушли. Когда они медленно ехали обратно в офис, Клиффорд заговорил.
«Босс, капитану это не понравится».
«Дураку понятно», — нахмурился Макдональд. «Но это дохлый номер. Парень чист. Может, он и нарушитель условий условно-досрочного освобождения и козёл, но он был слишком спокоен для убийцы, которого вот-вот поймают. Кроме того, самый очевидный факт находится налицо — его машина стоит у него на подъездной дорожке».
«Я тоже так подумал. Но всегда есть вероятность, что эта конкретная модель — его фетиш».
«Да ладно, Дэн, это настолько тонко, что абсурдно даже для политического дела».
«Вы, конечно, правы. Но что мы скажем капитану?»
«Мы? Насколько я помню, Дэн, я отчитываюсь перед капитаном, а ты по-прежнему отвечаешь передо мной».
«Извините, сэр, я не это имел в виду, просто... ну, вы знаете, под каким политическим давлением мы находимся, и капитан последние пару дней практически поселился у нас в отделе. Он пришел и поговорил со мной этим утром. Окружной прокурор и помощник сенатора звонят ему каждые пятнадцать минут, чтобы узнать, есть ли у нас какой-нибудь прогресс. И, нравится вам это или нет, я главный детектив, расследующий это дело».
«Так что ты предлагаешь? Мы, что должны ли продемонстрировать начальству дерьмовую зацепку, которая заведет нас в тупик?»
«Только на время, чтобы получить передышку. Мы не можем работать, когда нам в шею дышат столько людей, а след с каждой минутой становится все холоднее. Но... это всего лишь предложение, сэр. Мы будем действовать так, как вы хотите. Просто, пожалуйста, поговорите с капитаном и узнайте, сможете ли вы хоть немного улучшить наше положение».
«Я посмотрю, что можно сделать», — ответил Макдональд, с серьезным видом глядя в окно. Он вдруг почувствовал себя очень старым.
***
Кабинет капитана был ярким примером ультрасовременной концепции минимализма — стиля, который Макдональд искренне презирал. Прозрачная табличка с именем капитана Майкла Олсена также имела надпись, напечатанную мелким шрифтом на обороте, подтверждающую факт того, что она была изготовлена с использованием экологически чистого переработанного стекла и исключительно возобновляемых источников энергии. Олсен сидел за своим столом — хрупкой на вид продолговатой конструкцией из тонкого выбеленного дерева, поддерживаемой алюминиевыми ножками, которые, казалось, выступали через неравные промежутки.
«Вы хотели меня видеть, капитан?» — сказал Макдональд, сумев в одном предложении выразить весь спектр своего сарказма.
«Присаживайся, Боб», — холодно ответил капитан, указывая на стул. «Кажется, нам есть о чем поговорить».
«Я полагаю, вы хотели бы ознакомиться с последним отчетом о ходе выполнения нашего важного дела?» — сардонически усмехнулся Макдональд.
«Давай просто прекратим нести чушь, Боб», — прервал его Олсен, повысив голос. «Мы оба знаем, что нам нужно побыстрее с этим покончить!»
«Все, что я знаю — это то, что у нас ни хрена нет», — ответил Макдональд. «И моя интуиция подсказывает мне, что нескольких улик, которые у нас есть, недостаточно даже для предъявления обвинения, не говоря уже о том, чтобы осудить человека. Итак, что вы хотите, чтобы я сделал — помог засадить этого парня?»
«Зато у нас в наличии имеется убитый горем отец, обладающий огромным политическим влиянием. Выборы не за горами, и окружной прокурор, мэр, начальник полиции, черт возьми, почти все, кто хоть отдаленно связан с правоохранительными органами, сделают все, что в их силах, чтобы набрать хоть немного очков на праймериз и в опросах общественного мнения. Всем наплевать, виновен этот Бэнкс или нет. Все, что они хотят видеть — это быстрое правосудие, преподнесенное общественности на блюдечке с голубой каемочкой».
«Только не говорите мне, что они все настолько тупы, что не понимают, что судья закроет дело, даже если Вайсберг найдет прокурора, готового передать его в суд. Даже сраный бесплатный адвокат может это провернуть!»
«Не обязательно», — сказал Олсен, наклоняясь вперед. «Я понимаю, что у нас есть свидетель».
«Конечно», — медленно ответил Макдональд, пытаясь сдержать свой гнев. Он знал, в какую игру задумал играть капитан, и не хотел в ней участвовать. «Свидетель, который не смог опознать никого за рулем и даже неточно определил цвет автомобиля».
«Известно, что свидетели иногда вспоминают интересные детали», — задумчиво произнес Олсен.
«Нам действительно нужно прибегать к этому, капитан?»
«Я ведь ничего не сказал, не так ли?» — ответил Олсен.
«Хорошо, потому что я определенно не слышал “давление на свидетелей”, это уж точно».
«Тогда мы понимаем друг друга, Боб».
«Тогда вы также понимаете, что если что-то пойдет не так, мы останемся виноватыми».
«Значит тебе надо сделать так, чтобы этого не произошло».
«Это не ответ. Что если этот Бэнкс найдет себе какого-нибудь известного адвоката и позже подаст в суд за незаконный арест и судебное преследование? И что если дело о свидетелях, о котором мы только что не говорили, обернется против нас? Я почти уверен, что на это не распространяется квалифицированный иммунитет полиции. Кого вам тогда придется бросить на съедение?»
«Это проблема завтрашнего дня, и я не понимаю, каким боком она может касаться меня. И, если это произойдет, я предлагаю тебе найти какие-нибудь конкретные доказательства, оправдывающие его арест, чтобы прикрыть свою задницу», — сердито огрызнулся капитан.
Макдональд подавил желание высказать капитану всё, что он о нём думал. В конце концов, подумал он, чем выше ты поднимаешься по карьерной лестнице, тем больше работа, которую ты когда-то любил, превращается в чистое политическое дерьмо. В этом мире ничего не бывает бесплатным: ты всегда платишь, так или иначе. Олсену, как и ему самому, нужен был выход. Возможно, существовал компромисс, который позволил бы Макдональду продолжить расследование и порадовал бы высшее руководство. Он заговорил, тщательно взвешивая свои слова.
«Капитан, мне это нравится не больше, чем вам. Я знаю, что на вас давят, но если вы будете форсировать всю эту историю с Бэнксом, а я имею в виду и свидетеля, вы рискуете сами выстрелить себе в ногу. Как насчет того, чтобы вместо этого устроить небольшое представление?»
«Что ты имеешь в виду?» — Олсен выглядел гораздо спокойнее.
«Мы делаем все по правилам, очень тщательно. Вы говорите боссам, что версия Бэнкса может подтвердиться, но вам нужно больше времени для сбора доказательств. Мы установим за Бэнксом круглосуточное наблюдение, проведем небольшое расследование. Получим ордер на обыск, конфискуем его машину, разберем ее на части, посмотрим, не удалось ли ему каким-нибудь образом перенести ДНК жертв в этот автомобиль. Возможно, это займет неделю или около того. Будем надеяться, что к тому времени сенатор немного успокоится и прозреет».
«А если нет?»
«Если нет... ну, если ему удастся нажать на окружного прокурора, и они проиграют дело, он не сможет заявить, что наше расследование было поспешным и не было тщательным. Мы, с другой стороны, всегда можем сказать, что на нас надавили».
«Хреновый план», — хмыкнул Олсен. «Но на данный момент я определенно не вижу лучшего варианта».
«Это означает “да”?»
«Хорошо, продолжай работать. Только убедись, что всю жизнь Бэнкса изучат под микроскопом. Встряхни всех стукачей, пусть даже для получения отрицательного ответа. Все зависит от тебя. Дай мне что-нибудь, напоминающее информацию, которую я мог бы передать наверх, или... Что ж, в эти трудные времена власть имущие могут решить, что твоя команда по расследованию убийств будет лучше себя чувствовать под новым руководством. Я говорю тебе это как друг, Боб. Все, мы закончили».
«Да, сэр», — вежливо улыбнулся Макдональд, встал и направился к двери. На полпути он обернулся и посмотрел прямо на Олсена. «И еще кое-что, капитан. Пока я все еще отвечаю за свой отдел, не будете ли вы так добры прекратить переманивать моих гребаных детективов?»