Извлечение
Максим приблизился к ней в офисе в пятницу утром. До этого они никогда не пересекались, но Макс решил, что сегодня как раз подходящий случай. Он подошёл и уверенным движением взял Ольгу за предплечье.
— Ну ладно. Колись.
Девушка буквально застыла с чашкой кофе в руке и с удивлением посмотрела на молодого человека.
— В каком смысле?
Максим улыбнулся.
— Колись, с какой ты планеты? Поверь, я знаю землянок. Среди них таких точно нет. Проверено. Сам я с Нибиру, но таких как ты встречал только у созвездия Лиры. Однако там шатенок больше. А вот блондинок таких я никогда ещё не видел. Даже на Эросе. Вот и хотел получить о тебе больше интересных сведений, чтобы внести в объединённый космический реестр. Как говориться, всё для науки и во благо её. Так откуда ты?
Девушка отхлебнула из чашечки.
— Ну и чем я себя выдала? Фарианцы гарантировали мне безопасность и конфиденциальность.
— Нельзя верить фарианцам.
— Не суть. Свой звёздный глиссер я надежно укрыла в зелёном ангаре небольшого техасского городка. Затем, регулярно меняя явки, пароли и ненадежных проводников, наконец, прилетела сюда, в Анадырь. В этот милый и уютный городок на северо-востоке России с населением в тринадцать тысяч человек. А это ровно 649,9 чел./км². То есть плотненько. Ну что сказать. Живу счастливо. Климат здешний мне, как особи надрептилоидной расы, просто замечательно подходит. Он удерживает мой пылкий и яростный жизненный норов в определенных колких рамках. Я сублимирую накопившийся потенциал в абсолютную жизненную энергию света, что позволяет мне совершенно неограниченно передвигаться в пространстве и времени, но только в пределах Солнечной системы. И если я нарушу границы обозначенного в моем досье сектора, меня мгновенно катапультируют обратно на Сонару, где придадут суду за бродяжничество и Бог ещё знает за что. А потом отправят на рудники Хорралы…
— Матерь Божья! Ну и нравы!
— Да-да, это вы ещё не все знаете. На самих рудниках такая жуткая экология, что малярийные болота Сатурна — это просто отдел парфюмерии. Так что не знаю, стоит ли подвергать себя такому риску, нибируанец. Что меня выдало? Акцент?
В этот момент в офис стали подтягиваться люди. Произошла какая-то бесполезная тактильная суета, рукопожатия, шутки. И Максим кивком головы пригласил девушку в сторону, к окну. Он прислонился к подоконнику и повертел в пальцах нигерийскую бензиновую зажигалку в форме колодца.
— Про внешность я уже говорил, но вообще, начиная с 1746 года по местному времяисчислению, Союз Объединённой Юриспруденции указом №874/Ша постановил, что все инопланетяне должны быть чипированы. И если перед стартом вы сдавали образец ДНК в лаборатории космопорта, что является обязательной предполётной процедурой для столь дальних перемещений, то наверняка почувствовали неприятный укольчик инъекции в правое бедро. И вот если такое ощущение было у вас, то чип определенно на вас установлен. А так как каждый нибируанец с рождения обладает зрением с высокой спектральной восприимчивостью, то мы распознаем импланты мгновенно. И ваш я тоже вижу. Каждую секунду вы находитесь под контролем, и за вами следит даже не отдельный андроид, а небольшой программный код. Это так цинично, не находите?
Девушка задумалась.
— Да, пожалуй. Обычные контрабандные фиксаторы простейших маячков тут бессильны, а официальных без лицензии не достать.
— Вот именно. Но есть способ извлечь устройство. Обещаю, больно не будет.
— Это длительная процедура?
— Ну, как получится.
— Энергозатратная?
— От доктора зависит.
Девушка посмотрела на часы.
— Чёрт, время пить цианид. Если пропущу дозу, могу неожиданно естественный вид принять. Скажите, а операцию вы проводить будете? Или стоит в агентство обратиться? Мне знающие гуманоиды говорили, что есть теневые фирмы, но слишком большие риски. Да и по технике у них мастера слабые. Техника, я бы сказала, на обе ноги хромает. Я бы охотнее частнику доверилась. Скажите, вы специалист какого уровня? Не нужно бряцать терминами и пытаться блеснут образованностью. Просто расскажите о себе и о безопасных способах извлечения чипа. А устройство само я бы хотела получить в подарок. Буду его в хрустальном кубике хранить. Брелок из него сделаю. Он, кстати, какого размера?
— Кто? – не понял Максим.
Девушка засмеялась:
— Конь в пальто. Чип, спрашиваю, какого размера? Крупный?
— Не маленький.
— А сами точно справитесь? Стерильность или хотя бы анестезию гарантируете?
Максим был крайне возмущен.
— Эту планету погубит лень и недоверие. Так вот, девушка. Не надо лишнего пафоса. Мастер работает в одиночку и максимально ровно. Техническая квалификация позволяет мне практиковать во всех звездных системах. Без ограничения. Я всё-таки Университет Карлоса Морены заканчивал.
— На Пандоре?
— Естественно. Так что за техническую часть вообще не переживайте. У меня не голимая франшиза, а абсолютно легальный индивидуальный подряд. Я вам скидку сделаю 99%, если от сувенира в виде вытащенного чипа откажетесь. Он неотъемлемой частью мастера будет считаться. Начиная с момента извлечения. Вы меня тоже поймите, я налоги плачу. У меня и страховки с восьмиугольной печатью нет. А если я вам об остальных рисках расскажу…
— Нет уж, избавьте.
— Ну вот.
— А рекомендательные письма есть? Благодарности? Манифесты качества?
— Есть несколько зашифрованных телеграмм от поклонниц моего таланта, но они на мертвом языке Гоййю составлены. А он дешифрации не подлежит, так как искусством древнейшей тайнописи владеют всего несколько человек, которые не знают о существовании друг друга. В общем, сложная языковая замута. Но был бы рад получить отзыв и от вас на любом доступном для меня наречии. Я восприимчив к критике и готов к плодотворной работе.
— Ну что ж, посмотрим.
14 марта 2047 года микрочип был извлечен из девушки и перешёл в нераздельную собственность Максима.
27 февраля 2052 года Ольга была депортирована на свою родную планету «Сонара 69» за нарушение условий пространственных и временных перемещений и осуждена условно без права покидать пределы Галактики.
Максим же, скрываясь от постоянных кредиторов, временно осел в жарком климатическом поясе Ориона, что между созвездием Льва и туманностью Андромеды.
Обе особи максимально счастливы. По-своему.