Рецензия на «Виды доброты» 2024 года Йоргоса Лантимоса
Как и все постмодернисты, Лантимос требует от зрителей одного: чтобы мы, подскочив с мест, занялись увлекательнейшим занятием — поисками черной кошки в темной комнате, которой в ней, разумеется, нет. В том или ином виде я находил этот прием и у Бодрийяра, и у Сорокина, и у Берроуза. И всегда прием был результативным, поскольку искать то, чего не существует, имеет для человека, по видимости, сакральную ценность. И я, кстати, вовсе не удивлен моральному успеху фильма в глазах современных западных и российских потребителей: всегда приятно, когда о тебе говорят громко и при этом совершенно не осуждающе. ПСИХОПАТ. Вот знаете, популяция шизофреников никоем образов не увеличивается, застряв на довольно скромной цифре уже много лет подряд. Зато психопаты... зато поголовье психопатов растет как на дрожжах; их такое количество в Сети (все эти сталкеры и абьюзеры), они так тщатся проявить свои манипулятивные методики на своих ближних из корысти или просто из пустого нутра, что кажется никакой Лантимос уже не нужен.
Герой первой новеллы — психопат и патрон своего подчиненного, он самым необузданным образом стремится контролировать жизнь своего подопечного: что и когда читать («Анну Каренину»), что и когда есть, сколько весить, иметь детей или не иметь их вовсе, и, наконец, вишенка на торте: с кем насмерть биться на поворотах, разъезжая по городу на автомобиле. Ну, знаете ли, это ненормально! И второй герой — подчиненный первого, кажется, начинает догадываться об этом. Однако порочную связь трудно разорвать. На одном человеке — его ебнутом наглухо патроне — завязывается столько узлов коммуникативных контактов и личного финансового благополучия, что парню остается только посочувствовать. А вот чтобы я сделал на его месте? Гм, даже не знаю, может, спятил, может, ушел в монастырь, может, сбросил бы босса легким толчком руки с окна его роскошного пентхауса... — ясно одно: едва ли бы подчинился. Ад! От ада не убежишь, сколько не старайся (Сатана пробовал). Но ведь есть разница — и большая — между адом принудительным и адом добровольным. И парень выбирает — добровольный ад.
Заморачиваться на второй новелле Лантимос и вовсе не стал: проштудировав два-три десятка страниц вузовской психиатрии по вопросу манифеста параноидной шизофрении, он вывел из прочитанного простецкий сюжет. У полисмена пропадает жена. Он в горе. Ее вдруг находят на необитаемом острове, сильно покусанную комарами. Однако мужчина не признает жены, во всем подмечая факт подмены. Если бы он во всех своих суждениях и поступках сохранял зерно рациональности, мы могли бы даже задаться вопросом, а не идет ли речь о новой версии «Жены космонавта», а вдруг чувак все-таки прав? Но нет. Не идет. Он — гонит. Из табельного оружия вдруг палит по невидимым воробьям. Удивляет, впрочем, как дипломированный психиатр не смог распознать признаки очевидного психоза. В итоге фильм заканчивается тем, чем часто и заканчиваются ошибки диагностики: чей-то печенью на полу.
Поскольку имя постановщика мы уже знаем — это всемирно известный постмодернист грек Йоргос Лантимос, не грех будет сказать несколько слов и о прекрасных актерах. А актеры, и правда, прекрасные. Это, буквально на днях вылупившаяся из тела Деми Мур в фильме «Субстанция», Маргарет Куолли. Менее известный, но прекрасно проявивший себя именно в этом фильме Джесси Племонс. И, наконец, две топ-звезды мирового уровня, сошедшие, также недавно, со сходней триумфально причалившего ко всем большим экранам лайнера «Бедные-несчастные» все того же Лантимоса: Уильям Дефо и Эмма Стоун.
Несмотря на то, что соляк выпал на долю Эммы Стоун лишь в заключительной новелле — именно она стала главным украшением фильма.
До середины фильм заставил меня немного зевать. И вердикт был бы не самым благоприятным для «Видов доброты», если бы ни третья и заключительная глава. — Вот она-то меня и повеселила. Именно в ней наиболее заметно, что Лантимос — мастер, а Эмма Стоун, соответственно, большая актриса. — Эта новелла настоящий шедевр черного юмора. Фильм, скользкий, мутный, но чем-то, понять бы еще чем, нимало интригующий. Существует некая аморфная секта. Ее гуру, если верить медиа, распространённый среди тоталитарных сект персонаж. «Пейте мое семя, вы — мужчины, женщины и дети, ибо сперма моя чиста, она и есть — амброзия». И существует несколько «деревянных» мифов, сопутников всех синкретических религий. Во-первых, существует вирус; большинство людей, не зная об этом, давно им заражено. Во-вторых — миссия. Это — сверхчеловек, который в буквальном смысле воскресает мертвецов. Фанатичному апологету сексты — Эмили — поручено его отыскать. Минуя все перипетии и козни мужчин — она, действительно, находит его. Но ее радость будет почему-то длиться недолго.
Как было сказано выше — эта новелла шедевр черного юмора. И вдогонку любопытный факт: оказывается, Эмма Стоун зачетно танцует, и стала бы королевой танцпола на любой корпоративной вечеринке.
Как и все, что связанно с постмодером, как, допустим, романы Берроуза и Сорокина, «Виды доброты» можно рассматривать двояко. Можно подобраться к ним с одной стороны — и увидеть лишь черное. А можно с другой — и тогда нам отроется, вероятно, и нечто светлое. Недобрая ирония облекает этот фильм, — чувство, в которое, кажется, передалась и переобулась вся наша непосредственная действительность: мы смотрим телевизор, улыбаясь, и по окончанию просмотра обязательно почему-то говорим: «О...»
Почему же: «О...»? Вероятно потому, что чувствуем себя персонажами романов Олдаса Хаскли, еще одного пророка в чреде других пророков от литературы 20 века.
Для меня ясно одно: Лантимос все же мастер и меньше 7 из 10 баллов я бы этому фильму все равно не поставил. В третьей новелле он доходит до уровня Ларса фон Триера. А это само по себе достижение.