Странный Масуо Икэда

Из цикла "Записки подлого вруна"

Я повертел в руках весьма старую и красивую колоду.

— Конечно, интересная, самобытная. Но я хотел что-то более традиционное. Пусть даже винтаж, главное, чтобы стильно.

Альберт Карлович Хоффман забрал у меня карты:

— Молодой человек, если вы-таки не отдаёте себе отчёта относительно работ Масуо Икэда, то скажу я вам. Вы дилетант. Вы-таки дилетант, Серёженька. Когда иго и целое полчище невежд осаждали цитадели хорошего вкуса, забрасывая в массы классическую вульгарщину. Именно Хоффманы и Шехманы дали смертный бой безвкусице и популизму!

Мне стало даже не ловко. Старик так разволновался:

— Альберт Карлович, да я вовсе…

— Нет, вы только посмотрите на эти карты, мой мальчик. Посмотрите и сейчас же не говорите ерунды. Это же чудо.

— Чтоб вы-таки знали, Серёжа. Икеда стал первым японским художником, удостоенным отдельной выставки в престижном Нью-Йоркском музее современного искусства. А это вам не корм для хомяков. Это-таки Америка! А в Токио этот парень трижды не поступил в университет искусств. И такое бывает, мой друг. Такое бывает. В 1966 году он взял международное гран-при в области гравюры, потом премия Акутагавы, правда, уже за роман. Занялся техникой меццо-тинто…

Я решил проявить начитанность:

 — Техника глубокой печати.

— Именно, мой мальчик. Потом серия гравюр «Фрукты», Кинематограф.

— Да, интересно.

— Он ведь большую часть сухой иглой работал. Вы вдумайтесь, Серёженька, в эту скрупулёзность. Такой художник.

— А почему именно эротизм?

— Поди знай, голубчик. Поди знай.

Было уже довольно поздно, и я засобирался:

— Так за сколько отдадите, Альберт Карлович?

Старый антиквар улыбнулся:

— Колода не продаётся, мой мальчик. Это я тебя подразнить хотел. Не обижайся.

Вот так вот обхитрил меня старик, а я уж было губы раскатал.