Когда в Макондо идёт дождь
Дождь лил четыре года, одиннадцать месяцев и два дня.
Порой он словно бы затихал, и тогда все жители Макондо в ожидании скорого конца ненастья надевали праздничные одежды, и на лицах у них теплились робкие улыбки выздоравливающих; однако вскоре население города привыкло к тому, что после каждого такого просвета дождь возобновляется с новой силой. Гулкие раскаты грома раскалывали небо, с севера на Макондо налетали ураганные ветры, они сносили крыши, валили стены, с корнем вырывали последние банановые деревья, оставшиеся на плантациях…
Габриэль Гарсия Маркес, «Сто лет одиночества».
В моём Макондо наступила настоящая осень. Раскисшая земля смешалась с опавшей листвой, небо до морозов затянуло серыми тучами, из леса выполз холодный туман, а в окно стучится дождь. Или это не дождь? Быть может это вовсе и не капли, а чьи-то острые коготки тихонько отбивают ритм по стеклу в надежде, что ты подойдёшь и откроешь. А там... Бесконечные осенние промозглые сумерки, и самое время читать или писать страшные истории, или хотя бы вспомнить что-то неизведанное, жуткое, манящее своим уродством или смертельной завораживающей красотой.
Поэтому, чтобы немного развлечь себя и, возможно, ещё кого-нибудь, открою свою розовую с блесточками коробку, где хранятся мои монстры, и покажу их вам. Естественно самых любимых. Итак, присаживайтесь на циновку, наливайте сакэ и дрожите от страха и восхищения. ) *выключает свет...
Первый и самый обожаемый мной ёкай — Джёрёгумо. Женщина-паук. Дух, принимающий обличье прекрасной девушки, играющей на биве (японская лютня), или водопада. Не важно, что ты увидишь или услышишь: нежную, летящую как ветер между стволов бамбука мелодию или сказочный красоты водопад, рядом с которым захочется предаться мечтам и созерцанию, — ты уже в ловушке. Твои разум и тело обвиты тончайшей невидимой нитью, с которой не сорваться, и которая тянет тебя глубоко в чащу, чтобы замотать в кокон и съесть. Ловкие паучьи лапки перещупают все твои косточки, а острые, как шпильки-кандзаси, хелицеры жадно вопьются в плоть, готовя коктейль под названием «Глупый человечишко». И конечно, всё это будет исполнено невероятно изящно под волшебные звуки флейты. Кстати, существует версия, что любой паук, дожив до четырехсот лет, превращается в Джёрёгумо, так что будьте осторожны, вдруг... Бу!
Немного фоток этой роковой красавицы.
Второй по няшности и моей симпатии ёкай в японском пантеоне чудищ — Цукумогами. Это старые вещи, которые по достижении столетнего возраста обретают душу и сознание, становятся живыми. Одежда, домашняя утварь, книги, мебель и даже банальная пудреница могут стать цукумогами.
Согласно легенде, если с вещью хорошо обращались, берегли, то и её дух будет покладистым и добрым, а вот сломанные, нелюбимые вещи, оживая, превращаются во вредных и опасных существ, и даже объединяются в банды для мести бывшему хозяину. И если вдруг с антресолей вам на голову одновременно упадут рваный ботинок, сломанная дрель и кусок хозяйственного мыла выпуска 1960 года, знайте, что это не случайность, а налёт шайки цукумогами. Иногда этот ёкай перенимает черты умершего хозяина, а значит не удивляйтесь, если однажды ночью обнаружите на своей кухне стоящий у плиты халат покойной бабушки, который, заметив вас, приветственно помашет рукавом, или вы проснетесь от того, что вас душит выползшая из шкафа подушка прадеда, почившего в бозе при царе Николае. Но есть и приятный момент — потерянные вещи тоже превращаются в цукумогами. Потеряшки не сдаются и начинают искать путь к своему дому. Поэтому крепко прижмите к груди вдруг найденную по прошествии пяти лет садовую лейку и не вышвыривайте с порога сандалии соседа Михаила — возможно, они заблудились и ищут своего хозяина. Будьте добры и покладисты с вещами, иначе вам же хуже будет. Бу!
Несколько милах и не очень.
И на десерт мои новые, ещё мало изученные любимчики — сикигами. Боги-прислужники. Их делают из бумаги и с помощью заклинаний наделяют магической силой. Фигурки либо оживают, обретая физическую форму, либо служат в бумажном виде наподобие кукол вуду. Сикигами создают и наделяют сверхъестественной силой оммёдзи — мастера, практикующие оммёдо. «Это традиционное японское оккультное учение, являющееся смесью даосизма, синтоизма, буддизма, китайской философии и естественных наук». (с)
Обычно с помощью сикигами гадают, изгоняют злых духов, снимают порчу, но, но... Всё-таки это ёкай, хоть и самого низшего порядка, и возможны не очень добрые варианты использования этих заточенных в бумагу духов. Бу! Особо меня впечатлила история самого могущественного оммёдзи, которого называли «японским Мерлином».
Он служил главным магом про нескольких императорах и мог управлять не двумя видами сикигами, как лучшие мастера, а аж двенадцатью! Поговаривают, что его сикигами помогали ему не только в делах волшебства, но и по хозяйству — готовили пищу, бегали по поручениям, ухаживали за садом и даже, наверняка, писали хокку и массировали уставшие пяточки своего хозяина.
Здесь я совершенно разомлела от этих созданий, тут же представив, как эти душки моют у меня на кухне посуду, шурша крохотными белоснежными бумажными кимоно, и... как всегда, недолго думая, сделала себе двух таких же. Но потом всё же поразмыслила и отнесла их на улицу, где повесила на дерево и долго любовалась тем, как эти практически невесомые фигурки парят на ветру. Там же я их и оставила. Без рисунков и заклинаний. Скорее всего, их сорвёт с веток ветер, унесёт куда-нибудь далеко, и они станут свободными от оков и хозяев духами. Духами неба, ветра и первых дождей в моем маленьком Макондо.
В движении они и правда похожи на духов.
Пысы: писала быстро и по памяти, тч если что сорри)