Трекер желаний (3.2 часть)

– Завтра махнем на речку. Поплаваем и порыбачим, – предложил Сергей. – На букинге было написано, что тут есть удочки.

– Угу, – ответил Лука.

После ужина Маша и Лука засели в своих комнатах, а Сергей долгое время стоял во дворе, вглядываясь в темноту. Ни-че-го. Трекер опять молчал. Вот же оно, настоящее село… город ой как далеко, но трекер почему-то сработал лишь на какой-то колее и при разговоре с Машей о цереобазоле. Уже хоть что-то. Планов тут особых не построить, и придется довольствоваться тем, что есть, но Сергей не унывал – он был готов на все, лишь бы трекер подал новый импульс.

Неделю они мирились с деревенской жизнью. Лаимдота приходила только утром и занималась огородом. Гостям она приносила то свежие яйца, то молоко, то корзинку с овощами из своего огорода. Сергей и Маша иногда ей помогали, чтобы ощутить себя настоящими фермерами или что-то типа того, но ни один так и не проникся этим делом. После завтрака они отправлялись, то в лес, то на речку – шрам подмышкой уже зажил, и Сергей мог не бояться снимать майку. В баню они так ни разу и не сходили. Сергей соврал, якобы не умеет ее топить, а в действительности боялся повредить трекер высокой температурой. Так как ни Маша, ни Лука не были фанатами парилок, то они особо и не возражали. В один из дней у Маши случилась жуткая истерика. Загрузив стиральную машину несколькими кило грязной одежды, она поняла, что та сломана. Инструментов в доме не было, да и сам Сергей не умел чинить технику, и ему пришлось отправиться в Салдус искать химчистку. Однако в этом городе о подобном заведении словно никогда и не слышали. По итогу Сергей потратил на это весь день и вернулся к Маше с тюками грязного белья. Она обратилась к Лаимдоте, а та всю жизнь стирала только на руках и вечером принесла Маше допотопную стиральную доску. Но беспокоили Сергея не эти относительно мелкие неприятности. Чем бы он ни занимался, но трекер продолжал молчать, и вот это была реальная проблема. Два жалких импульса: на колее и в неприятном разговоре с Машей – не то, ради чего стоило бы терпеть комаров, грязь, кучу бытовых дел, чертов огород, да и весь этот «отпуск».

В субботу еще до захода солнца Сергей и Лука вернулись с рыбалки – они даже умудрились поймать пару мелких окуней и красноперок. Лука побежал в сарай сложить удочки, а Сергей пошел на кухню, чтобы вручить Маше ведро с рыбой. Зайдя в дом, он услышал ее голос. Маша говорила с кем-то по телефону.

– Не поэтому я звоню. Да помолчи! – прошипела она. – Это ведь ты уговорил его? А кто? Почему-то я не верю, – она долго молчала. Видимо, кто-то ей что-то объяснял. – Я и так терплю. Никому тут не нравится. Короче, ты посмотрел, что такое цереобазол? У меня интернет не пашет. Да, тут нихрена не пашет. Я до тебя еле дозвонилась. Так это таблетки от нервов? Уверен? Нет, они на рыбалке. Сейчас притащат рыбу, а мне ее чистить. Да, я ненавижу чистить рыбу. Ой-ой, как смешно. Все, пока. Да, ты меня бесишь, Макс.

Она повесила трубку и принялась злобно мыть и без того чистые стаканы. Сергей прятался за дверью и долго думал, как ему зайти – не стоит ли притвориться, что не слышал этого разговора? А то Маша снова поднимет тему цереобазола… Но ему было любопытно, откуда у нее номер Макса? Сергей не помнил, чтобы в ее телефонной книжке был записан его номер. И почему она позвонила именно Максу? Не маме или кому-то из подруг, а ему… Хотя в любом случае Сергею повезло, ведь Макс единственный, кто бы соврал Маше об истинном предназначении цереобазола.

– А вот и мы! – Сергей медленно зашел на кухню и поставил ведро с рыбой на стол.

– Ой, – Маша вздрогнула и убрала стаканы. – Только не на стол, пожалуйста. Мы же туда еду кладем.

– Прости, прости! – Сергей тут же переставил ведро на пол.

Маша явно не собиралась рассказывать о звонке, а Сергей все-таки решил притвориться, будто ничего и не слышал. Когда она взяла ведро и поморщилась при виде живой и бултыхающейся в воде рыбы, Сергей сказал:

– Давай я почищу. Знаю, что ты это ненавидишь.

– Ох, спасибо! – улыбнулась Маша. С момента «отпуска» ее улыбки можно было пересчитать по пальцам одной руки, собственно, как и улыбки самого Сергея.

Наступил очередной вечер, и они в очередной раз сидели у мангала и что-то жарили. Все молчали, да и говорить было не о чем. Каждый знал, чем занимался другой. Маша не пошла на речку, значит, помогала Лаимдоте в огороде и работала по дому, а Сергей и Лука, как всегда, рыбачили и купались – какие-либо иные развлечения тут были не в чести, а, если по правде, их тут и вовсе не было.

– Сереж, помнишь, ты говорил, что мы уедем, как только нам это надоест? – спросила Маша, когда Сергей передал ей тарелку с тремя здоровенными кусками рыбы с морковью и кабачком.

– Помню. Так, вроде, все норм, нет?

– Не, нормально, да… нас, правда, комары сожрали, а от шашлыка скоро изжога начнется…

– Ну, суши сюда не закажешь.

– Да надоело, если честно…

– Не знаю, я себя неплохо чувствую, – ответил Сергей и оглянулся на Луку, ожидая поддержки, но Лука сразу опустил взгляд к земле.

– Тебе не надо три кило одежды на руках стирать. И с этой бабкой по огороду ползать. И мыть длинные волосы в ведре. Меня это все достало. Я грязь из-под ногтей по нескольку часов выковыриваю. Нет, два-три дня тут было неплохо. Жарко, скучновато, но жить можно. Но уже удавиться тянет. Я хочу домой.

– А ты чего думаешь, Лука?

– Пап… тут реально скучно.

– А речка?

– Если честно, я устал плавать и ловить рыбу. Поехали домой, а?

Сергей отложил тарелку с едой и задумался. Аргументы были ему понятны, и более того он не считал их безосновательными, но ведь приехали они сюда не для отдыха. Но есть ли смысл продолжать этот эксперимент? Трекер молчал – два жалких импульса в совершенно разных ситуациях не доказывали жизненную необходимость переселиться в деревню. Видимо, причину их появления надо искать в другом. Например, импульс на ночной колее вообще мог быть холостым, но в разговоре с Машей… Подсознание как будто подталкивало Сергея признаться ей о трекере. И тогда они смогут вместе найти то, к чему его тянет, что изменит жизнь и наполнит ее красками. Сергей оглянулся на Машу. Она сидела с тарелкой в руках, нехотя доедала последний кусок не самой вкусной рыбы и… наверно, думала, как они вернуться в Ригу. Главное, правильно об этом сообщить, без наскока, осторожно и точно не под Салдусом, иначе истерики не избежать. Сергей не изменял, не думал о разводе и ни капли не жалел о наличии семьи – это должно сработать, и Маша не станет злиться. Наверно… А кредит? Целых двадцать три тысячи евро – сумма, которую так сразу не вернуть, и это уж точно никого не обрадует. Стоит ли говорить о них сразу или потом, когда Маша чуть-чуть остынет? Да, вот оно счастье – поделиться с близким человеком самым сокровенным.

– Ладно, уговорили. Завтра валим в Ригу.