Февральские сны (серия Изначальный Поток) (3)
Земли II
Муся
Новосибирск. 18 февраля
Когда Мусе исполнилось шестнадцать, бабушка запретила ей называть себя бабушкой, и стала просто Мариной. Сказала, что такая взрослая внучка ее компрометирует. Муся постепенно привыкла, и называла так бабушку даже в мыслях.
Марина жила в квартире напротив.
Муся нажала кнопку звонка, держа под мышкой Ша. Дверь открыла высокая статная дама. В свои глубоко за семьдесят Марина выглядела на пятьдесят. Ладно, учитывая абсолютно седые волосы, на пятьдесят пять. Королевская осанка бывшей танцовщицы, ахматовская посадка головы, нос с горбинкой — она до сих пор вызывала восхищение.
— Что, опять куда-то собралась? — Марина подняла брови.
— Да, хочу в Гурзуф слетать. Море, горы, Аю-Даг...
— Еще скажи, Артек.
— Да ладно тебе, какой Артек, просто побродить по этим улочкам, ты понимаешь... на недельку, а? Возьмешь своего кота?
Марина
Новосибирск. 18 февраля
— Конечно. — Марина протянула руки и взяла кота. Мусе показалось, что он загадочно улыбнулся бывшей хозяйке.
Раньше Марина сама подкидывала своего Ша в квартиру напротив, где жили ее дочь с зятем, а внучка сразу полюбила нового постояльца.
Когда родители уехали заграницу, Муся слезно выпросила кота у бабушки. Марина отдала легко — все равно рядом, да и путешествовать она любила, не надо каждый раз просить приглядеть за любимцем. Муся домоседка, и кот ей как раз кстати.
— Зайдешь? — Поинтересовалась Марина.
— Нет, я уже билет купила, пойду собираться.
— Ну, счастливо. Гурзуф... — Марина мечтательно прищурилась. — Хорошая идея, надо будет тоже туда съездить.
— Не скучайте без меня. — Муся обняла Марину и кота.
Земля I
18 февраля
Ильсан оглядел группу. Четверо разведчиков. Улыбаются. Ну, придется чуть подпортить настроение. Кивнул отрывисто вошедшим, показал жестом на кресла. Наблюдатели и разведчики расселись, переглядываясь. Почувствовали неладное.
— У нас не только праздник сегодня, ребята. Но и адский труд. Потому что мы не знаем, сколько у нас времени, а Муся отправилась в другой город.
— Черт, она же не собиралась!
— Собралась. Сегодня улетает. Надо туда срочно отправить Антона. Кто возьмется?
Земля II
Антон
Новосибирск-Гурзуф. 18 февраля
Антон недоуменно вертел в руках ключ. Обычный ключ, свой, родной. Но почему-то не хочет поворачиваться в замке. С недавних пор Антон жил один, замок никто не мог поменять. Один... воспоминание о Алене неприятно царапнуло.
Но перспектива ночевать на коврике перед собственной дверью не вдохновляла. Или все-таки позвонить бывшей? Нет, ни за что.
Из темного угла таращилась зелеными глазами кошка, которая прошмыгнула перед ним в подъезд. Антон пожалел зверушку, на улице мороз, чай, не май месяц. И даже не март. Февраль, бррр... Это тоже, не обнадеживало.
Кошка подошла ближе. Антон подмигнул животине и сказал:
— Ну что, кошка, будем спать на коврике?
Кошка помотала головой и ответила:
— Я бы не хотел. Но если ты предпочитаешь...
— Кошка, ты что, с дуба рухнула, предпочитаешь? — обалдело пробормотал Антон, пряча ключ и одновременно пытаясь подсчитать, сколько пива сегодня выпил. Получалось не очень много.
— Почему рухнул? Просто спрыгнул. И я не кошка, а Кот. — Подумав, Кот скромно добавил: — Ученый.
На его шее явственно проступила золотая цепь.
— Кот Ученый... — пробормотал Антон. — Что за чертовщина.
— Посмотри на номер квартиры, — подсказал общительный Кот. Ученый, как выяснилось. Антон поднял глаза и похолодел. Номер квартиры был не его. И как это понимать?
— Кот... эээ... Ученый...
— Можно просто Кот, — доброжелательно заметил Кот.
— Кот... я уже не спрашиваю... хотя спрошу, раз уж пошла такая чертовщина. Где я? И почему ты разговариваешь? Коты же не разговаривают. Мне что-то в пиво подмешали?
— Не, расслабься, — улыбнулся Кот. — Пиво нормальное. Помнишь, что ты сказал у входа в подъезд?
Антон нахмурился, вспоминая... Ну и мороз? Нет? Что я сказал?
— Ты сказал — чтоб я так жил.
— И?
— Что и?
— И что? — занервничал Антон. — Я часто так говорю, просто присказка дурацкая...
— А что при этом думал?
— Что?
— Думал про Гурзуф, что там сейчас уже тепло...
— Я что, в Гурзуфе?
— Нет.
— Тогда где?
— Ты сказал эту фразу, переступая через порог. Так?
— Наверное.
— И я как раз проскочил... кстати, спас тебя, если что.
— От чего?
— Как ты не понимаешь. Пятница. Полнолуние.
— И?
— Вот балбес. Мысли, неправильно озвученные на пороге в этот день, могут забросить неведомо куда. Я тебя спас, но сделал все, что мог. На твоем месте я бы поинтересовался, что делать дальше.
— Что? — послушно поинтересовался Антон.
— Зависит от того, чего ты хочешь. На самом деле.
— И чего?
— Ну ты блин даешь. Ты хочешь остаться в этой реальности, совершенно тебе не знакомой?
— Нет, — помотал головой Антон. — А что, отсюда можно вернуться?
— Вернуться можно откуда угодно. И... хоть куда. Это намек.
Антон неожиданно для себя поверил во всю эту чертовщину. Посмотрел в зеленые кошачьи глаза и сказал:
— А давай, правда, в Гурзуф. Сто лет там не был.
— Ты серьезно? — педантично уточнил Кот.
— Шутишь? Нет, конечно. Но если ты проваливаешься в чудо... разве можно быть серьезным? Надо этим пользоваться. Сможешь, Кот Ученый?
— А то. Запросто.
Кошачьи глаза вспыхнули, Антон зажмурился. Когда открыл глаза, тут же зажмурился снова. В глаза било яркое весеннее солнце. Февральское солнце Гурзуфа. Огромное цветущее розовым дерево не уступало ему в яркости. Антон расхохотался, выбросил ненужный уже ключ и направился, насвистывая, в сторону Чеховки.
Муся
Гурзуф. 18 февраля
Муся сидела в кафе на набережной. Лениво щурилась на заходящее солнце, с удовольствием потягивала сладкое массандровское вино. Красота. Тепло, и это в феврале. Вечная зелень кипарисов, зеленоватое море, сине-зеленый Аю-Даг... что может быть лучше.
Внезапно Муся поперхнулась. Она узнала мужчину, который явно направлялся в ее кафе. Крепкий, чуть седоватый господин с короткой стрижкой. Антон. Антон из ее сна. Мусю как током ударило. Она не могла оторвать от него взгляд, даже пошевелиться не могла.
Мужчина по-детски беззаботно улыбнулся ей и устроился за соседним столиком. Муся как-то криво дернула в ответ уголком рта. Уехала, называется. От кошмаров. Или это у нее реально крыша поехала? Муся стряхнула оцепенение, с трудом отвела взгляд, сделала большой глоток.
Антон
Гурзуф. 18 февраля
А это была гениальная идея, зайти в знакомое кафе. Успокоить мысли стаканчиком красного вина, проветрить голову морским бризом. Антон еще не отошел от недавнего... перемещения? Полчаса бродил по городу, разглядывал разномастных кошек, даже щипал себя, чего уж скрывать. Что совсем не годилось для бывшего полицейского. Краем глаза заметил странную реакцию девушки на его появление, глупо улыбнулся, сел, заказал вина. Ну а как еще можно улыбаться в такой ситуации? А девушка ничего, милая. Только смотрит на него как-то странно, украдкой, и, кажется, даже испуганно? Антон пригладил волосы, провел ладонью по лицу, вроде все в порядке. Зажмурился крепко, подставляя лицо теплым лучам. Вдруг что-то заслонило солнце. Открыл глаза. Перед ним стояла незнакомка из-за соседнего столика. Ее пушистые волосы странно светились в контражуре, образуя пылающую корону.
Она вздрогнула и резко спросила — Антон?
— Да. Эээ... мы знакомы?
Лицо незнакомки исказилось от страха, казалось, она сейчас заплачет.
Дальнейшее уложилось в две секунды. Незнакомка развернулась и бросилась бежать. Под ноги ей кинулся рыжий кот. Антон вскочил. Незнакомка упала.