К чёрту наблюдателей!
Глядя на лошадиные морды и лица людей,
на безбрежный живой поток, поднятый моей волей
и мчащийся в никуда по багровой закатной степи,
я часто думаю: где Я в этом потоке?
«Чапаев и Пустота», псевдоцитата Чингисхана от Пелевина
«Мысль изречённая есть ложь», бесспорно. Только это ж не Пелевин написал, а Тютчев. И с противоположной смысловой нагрузкой — слова обесценивают чувства; высказанное дважды, трижды, многажды перестаёт восприниматься, переходит в разряд бессмысленных звуков, затёртых фраз.
Но разве Тютчев утверждал, что человек — пустой сосуд, и ценность его лишь в объёме той пустоты, которую он способен вместить? Напротив, своим стихотворением «Silentium!» он подчёркивает ценность внутреннего мира, способность человека мыслить, а не призывает избавляться от осмысленности.
Мне понравился образ пустоты — эдакого ничто, существовавшего до Большого взрыва, сжавшегося в ледяные кубики, из которых можно сложить слово «ПУ-СТО-ТА», а потом расхерачить их кувалдой, рассыпая ледяную взвесь вокруг себя. За пределы себя. Вне себя. А в себе нести тёплое и живое, сокровенное и осмысленное. Таить это от чужих взглядов, что способны преломить смыслы через кривую призму ледяного кубика, извратить суть. К чёрту наблюдателей, коллапса не будет. Херачу по кубикам кувалдой и памятую, что Пелевин извратил суть. Именно так.
Лучше буду множить смыслы вокруг, заморожу воздух до прозрачности, ломкости, но не для того, чтобы бравурно бороздить Стикс на коньках, выписывая лезвиями слово неприличнее «ПУ-СТО-ТЫ», а дабы в этом ледяном безмолвии расслышать себя.
И пусть, когда меня припрут всё-таки к стенке, как диссидента от литературы, и разбудят, на моих крыльях не будет узора «мёртвая голова». Пусть на них вообще не будет никакого узора, потому что украшательство — не мой путь. Мои крылья должны быть тёмными, как далёкий космос, которого не достиг свет звёзд, и достаточно гибкими, чтобы свернуться в Тор — ту модель Вселенной, что замкнута на меня во всех направлениях.
И куда бы я ни направилась, я обязательно приду к себе. Потому что я и есть Вселенная, наполненная смыслами.