Нематрос. Интервью с человеческим лицом

кличка гога повесился /далее гога/: Приветствую тебя на гостеприимной земле Санкт-Петербурга! Рад очному знакомству. Не напомнишь, кстати, сколько мы знакомы «пикселями»? 

Нематрос: Привет, уважаемый гога! Я очень люблю этот город той особой любовью, что никогда не позволит мне здесь жить, но каждый краткий визит — всегда событие, вспышка, импульс. Люблю, когда он ласково обнимает серой промозглой изморосью, когда нежно дует в харю с Невы, люблю бунтарей-пешеходов, всегда шагающих строго против стрелочек по переходам. В общем, здесь я всегда дома, хотя дома здесь у меня нет.

А знакомы по меркам вечности всего ничего — семнадцать лет, с сентября 2007-го, когда я открыл для себя контркультуру /и чючють © себя для контркультуры/.

 

гога: Что привело тебя сюдой, в смысле в Санкт-Петербург? Что-то краем глаза видел в комментариях и блогах о твоих планах на серьёзное занятие литературой, какое-то движение в сторону телевизии и киноделия. 

Нематрос: Что привело? «Сапсан» и неуёмное желание делать хорошее зрительское кино.

Серьезность намерений заниматься литературой оценить не готов. Нет ощущения, что раньше были хиханьки да хаханьки, а вот сейчас подошло время для великого русского романа. Я всегда писал о том, что меня волновало, даже если это были дебютные для массового читателя «негритята», где «ибаццо Колобок очень любил, просто никогда не пробовал». К некоторым темам не подступался просто потому, что не овладел достаточным творческим и ремесленным инструментарием для полноценного выражения, воплощения темы. В общем-то и сейчас я еще в начале пути.

Несерьезность в творчестве — отличный инструмент, позволяющий «не загоняться». Думаешь — ну напишу я сейчас эту фигню, это же так, баловство ни к чему не обязывающее, и ни на что не претендующее. Мозг обманывается, ты раскрепощаешься и пишешь шедевр. Так это работает в теории, у меня пока шедевров нет. А насчет киноделия — это легальный способ кормить семью любимым делом.

 

гога: Как сказал один «мега... креатор современности», а я это услышал: «Кино — это та же книга, но для бедных фантазией». Что имеешь сказать по этому поводу?

Нематрос: Да, по сути с таким утверждением можно согласиться. Что никак не мешает талантливым людям создавать выдающиеся произведения искусства, ибо в кино у автора намного больше рамок и ограничений. Даже в авторском. Даже в самом альтернативном и независимом артхаусе с флером элитарности и «недлявсеховости». Плюс условный роман — детище одного автора, а фильм — результат коллективных усилий сотни людей. Да, в случае, когда режиссер сам является сценаристом, лично продюсирует проект, сам занимается кастингом и после съемок сутками сидит в монтажной, мы видим фильм по большей части его глазами /хотя фактически, конечно, глазами оператора/, но даже тогда.

Так что в моей оси жизненных координат литература и кино никогда не являлись конкурентами, и не делились на высший вид искусства и ширпотреб.

 

гога: Я много читал твоих рассказов, в основном — юмор, лёгкий слог, сарказм. А насколько ты позитивен в жизни? Считают ли тебя близкие весёлым, жизнерадостным человеком? 

Нематрос: Долгое время удавалось сохранить в себе эту невыносимо легкую ебанцу, но мне кажется, это нормально для творческого человека — быть «вот этим вот всем, а не тем, чем». Цельная личность, самодостаточный человек с адекватной реакцией на внешние раздражители — это не про творчество. Про ремесленное писательство — может быть. Но цепляющее, завораживающее, живущее нервом искусство /в буквах или иных проявлениях/ — удел «больных ублюдков», даже если внешне они похожи на нас с вами.

И вот с годами ко мне пришло осознание, что я готов стать таким, мне комфортно в этой шкуре. Писать всякие бугагашечки, когда тебя разрывает изнутри — особый вид кайфа. Отрефлексировать психологические травмы и трансформировать их в буквопродукт, мне кажется, отличная терапия. Было бы интересно провернуть этот трюк в кино. 

 

гога: «Есть мнение, что народные писатели вскоре вытеснят! Наконец... Писателей профессионалов» (1/2ц). Так вот вопрос: как с отсутствием профильного образования писать для ширнармасс? Легко ли быть молодым, талантливым, многообещающим?

Нематрос: Молодым с каждым годом быть все сложнее. Писать для ширнармасс, наоборот, проще. Достаточно заглянуть на любую из литплатформ и пробежаться по самым скачиваемым и читаемым книгам, топам. Станет ясно, что писать грамотно, закладывать смысл, пытаться структурировать историю, работать над изложением мысли, да придерживаться логики в конце концов, в целом не главное. Хоть и не лишнее. Массы сформировали вкус, порог входа в востребованные сетевые писатели достаточно низок, издаваться совсем не обязательно.

Нужно быть плодовитым, и свой читатель обязательно будет. Ведь порог входа в читатели в современном цифровом мире тоже невысок, бумажные книги становятся уделом избранных. Качество читателя оценивать не берусь. Так что «пешы есчо» просто сменилось на «давай проду!»

гога: А кто ты по основному образованию и основной профессии? 

Нематрос: Образование я получал со штык-ножом, иногда с автоматом, иногда с лопатой, но всегда в прекрасном расположении духа. Мотаясь с родителями по гарнизонам, трудно было разглядеть в собственном будущем что-нибудь, кроме погон. В любом случае, сожалений я не испытываю, ибо это мой путь и ни чей другой.

 

гога: Каким образом сочетаешь столь разные вещи, как работа и хобби? Кстати, подозреваю, что хобби приносит больше материальных благ, нежели работа. Возвращаясь к классике: «Автор, не получающий зарплаты, будет писать с большим вдохновением. Ведь кроме того, автор должен где-то работать» (1/2ц)

Нематрос: Сейчас тяжело. Работать приходится буквально на износ. Время непростое, «из профессии» не отпускают, но и сочинять истории кажется уже встроилось в мою ДНК. Будущее и прошлое сошлись в настоящем и рвут меня на части. Я не рвусь, но местами потрескиваю. Это если вкратце.

Как проходит творческий процесс?..

гога: да да да, как он проходит? 

Нематрос: Я лежу на диване и смотрю в потолок. Вокруг ходит жена — готовка, уборка, глажка, стирка, уроки с ребенком, прогулки с собакой. А я работаю. Лежа. На диване. И ее это бесит. Но это тяжелый труд. Только сейчас эмпирическим путем выясняю, как много калорий может жрать мозг, когда впахивает на полную, и этим заставляет относиться к себе уважительно. Но это, скорее исключительный день, показательный пример, ибо лежа на диване потворчествовать удается очень редко. Обычно же придумывается, когда хожу пешком, а делаю я это либо на службу, либо со службы, либо по службе. Ну и в разгар рабочего дня может посетить сочная идея, тогда все бросаю, хватаю блокнот и судорожно документирую.

А вот основная механическая работа по переносу на бумагу /экран/ происходит поздним вечером и ночью, когда мои ложатся спать. Ну, или, когда посещает вдохновение и ноутбук оказывается под рукой.

гога: /про себя, завистливо: по поводу доходов так и не ответил, значит — лопатой гребёт/ 

Нематрос: /ничего не подозревает, молчит, ждет вопроса, спохватывается/

Ах, да. Если говорить о доходах, то сейчас они примерно сравнялись. Но есть предложения о работе в кино, которые не подразумевают совмещения, и вот они уже превосходят текущие финансовые поступления в разы. Надеюсь, в следующем году...

 

гога: Пару слов о том, где находишь, черпаешь, занимаешь вдохновение.

Нематрос: Ценный навык в любой творческой профессии — черпать вдохновение отовсюду. Идеально — не ждать, пока оно посетит тебя, а научиться самостоятельно его пробуждать. Вдохновение по требованию, так сказать. Меня безумно мотивируют успехи людей в тех областях, что мне неподвластны. Например, в музыке. Я, конечно, освоил гитару, на посиделках могу сбацать пару песен, но перед собой честен — слушать такое можно в очень малых дозах и желательно подшофе. Но вдохновляться хорошей музыкой это мне не мешает.

гога: Классика? Дэт-метал? Бузова?

Нематрос: Я вырос на Кино, ДДТ, Наутилусе, Алисе. Чайф, Чиж, Сплин, КиШ и вот это вот все. Что не мешает быть достаточно всеядным.

/лезет в телефон/

Допустим, вот плейлист, под который я сейчас любовался подземной урбанистикой сабвея Северной Пальмиры, пока ехал на встречу:

25/17 — Виражи

Владимир Высоцкий — Райские яблоки

Лампасы, Илья Ефимов — Этот мир

Баста — Рэквием

Йорш — Андеграунд

Секрет — Это Питер, детка

Михаил Бублик — Сияние

Dругой ветер — Засыпай, мой Похиоки

25/17 — Жду чуда

В конце концов, слушать музыку бывает познавательно. Например, я узнал, что Похиоки — одна из двух финских деревень, на месте которых был построен Петергоф.

 

гога: Поскольку интервью у меня с писателем, то не могу не поинтересоваться: кто для тебя конкретный авторитет? /показывает жестом распальцовку/

Я сейчас спросил про всё сразу: и про любимых писателей-классиков, и сценаристов, и про сетевых, пока никому неизвестных лифтераторов. Чтобы никого не обидеть, можешь мне на ушко сказать, я никому не расскажу. 

Нематрос: Думаю, тут будет уместно вкратце упомянуть, как вообще я начал писать «в сеть». Середина нулевых, время свободы, реальной или мнимой, ветер безграничных возможностей поддувает, ощущение надвигающегося чего-то большого и светлого накрывает медным тазом. Я натыкаюсь на УК в самом его расцвете, чувствую — вот оно. Первым прочитанным рассказом из Нетленки был «Я умею прыгать через лужи» автора с ником Убивец. Пьяные экзистенциализмы сидящего на крыше «белого воротничка», шероховатые, но тычущие в нерв и отражающие время. Первой мыслью было — хм, я тоже так хочу. И сразу следом — я тоже так могу!

Теперь Убивец — известный и заслуженный сценарист Олег Маловичко, написавший в свое время такие проекты, как «Хрустальный», «Химера», «Мажор», «Метод», «Нулевой пациент». Сейчас на платформах можно наблюдать «Трассу» за его авторством.

Как ни странно, в импульсе к следующему моему переходу — от прозы к кинодраматургии — тоже поучаствовал Маловичко. Лет семь назад в одной из киношкол проходило мероприятие в формате «вопрос-ответ», где ведущим был на тот момент главред Esquire в России Сергей Минаев, а приглашенным гостем как раз Олег Маловичко. И в какой-то момент беседы на вопрос одного из слушателей как попасть в киноиндустрию, они сошлись во мнении, что сначала нужно попасть в Нетленку на УК /Минаев до Духлессов и Телок писал там всякое под ником amigo/. И тут в моей голове что-то щелкнуло. В зале трое нетленщиков с УК, но эти двое на сцене — и уже в кино, а я еще нет, но их умозаключение мне нравится. Пожалуй, тогда сформировалось осознанное желание писать сценарии.

Насчет авторитетов — я прямо физически ощущаю перекос в своем литературном самообразовании в сторону иностранных авторов. Стейнбек, Манн, Гессе, Воннегут, Хеллер, Камю, Сартр, Моэм, Ремарк, Оруэлл, Берджесс. Большое влияние на меня оказал Достоевский, кайфую, читая. Из современных классиков — Мобилшарк, 13k, Гешин /и тут еще с десяток имен и ников, но интервью не резиновое/. Еще вспомнил рассказ на УК от автора 10метровахуительного провода, который назывался «Почему я открыл холодильник». Один из моих любимых.

Кино трогать боюсь — еще часа три меня будет не заткнуть. Скажу только, что самый любимый фильм — «Тот самый Мюнхгаузен», где на мой взгляд идеально всё.

 

гога: Что для тебя будет значить «достижение цели»? Попадание в шорт-лист боллитры на какую-нибудь премию? Издание твоих мемуаров в редакции Елены Шубиной? Получение 10 000 литов на Альтерлите за сезонку?

Нематрос: Жизнь меня отучила от жажды регалий, отучала долго и местами больно, но зато сейчас я смотрю на это спокойно. Посидеть в полном зале кинотеатра среди хохочущих над моей комедией людей — вот такое было бы в кайф. Из несбыточного — чтоб отец прочитал мою книгу. 

 

гога: О вредных привычках вообще и в частности. Как сказал когда-то герой одного из романов Лукьяненко: "до двенадцати я не пью. Но сейчас уже почти час! Как удачно я проснулся!«© Что скажешь по поводу истребления Зелёного Змия? Ты в этом участвуешь?

Нематрос: Курил один день в жизни. В тот же день пил одеколон, запивая водой с вареньем. И в тот же день набивал человеку татуху самодельной машинкой, ибо попросили, а рисовал я недурно. Не помню, описывал ли я это все в «Генерале», но это было тогда, в 1999-м в Краснодарском госпитале.

Алкоголь — другое дело /косится на полную стопку перед собой/. Перепробовал всякого в разумных и не очень количествах, но достаточно давно перешел на белое сухое вино. Топ три сортов — гевюрцтраминер, альбариньо и вионье. Летом вне конкуренции рислинг.

 

гога: Какое самое сильное детское впечатление? Можно любое — и приятное, и неприятное. 

Нематрос: Мне кажется, все детство — сильное приятное впечатление. Уютное, ламповое, теплое, неизменное и оттого прекрасное (даже если тогда казалось иначе).

 

гога: Твоё отношение к спорту, физкультуре? Выглядишь ты явно подтянутым, что для этого делаешь? Подтягиваешься?

Нематрос: Именно так. А еще отжимаюсь, поэтому такой отжатый...

А если серьезно, то за хорошую физическую форму нам платят надбавку, приличные деньги. Так что летом я встаю пораньше и перед работой пробегаю «пятерку», а зимой плаваю в бассейне. Круглогодично отжимаюсь, подтягиваюсь, немного мучаю штангу, но все без фанатизма и не ежедневно. Насчет плавания — научился только в прошлом году, брал индивидуальные уроки с тренером — мастером спорта. За месяц освоил, получил истинное удовольствие и подтверждение тезиса, что учиться никогда не поздно. Задача на следующий год — хочу научиться-таки петь.

 

гога: Закругляемся.

Нематрос: Полностью согласен. Это нам здесь сидеть в удовольствие, в тепле наблюдая за широкоэкранной документалкой «Лиговский в октябре» через косую пелену дождя, а читатели, боюсь, могут устать, и до конца доберутся только самые стойкие и я.

Был рад встрече, и нужно будет обязательно повторить.

«Ну, харашё» ©