Трекер желаний (вторая часть)

Сам Сергей ни за что в жизни не решился бы на вживление трекера. Его друг Макс был первым, кто обратился в Neo42Klin. Как он рассказывал, мысль вживить в себя трекер пришла ему после неудачной ночи с какой-то девчонкой. Имени Макс не называл, ограничившись лишь описанием, как мерзостно он себя чувствовал на утро. Сергей хорошо помнил этот период — Макс пропал на пару месяцев. Затем он внезапно объявился с радостной новостью — трекером из Neo42Klin. За полгода он кардинально поменял свою жизнь: наконец-таки доучился на повара, как и мечтал в двадцать лет, уволился из офиса и благодаря некоторым связям нанялся в один из рижских ресторанов рядом со Старой Ригой. Там точно по велению судьбы он познакомился с официанткой, при взгляде на которую трекер посылал по пять-десять импульсов в минуту. Она была ровно такой, о ком Макс всегда мечтал: миловидная блондинка, которая не торопилась выходить замуж и рожать детей, любила животных, а у Макса был ротвейлер, и не любила путешествия, а Макс редко выбирался заграницу. О трекере он сообщил ей уже на первом свидании, когда тот подал очередной мощный импульс по всему телу, и Макс аж поежился от удовольствия. Анжелика была в восторге. По ее словам, она балдела от всего такого и сразу же показала ему свою татуировку на предплечье.

Если Макс только и делал, что хвастался изменениями в лучшую сторону, то Сергей, наоборот, жаловался. Именно в один из таких разговоров Макс уболтал его на операцию — он собирался помочь другу найти себя. Когда Сергей вышел из клиники, Макс уже ждал его у входа. Всю неделю машина Сергея стояла на стоянке во дворе Макса, чтобы история с командировкой звучала правдоподобней, и после стольких дней в «заточении» Сергей был рад снова сесть на родное водительское кресло.

— Твой автомат такая шляпа, — сказал Макс. — На механике ощущения как-то поинтересней.

— Ой, да заткнись ты, — ответил Сергей и завел двигатель. — Какой у нас план?

— Ты, я, бар, футбик, клуб, алкашка, — перечислял Макс, загибая пальцы. — Готов?

— Да что-то не особо... — засомневался Сергей. — А нет ли в списке чего-то менее пубертатного?

— Собери яйца в кулак и вперед к мечте!

— Погоди, дай хоть с семьей повидаться.

— Перед смертью не надышишься?

— Что-то вроде того.

Подъехав к дому, Сергей торопливо заскочил в подъезд, а Макс остался в машине, чтобы, как он сказал, не нарушать семейную идиллию. Жена Сергея — Маша, безоговорочно верила в историю про командировку и не задала ни единого вопроса, ведь Сергей по пять-шесть раз в год ездил в эти командировки. Они обнялись, поцеловались, и она пошла готовить обед.

Раздался звонок в дверь — со школы вернулся их сын. Стоило Луке увидеть папу, как он тут же бросился обниматься.

— Ладно, Лука, дай папе воздуха! — Сергей попытался снять сына с шеи, но тот начал сопротивляться и случайно попал кулаком по месту, куда вживили трекер. Сергей чуть не уронил сына, но в последний момент подхватил его поудобней и поставил на пол, а тот сразу побежал в свою комнату.

— Скоро кушать! — прозвучало с кухни.

— Мась, мне уже надо идти.

— А обед?

— Я не голодный. По дороге в кафешку заскочил, — соврал Сергей. — Я пойду, хорошо? Меня там Макс ждет.

Маша вышла в коридор и с каким-то подозрением посмотрела на Сергея. С первой секунды она заметила, что тот странно молчалив. И хотя он частенько возвращался из командировки выжатым — это нормально, но сегодня к усталости почему-то добавилась грусть.

— Не перепейте только, пожалуйста.

— Честное пионерское! — ответил Сергей.

— Ты нихрена не пионер, Сережа.

— Не перепью, клянусь, — повторил он и выскочил на лестницу.

В лифте Сергей разглядывал подпаленные кнопки этажей — на протяжении всей реабилитации он обдумывал встречу с женой и представлял, как трекер подаст или не подаст импульс. И тот молчал. Сергей ничего не почувствовал. Вот Маша и Лука, вот он, но никакой реакции. Почему? Неужели самые дорогие люди в жизни не делают его счастливым? Но, может, дело не в них? Вдруг требуется еще время до полной адаптации? Или, что тоже вероятно, он пришел в обед, и ему безразлична не семья, а обед?

Максу о своих терзаниях Сергей ничего не сказал, чтобы не портить вечер. Оба хотели выпить и заняться чем-то вдохновляющим на приключение.

— Сегодня Баварцы с Ливером играют. Шнобель тоже подскочит.

— Звучит не так, чтобы «мечта»! — ответил Сергей. — Этот жмот опять заноет о цене на пиво и достанет свои булки из римчика[1].

— Не, я ему пригрозил, что глаз на жопу натяну, если это увижу. Короче, машину бросай тут. В бар махнем на такси, а оттуда нас Анжелика подкинет.

Как бы то ни было, но Сергей оказался доволен походом в спортивный бар — Бавария победила, а Шнобель не прикарманил чай официанта, однако трекер молчал, даже когда Франц Кретциг забил решающий гол.

— А теперь погнали в Студию! — выдал Макс и набрал Анжелику. — Дорогая, мы навеселе и готовы танцевать. Ты где? Супер! Тогда причаливай к Манчестеру.

— А чего это вы в Студию намылились? — встрял Шнобель, так как ни он, ни Макс, ни уж тем более Сергей уже около десяти лет не ходили по клубам. Вдобавок ко всему он единственный был не в курсе, что его друзья вживили себе трекеры из Neo42Klin.

— Не воняй, тебя не берем!

— Это чего вдруг?! — спросил он точно ребенок, которого не приняли в дворовую команду по футболу.

— Там вход платный.

— М-да, я и забыл, какое это поганое местечко.

Шнобель попрощался с друзьями и побежал на последний троллейбус. Затем достаточно быстро подъехала Анжелика, и они втроем отправились в Студию 69.

Судя по афише у входа, этой ночью в Студии выступал какой-то местный и никому неизвестный репер, а судя по очереди, клубы теперь посещали в основном ровесники Сергея с Максом, а то и старше. В толпе стояли всего три-четыре молодых девушки в компании своих же молодых парней. Казалось, вот-вот кто-то повернется к Сергею лицом и дыхнет на него корвалолом. И план на вечер резко перестал быть молодежным.

Зайдя в главный зал с танцполом и сценой, Макс сразу отправился в бар, а Сергей и Анжелика стали пропихиваться ближе к сцене сквозь трущиеся друг о друга потные тела. Отовсюду глаза слепили яркие прожекторы, кто-то периодически орал в ухо и конвульсивно махал руками в ритм бита, так и норовя заехать кому-нибудь по голове кулаком. Пару раз Сергей встречался взглядом с кем-то из толпы, и в нос било стойкое спиртовое амбре. Все это время репер читал трек за треком, скакал по сцене и махал зрителям, которым до него не было никакого дела. В этом непростом и длинном пути до сцены Сергей несколько раз пожалел и проклял на чем свет стоит идею оторваться в этом гадюшнике. Какая «мечта»? Какой импульс трекера? Ничего этого тут явно не будет.

Вскоре вернулся Макс. Он без слов сунул Сергею лонг айленд, а Анжелике клюквенный сок. Они выпили — Сергей осушил свой стакан чуть ли не залпом. Затем Макс указал ему в толпу и предложил с кем-нибудь познакомиться. Ничего серьезного — просто потанцевать, поболтать, а там уже видно будет, авось трекер и напомнит о себе.

— Поищи девчонку!

— Или бабушку? — съязвил Сергей. — Ты не видишь? Мы попали на сборище бухих милф.

— Да похрен! Короче, на кого импульс получишь, с той твоя судьба и переплетется! — с задором прокричал Макс, словно забыв, что Сергей женат. — Сегодня все правила летят в задницу!

Сам Макс забрал Анжелику, и они тут же пустились в пляс, а Сергей остался стоять у сцены. Хорош помощник, подумал он, прижавшись к стене, чтобы никто ненароком не выбил стакан из его руки. Тридцатипятилетние-сорокалетние женщины извивались на танцполе, как первосортные проститутки на панели. Некоторые мельком оглядывались на Сергея и даже подмигивали ему. Эти уже в говно, думал он, не решаясь отлипнуть от стены и ворваться в самое сердце ночной гулянки. Ему было как-то не по себе, и в памяти промелькнули моменты школьных вечеринок, когда Сергей точно так же прятался ото всех в каком-нибудь уголке, пока Макс и Шнобель не натанцуются. Столько лет прошло, а ничего не изменилось. Однако никто не говорил, что искать свою мечту легко — обычная жизнь довела Сергея до вживления трекера, значит, нельзя как раньше отсиживаться в стороне. Раз уж они приехали в Студию, надо как-то расслабиться и все-таки попробовать проникнуться здешней атмосферой. Первое, что пришло Сергею в голову — выпивка. Он оставил свой островок безопасности у сцены и прорвался к бару за новым коктейлем. Второй лонг айленд, третий, четвертый — никаких изменений, и обстановка клуба до сих пор давила на Сергея. И вот он допил пятый по счету коктейль. От громкой музыки его мутило, а от алкоголя закружилась голова. Сергею резко поплохело — воздуха катастрофически не хватало, и он двинулся к выходу. На улице он вдохнул полной грудью, отошел как можно дальше от клуба и закурил.

Кафе и магазины на противоположной стороне улицы уже были закрыты. Мимо клуба раз в пару минут проезжали один-два автомобиля. Сигарета давно догорела до фильтра, но Сергей не торопился обратно на танцпол. Удивительно, но именно в толпе разгоряченных женщин и мужчин, которые как и он решили тряхнуть стариной, Сергей ощутил себя одиноко. И вдруг по телу пробежали мурашки, словно нежная женская рука провела по коже гладкими, чуть ли не ледяными пальцами. Ноги подкосило, и Сергей оперся о забор. Вот оно — долгожданный импульс! Осмотревшись, Сергей так и не понял, на что среагировал трекер: тут только он и темные, точно заброшенные дома. Его накрыла новая волна мурашек. Импульс прошел по телу прямо до кончиков пальцев на ногах, и Сергей засмеялся от радости. Неделю тестов и реабилитации в клинике, а потом и весь этот день он переживал, что либо трекер, либо его мозг сломаны.

Смарт-часы завибрировали, перебив импульс. Сергей в панике достал мобильник — звонила Маша.

— Да? — нервно спросил Сергей.

— Привет, а вы скоро?.. А то уже середина ночи.

— Мась, не волнуйся. Мы вот-вот поедем.

— Наверно, мне тоже стоило пойти. Ненавижу клубы, но одной мне тоскливо. Лука уже спит. Ну, он прячется под одеялом с ноутбуком, но я слишком устала, чтобы ругаться.

— Мась, мне надо идти.

— Давай, жду.

Сергей сунул мобильник обратно в карман и огляделся по сторонам, но трекер молчал.

— Сука! — прошипел он. — Вот с хрена ли звонить именно сейчас?!

Еще около двадцати минут, выкурив три сигареты, Сергей проторчал на улице, но второго импульса не было. Тогда-то он понял, что хочет домой. Клуб, бухие девки, дерьмовый реп и коктейли пятнадцать евро за штуку — все это было далеко вне зоны комфорта, но не сработало. Порой, чтобы обрести счастье, необходима смелость к переменам, но это Макс любитель громких вечеринок, а Сергей не просто так избегал подобного всю свою жизнь. Да и импульс появился снаружи, а не внутри — трекер и нейросеть ясно показали, что эксперимент провалился, и в Студии Сергей не найдет никакой «мечты».

Когда он не без с труда отыскал Макса и Анжелику, те только вошли в раж и во всю отжигали на танцполе — Сергей еле-еле смог их окликнуть на разговор, и потом они долго сопротивлялись предложению уехать, мол, тут весело, а Сергею просто надо еще «подбухнуть». Тогда Сергей применил стратегию Шнобеля — начал ныть и бубнить, что ему тут вообще не нравится, и Максу пришлось сдаться.

Следующий день Сергей полностью выделил под себя — о том, что у него выходной, он не сказал ни Маше, ни Максу, и до самого вечера мотался по городу: бродил по разным магазинам и дорогущим ресторанам, разглядывая товары и меню с ценниками в треть его зарплаты, потом зашел в салон Dāvanu Sala и около часа проторчал у витрины с подарочными картами на прыжки с парашютом, полетами на дельтаплане, стрельбой в тире, саунами, СПА и прочей ерундой. Короче, изучал все, что давно планировал попробовать, но никак не решался — глухо. Трекер не подал ни одного импульса.

Вернувшись домой, Сергей предложил Маше и Луке совместный ужин на кухне — очередное испытание для трекера. И вот они сидели за столом, ели и говорили — Сергей то спрашивал что-то у Маши, то у Луки, надеясь поймать малейший импульс. Ему было комфортно в компании родных людей, и лишь молчание трекера портило все впечатление об ужине. Когда Лука все-таки ушел в свою комнату, Сергей с Машей открыли бутылку вина и поставили один из любимых фильмов с Ди Карио.

Здесь тоже все было хорошо, и Сергей ни на секунду не заскучал. Они допили бутылку, досмотрели фильм и собрались ложиться спать. Пока Маша умывалась, Сергей быстро переоделся в ночное, чтобы спрятать пластырь подмышкой. Когда они легли в кровать, Маша прижалась к Сергею и приобняла. Он сразу почувствовал, как ее рука залезла ему в штаны. Холодные пальцы скользнули от кончика к основанию и крепко сжали пенис. Маша не церемонилась и сразу дала понять, на что она сейчас настроена. Сергей тоже не смог скрыть своего желания — все налилось кровью и стало твердым, как камень.

— Все в порядке? — спросила Маша, заметив его смятение, словно у Сергея это была первая в жизни прелюдия.

— Нет, все супер, Мась. Просто я задолбался сегодня.

— И что мне с этим делать? — спросила она, наглаживая его пенис. С каждым словом она делала это все интенсивней и интенсивней.

— Ты... справляешься.

Сергей как мог сдерживался, но руки сами потянулись к Маше. Страх, что она почувствует пластырь и узнает о трекере, проиграл инстинктивному, животному порыву овладеть женщиной. Он перевернул Машу на спину и начал целовать ее шею. Маша закинула руки Сергею за спину, чтобы стянуть с него майку, но тот выгнулся и не дал ей этого сделать.

— Давай в одежде? — спросил он.

— Уверен? — играючи спросила она. — Не хочешь их увидеть? — она приподняла свою пижаму и оголила грудь.

— Хочу, — прошептал Сергей и кончиком языка лизнул ее соски. — Но я хочу быть в одежде.

— Извращенец! Но ладно!

Похоже, врач сильно преувеличил удовольствие от импульсов трекера, либо он никогда не занимался сексом — простое человеческое наслаждение в десятки раз приятней тех легких мурашек на улице перед клубом. Ложась спать, Сергей даже подумал, мол, ничего страшного, что трекер молчит. Возможно, он вообще бракованный, раз во время секса ни разу не подал сигнал «мечты».

Несколько недель трекер молчал, да и Сергей не особо его испытывал — раза четыре встречался с Максом, и они пили то тут, то там. По клубам они больше не ходили, но однажды Сергея уговорили на поход в стриптиз-клуб, который тоже, кроме крепкого стояка, результата не дал. Еще один вечер они выделили на домашнюю посиделку с пивом. Тогда Макс предложил Сергею поискать работу мечты, и они около трех часов просматривали самые разные вакансии, но так ничего и не выбрали. По средам Сергей в тайне от Маши ездил на перевязки к семейному, которая все допытывалась, где это он умудрился так пораниться. Сергей неуклюже врал, якобы на одном из мебельных заводов попал под станок. Вскоре его отправили в очередную командировку — теперь настоящую.

Дорогу из Риги до Варшавы и обратно Сергей знал вдоль и поперек. Он бы мог ехать с закрытыми глазами и не пропустить ни единого поворота. За не один десяток командировок он составил для себя специальный маршрут, где почти никто не ездил. И вот он уже возвращался в Ригу по пустой дороге, а мысли его были сконцентрированы на трекере. Можно ли его сдать? Эта приблуда подала импульс лишь раз, да и то в какой-то абсурдный момент. Что в той темной улице могло стать «мечтой»? Но импульс был... И чем, например, эта глушь отличалась от улицы перед клубом? Заросшее поле, окруженное покошенным забором. Сбоку заброшенный сарай, в котором гнилых досок, похоже, больше, чем гвоздей, а аккурат по центру колодец. Суть ведь идентичная, подумал Сергей. И вдруг в ноги стрельнуло электрическим импульсом. Руки обмякли и чуть не отпустили руль. Сергей вдарил по тормозам и тут же съехал на обочину. По телу прошлись мурашки, и это ощущение усиливалось, когда Сергей смотрел на поле с колодцем.

Он вылез из машины и неторопливо подошел к забору. Ноги были ватными. Осторожно перепрыгнув забор в самом покосившемся месте, он сделал шаг к колодцу, и трекер подал новый мощный импульс. Сергей припал лицом к земле. Это было не просто приятно... великолепно и ни с чем несравнимо. Как и говорил врач, отдаленно это напоминало оргазм — продолжительный и многократный.

Кое-как на четвереньках Сергей прополз через траву до колодца и облокотился на его оголовок. Он закрыл глаза и задышал ртом. Давай, успокойся. Надо понять, что это за прикол? Забор, поле, сарай и колодец. Поблизости ни жилого дома, ни огородов, ни чего-либо еще, что бы могло ему нравиться. Но как же хорошо Сергею было — тело словно освободилось от физического влияния вселенной и было невесомым, а сознание окутало необъяснимым ощущением свободы — больше не придется работать, выживать, бояться и терпеть. Ничто не имеет значения, только эти импульсы... Сейчас Сергей чувствовал себя всесильным и... наконец-таки счастливым?

[1] Rimi — сеть продовольственных магазинов.